Сегюр Л.Ф. де. Уроки политики в XVIII столетии [Из записок] / Перевод М.А. Кантакузена // Русский архив, 1893. – Кн. 3. – Вып. 11. – С. 384-386.

 

 

УРОК ПОЛИТИКИ В XVIII СТОЛЕТИИ.

 

Граф Людовик Филипп де-Сегюр в конце 1784 года назначен был представителем Франции при дворе Екатерины II, где он оставался до Октября 1789 года. Служивший до того времени в военной службе и дравшийся по ту сторону океана за свободу возставших против Англии Американцев, Сегюр впервыя выступал на дипломатическое поприще. Перед отправлением к своему новому посту, он посвятил последнее время пребывания своего в Париже знакомству с имевшимися во Французском министерстве иностр. дел донесениями предшественников своих в России, a также беседам с разными лицами, от которых он разсчитывал получить полезные советы и указания для предстоявшей ему новой деятельности. В числе посещенных им с этою целью лиц был Испанский посол при Французском дворе граф Аранда. В воспоминаниях своих Сегюр поместил нижеследующий любопытный разсказ об оригинальном свидании своем и разговоре с этим дипломатом *).

Желание запастись сведениями, могущими осветить мне путь в столь новой для меня деятельности привело меня еще к одному государственному человеку, таланты и глубокая опытность котораго были предметом всеобщей похвалы. Он был очень дружен с родителями моими, и дворы наши связаны были тесными узами родства и дружбы. То был знаменитый граф Аранда, Испанский посол во Франции. Он приобрел большую известность тою твердостью, таинственностью и быстротою, с коими, пренебрегая всеми старыми предразсудками и не смотря на всевозможные происки, он распорядился закрытием в один день, сразу во всей Испании, всех Иезуитских монастырей, чем довершил неожиданное уничтожение этого могущественнаго ордена.

Внешность графа Аранда, его осанка, разговоры и все обращение отличались большой своебытностъю. Живость его была сдержанна, сдержанность отличалась ирониею и почти насмешкою. Он имел странную и несколько смешную привычку; после каждой почти фразы он добавлял слова: Слышите? Понимаете?

*) Memoires ou souvenirs et  anecdotes par  m-r le   comte   de   Segur.   Paris   1827. том 2-й, стр. 94—98.

 

 

385

Я отправился к нему. Сославшись на постоянную его ко мне благосклонность, я высказал ему питаемыя мною опасения касательно той новой деятельности, которую я начинал, мое искреннее желание преуспеть в ней и мою надежду на успех, в случае если он согласится просветить меня советами своими и дать мне возможность, при помощи полезных уроков его, воспользоваться, хотя отчасти, плодами долговременной его опытности.

  А! сказал он мне, улыбаясь, вас  пугает подготовка,  которой требует дипломатия? Слышите? Понимаете? Вы думаете, что вам придется долго сохнуть   над картами,   грамотами и   древними книгами?   Вы   хотите, чтобы я   преподал   вам   уроки политики?  Я   согласен,    и   мы начнем, когда хотите. Слышