Записка современника, грузинского архиерея, о вступлении на престол императрицы Екатерины II // Чтения в Императорском Обществе истории и древностей российских, 1900. – Кн. 4 (195). – Отд. 4. – С. 17-24.

 

 

Записка 1) современника, грузинскаго архиерея, о вступлении на престол Императрицы Екатерины II 2).

 

Петр III Феодорович, внук перваго императора Петра В., унаследовал российский престол и овладев этим царством, благополучно царствовал 6 месяцев, а затем он впал в безчестие и раскол: принял он тайно веру Лютера, а после всенародно объявил ее. В первое же время своего царствования он выступил в борьбу против православной веры, восточной церкви, не захотел признать ни креста, ни икон. Он во всех отношениях отпал от нашего вероисповедания. Отобрал у каждой церкви принадлежащия ей земли и упразднил несколько придворных церквей. Издал приказ, чтобы никто не постригался в монашество,—он хотел совершенно его искоренить. Предался пьянству, прелюбодеянию с разными женщинами, бросил жену свою, благоверную и боголюбивую императрицу Екатерину Алексеевну. Был окружен тьмою злодеяний и не хотел слушать ни ея (жены), ниже кого другого. Помолвился с нечестивою Елизаветой Романовной 3) Воронцовой и женился на ней, причем бракосочетание совершил лютеранский священник; исповедался он в их же церкви по их обряду. Объявил Елизавету сию императрицей в Ранбове4). Эта Елизавета Романовна, племянница "визиря" 5), крайне несимпатичная личность. В это время сей нечестивый Петр вознамерился убить жену свою императрицу Екатерину, перерезать горло у своего сына, великаго кназя Павла разлучить всех высокопоставленных лиц со своими женами и переженить одного на жене другого, без стеснения и соблюдения родства. Он желал пересоздать всю Россию и искоренить вовсе православие. Эти неблаговидныя намерения он хотел объявить и привести в исполнение 30-го июня, в воскресение. На этих днях императрица Екатерина Алексеевна находилась в Петергофе; она не знала ничего

 

1) Чит. 30 сентября в засвдании Общества Истории и Древностей Российских.

2) Записка эта прислана была мне из Тифлиса на грузинском языке преосв. Кирионом епископом Горийским. В виду ея интереса я перевел на русский язык и снабдил примечаниями. Грузинское духовное лицо описывает событие вступления Екатерины II на престол, как очевидец.

3) «Рамануна Ораицова» в груз. тексте.

4) Ораниенбаум. "Объявление" императрицей не состоялось...

5) Александр Романович Воронцов, государственный   канцлер.


18

ни об этих намерениях, ни об угрожающей ей смерти. Здесь, в Петербурге, жила одна женщина, меньшая дочь Романа, брата того же "визиря" Воронцова, Екатерина Романовна 1): добрая, боголюбивая, смиренная и скромная, как показывают ея дела. Эта боголюбивая женщина по тщательном изыскании узнала подробно о таком злом намерении Петра, вызвала тайно двух братьев Орловых, русских дворян, и артиллерийских офицеров и послала их секретно к императрице, уведомив ее об означенных злонамерениях. Немедленно поехали эти братья, вошли ночью во дворец, зашли прямо в спальню, разбудили императрицу и донесли ей без утайки все подробно о тех его намерениях и смерти, которой хотят ее подвергнуть 2). Она крайне огорчилась и воскликнула: — "Что же мне делать!" Она еще не знала, что есть, кто окажет ей помощь. Слезы навернулись у нея на глазах. Она вручила себя и судьбу свою защитнице своей—пресвятой Богородице Mapии. "Да будет воля Божья!"— сказала она. Братья доложили ей: "Государыня, не мешкайте, мы принимаем на себя попечение о вас, мы повезем вас в Петербург, в полк, а там воцарят вас!" Она ответила им: "может быть не примут меня, обратятся к нему же и арестуют меня? Я предпочитаю здесь же умереть, чем подвергнуться позору в глазах целаго света". Они поклялись ей и доложили: "Великая Государыня, мы знаем, что примут вас с почтением". Она тогда согласилась, сказав: "Пусть будет воля Бога!" Она переоделась в платье одной простой женщины в саду, суда пришла под предлогом прогуляться, из саду она вышла и села в старую коляску, причем один брат сел впереди ея, другой—сзади 3); они тайно взяли ее ночью, и привезли в канцелярию Измайлова (Измайловскаго полка?) в пятницу утром. Ударили в барабан и, когда собрался целый Измайловский полк, она приказала воинам: "Отцы мои и братья!" До сего вре-

 

1) Известно какое участие в перевороте приняла Екатерина Романовна кн. Дашкова. Григорий Орлов держал в руках нити заговора. Дашкова и гр. Орлов находились в близких сношениях, также с гр. Кириллом Разумовским.

2) Доверенная камер-фрейлина Шаргородская разбудила императрицу. В мою комнату,—пишет импер. Екатерина,—входит Алексей Орлов и говорит совершенно спокойным голосом: пора вставать, все готово, чтобы провозгласить Вас. Бильбасов. История Екатерины II. II. 21.

3} Екатерина с Шаргордскою села в карету: камер-лакей Шкурин, и камер-юнкер Бибиков стали на запятки. Орлов поместился с кучером. Верст пять не доезжая до Петербурга, их встретил Григорий Орлов.


19

мени процветали русское православие и русская церковь, а ныне желает он уничтожить все это и поругать   нашу   веру,   желает распространить вероисповедание Лютера. Ради Христа потрудитесь и окажите поддержку, чтобы искоренить эти злонамеренные его указы!". Приказание это услышано было всеми, и доложили ей: "Матушка наша, что Вы приказываете, мы исполним все. Мы умрем за тебя, приими престол и мы поможем   тебе".   Тотчас   же представили  священника, которому дали в руки   крест и, окружив   их,  поклялись клятвою ненарушимою императрице   Екатерине и сыну его   Павлу Петровичу в верности. Маленький   Павел Петрович уже и до этого   времени находился в Петербурге, во время клятвы он присутствовал  среди них. Полк Измайловский проводил государыню в Казанскую  церковь, куда пожаловала государыня и низко поклонилась ея святыням. Клятва народом принесена была здесь. В это время прибыла целая гвардия.   Императрица   отбыла в новый   каменный   дворец,   через несколько же времени   поехала   в старый   деревянный  дворец  с Павлом Петровичем. Собрались 1) весь синклит и вся   знать Российская и весь народ города сего. Поздравили   государыню с воцарением, посадили на царский   трон  сию   боголюбивую   императрицу Екатерину и сына его наследника цесаревича Павла Петровича. Члены Святейшаго   Синода   облачились,   взяли крест, обошли кругом всю армию, сосредоточенную здесь, заставили все эти полки присягнуть в верности императрице   Екатерине и сыну ея.   Весь народ твердил с радостью:  "Ты царица наша, ты наша мать, тебе мы будем повиноваться во всем и будем преданы тебе!"

В это время государыня нарядилась в мужское платье, опоясалась шпагою, надела шляпу и шпоры, вышла на двор, села на коня и объехала кругом войско, снимая постоянно шляпу и кланяясь. Все низко кланялись, делали честь и восклицали "ура!" Затем она пожаловала во дворец. В это время и мы, иностранные грузинские архиереи 2), прибыли во дворец, поклонились Ея Величеству, поздравили ее и поцеловали ея руку, также поступили и с великим князем Павлом Петровичем. Отсидев полчаса, встали и, стоя, смотрели из окна на войско. И нам предложили принять присягу и расписаться. Затем она приказала об отслужении молебна в дворцовой же церкви. Облачились члены святейшаго синода и отслужили

 

1) В новом   зимнем  дворце   Екатерина   нашла   в   собрании сенат  и синод.

2) Из этих слов видно, что автор Записки был архиерей.


20

благодарственный молебен; когда же таковой был окончена, и государыня приложилась ко кресту, тогда поднесли ей царский синий кавалер. Государыня приняла и надела его, все смиренно поздравили ее и поцеловали у нея руку. Тогда и мы поцеловали у нея руку. Государыня поклонилась всем и отбыла к себе. Было произведено, несколько пушечных выстрелов.

Эти происшествия, воцарения ея происходили в июне месяце, 28 дня, в пятницу, в 10 часов; в этот же день, по получении царскаго престола, оповестили все царства, подданных и армию о принятии высокаго престола всего русскаго царства благоверною, православной вере преданной императрицей Екатериною II Алексеевною и сыном ея наследником цесаревичем великим князем Павлом Петровичем. В этот же день, пятницу, июня 28, в четыре часа пополудни. возсела [она] на коня, одетая в мужское платье, и во главе армии поехала государыня в Ораниенбаум, для арестования мужа своего, сопровождаемая с 25 тысячами людей и многочисленной артиллерией. В ту ночь она остановилась в 15 верстах от этого города. Об этих делах Петр Феодорович до пятницы вечера был в полном неведении по той причине, что дороги были закрыты, задерживали людей, которые от него были присылаемы и не пускали туда никого, чтобы он ничего не мог узнать. Когда же он услышал эту весть, в ту же минуту выехал из «Ранбова» в Петербург и ворвался во дворец, встревоженный, как надлежало человеку в его положении. Не нашедши там жены своей, позвал старшаго дворцоваго смотрителя, капитана (?) и спросил: где же императрица? Сердце капитана совсем не было расположено к нему, и он не был из числа его сторонников. "Великий государь! Ведь мне не поручали, чтобы она не могла выезжать туда, куда ей угодно будет!" Разгневался он на него, снял с него шашку и разжаловал его. Он был так огорчен, что сам не знал, что делал. Ничего он не понимал. Его сопровождали знатные мужчины и женщины: Миних, князь Никитиури 1), Адам Васильевич 2), Бильгун 3) два брата Нарышкиных 4) и пр. Он спросил совета у Ми-

 

1) Вероятно, разумеется князь Никита Юрьевич Трубецкой.

2)Адам Васильевич Олсуфьев.

3) Ген.-лейтенант А. II. Мельгунов.

4) Безменный Л. А. Нарышкин. Билъбасов. Ист. Екатерины II, том II, стр. 40.


21

ниха — что ему делать! Миних донес 1): "Великий государь! Теперь поздно и ничего не сделаешь. Свет признал ее. Против этого, средства не приищешь. Объявить войну не можешь. Должен принести ей повинную голову и просить у нея пощады. Я же докладывал вам, что вино и веселие погубят тебя и ты потеряешь царство".— Ни до чего он не мог додуматься. Он поехал в Кронштадтскую крепость. За один час до его приезда, императрицей был прислан приказ, чрез морского полковника Голицына, чтобы они ни кого не пускали в крепость. Когда прибыл Петр, страшно усталый, просил пустить его. Из крепости спросили: кто он такой? Бывшие вместе с ним ответили за него, что он—царь Петр. Оттуда ему сказали, что не могут его пустить. Тогда сам он говорить им громким голосом: "я ваш император, пустите меня!" А из замка ответили: "вернитесь назад, иначе будем принуждены стрелять из пушек". Он вернулся назад и приехав в "Ранбов", совершенно изнуренный. Он искал средства, чтобы выйти из затруднительнаго положения, но не находил выхода, так как благодать Божия оставила его, а кто-же мог оказать ему помощь? Затем он объявил сопровождавшим его, знатным вельможам и дамам, что они свободны и пусть сами ищут своего спасения, "так как он безсилен".

Продолжим выше начатый разсказ. Когда императрица прибыла в Петербург, она получила письмо от мужа, чрез Адама Васильевича. Сам он лично писал так: "Великая государыня! Истинно я много виновен пред Богом, пред вами и Российской Империею. Умоляю, не убивай меня смертью. Ради Бога прости меня. Вспомни наше венчание и помилуй меня. Я сам знал, что с тобой я плохо поступал, я не был способен ни к тому, чтобы быть царем. Я ныне свидетельствую тебе об этом собственноручною подписью, свидетельствую, что даже помыслом ничего против тебя не возымею". В этот же день послали к нему в Ораниенбаум коляску и человека. Он посадил с собою свою любимую Елизавету Романовну. Они оба прибыли в Петербург во дворец. Елизавету взяли, арестовали ее, связали ее крепко. (Она была в интересном положении). Петра на короткое время повели во дворец, подали ему обед,—он выпил три бутылки вина. Вывели его и, в виду народа, сняли с

 

1) Миних, предлагал еxaть в С.-Петербург, явиться пред народом и гвардией, указать им на свое происхождение и обещать всякое удовлетворение -Бильбасов 0р. с. II, 43.

 


22

него кавалер и шашку. Из окна его увидела императрица и стало ей жаль его, и она расплакалась, близко же она его не видела. В тот же час, в сопровождении 10 солдат, отправили его в заточение. Во время этого происшествия жизнью никто не поплатился и поводом к войне ничто не послужило. Хотя Петр Феодорович имел 4 полка в Ранбове, но они что же могли сделать! Ничего бы они не посмели. Когда было покончено с этими делами, в ту же субботу вечером она выехала из Петербурга, на другой же день, в воскресение, в 11 часов, приехала обратно в Петербург, с большой церемонией. Город пришел в движение, трезвон колоколов приветствовал ее. Народу было безчисленное множество. Все улицы и места были переполнены людьми. Прежде пожаловала она в церковь св. Николая, в таком торжественном шествии, которое ослепляло и приковывало внимание всех. Она была безподобна. Ничего лучшаго не мог видеть человеческий глаз. Истинно говорю, что среди многочисленных людей так красиво и безподобно никто не сидел на коне. Когда она пожаловала к воротам церкви, священники встретили ее с крестами, она слезла с коня и приложилась ко кресту. Провожало ее много знатных людей, она пала на пол и с преклонением колен поклонилась святым иконам, со слезами на глазах. При ея входе в церковь, я и Алавердели 1) встретили ее в церкви. Мы очень радовались ея воцарению. Она вышла из церкви. Объехала все церкви. Везде были отслужены молебны. Затем она поехала в "садовый" дворец2), там встретили ее члены святейшаго синода в облачениях, отслужили они молебен и обедню. Послышалось несколько пушечных выстрелов Войскам были пожалованы подарки. Все были исполнены великой радости, что Господь послал им такую добрую и благоверную императрицу. В это время подвергли аресту многих высокопоставленных лиц, между прочим дядю Петра Джорджа 3), а также прусскаго посланника и брата визиря с его дочерью. Бестужева вызвали во дворец. До Петра Феодоровича русскими были взяты "Кенигсберг" 4), прусский

 

1) Епископ Алавердский.

2) Дворец близ летняго сада?

3) Георг-Людвиг Голштинский, дядя Петра III, жестокий немец, генералиссимус русских войск. Билъбасов, ор. с I. 15, 29.

4) В оригинале дано это имя в неправильной транскрипции, а именно в виде двух слав «ркинис бехи», при чем первая часть представляет осмысление непонятнаго грузинскому автору слова «Кенигс» чрез «ркинис»—железный.

 


23

замок и города, но Петр, при своем царствовании, возвратил им все это. Ныне же армия получила приказание снова занять означенныя крепости и города. Армия теперь стоит на границе Пруссии. Эти обстоятельства я напасал тебе верно, по силе возможности, причем некоторыя из перечисленных видел сам лично, другия же описал по словам заслуживающих доверия людей. Доношу вашему сиятельству об этом. Государыня намеревается ехать в Москву, в августе, для коронования. Кажется до того времени не подождет Манглели 1), на этой церемонии кажется обойдутся без него, также без священника Георгия 2). Если Харчашвели вызовут, то поленится, как тяжеловесный человек, поэтому его не обезпокоят. Писано июля 9 дня, в четверг, в г. Петербурге.

 

 

Кто автор этой записки и кому он ее пишет—трудно определить, так как имя его в рукописи не сохранилось. Ко времени Елизаветы Петровны и Екатерины II при русском дворе нередко видим представителей грузинскаго царскаго дома и духовенства. Преосв. Кирион считает почерк рукописи принадлежащим Цилканскому apxиепископу Христофору (из князей Кобуловых), во второй половине XVIII в. проживавшему в Poccии 3). Рукопись ныне хранится в музее Тифлисскаго Сионскаго собора под № 546 В оригинал памятник, этот еще не издан. Несмотря на некоторыя неточности, он заслуживает внимания, как показание очевидца переворота 1762 года. События,—в особенности петербургския, автору известныя в деталях,—в этой записке изложенныя в общем соответствуют тому, что уже мы знаем из истории Петра III и Екатерины II. Черты и моменты из царствования названных особ находят параллель в установленных изследователями этой эпохи фактах: отметим некоторые из них

Став неограниченным самодержцем, по смерти Елизаветы Петровны, Петр III дал полную волю своим капризным прихотям. Самоуверенный и решительный он поставил себе задачею "перековеркивание всех дел и прежних распорядков". Он оскорбляет духовенство и принижает военных. Известно, шесть недель стояло тело Елизаветы Петровны во дворце и народ свободно при-

 

1) Манглели—епископ Манглисский.

2) Иронически сказано.

3) Об нем см. у меня "Археол. Экспедиция на Кавказ". Москва, 1898.

 


24

ходил поклониться праху любимой императрицы. Каждый день все видели, как Екатерина, в глубоком трауре, с опущенными глазами, приходила ко гробу своей нареченной тетки и, став на колени, долго и глубоко молилась. Приходил иногда ко гробу тетки и ея возлюбленный племянник, Петр III, но здесь он разговаривал с приближенными, шутил с фрейлинами, передразнивал священников, делал замечание почетному караулу. Он в самое еще то время, когда скончавшаяся императрица лежала во дворце во гробе и не погребена была, целыя ночи провождал с любимцами, льстецами и прежними друзьями своими в пиршестве и питье. В Духов день, когда в церкви все опустились на колени, Петр III с громким смехом вышел из церкви и возвратился лишь по окончании коленопреклоненной молитвы. Вскоре Петр III пошел еще далее: он изъявил желание, чтобы все образа, кроме Спасителя и Богоматери, были вынесены из церквей, чтобы священники обрили свои бороды и поповския рясы заменили пасторскими сюртуками; он хотел даже устроить во дворце протестантскую молельню. Православное духовенство сильно протестовало против этого презрения к религии, а народ становился очевидным контрастом между Петром III и Екатериной Алексеевной, соблюдавшей все обряды греческой церкви, посты и праздники. Его указ о монастырских имениях и церковных имуществах привел к печальному сопротивлению со стороны духовенства чрез посредство народа. Эти черты характера и меры, направленные против православной церкви Петра III в связи с восхвалением благочестия Екатерины II отмечены в грузинской записке. Автор ея, как духовное лицо, заинтересован нравственно-религиозной их характеристикой и не обратил внимания на неудовольствия, возбужденныя в войске нововведениями Петра III в прусском духе 1). Многие современники были убеждены в том, что Петр хотел развестись с женою, и жениться на Воронцовой и лишить всех прав Павла Петровича. С этою целью был уже составлен манифест и лишь накануне его обнародования и ареста Екатерины и ея сына начался переворот. В грузинской записке передаются эти намерения Петра III в более гиперболических красках. О том, что сделали Орловы для Екатерины, видно из ея слов: "Я им многим обязана, что подтвердит весь Петербург" 2).

 

Сообщил член-соревнователь А. Хаханов.

 

1) Бильбасов. История Екатерины II. Том I, стр. 421—437. Спб. 1890.

2) Брикнер. История Екатерины II. Спб.  1885, стр. 118.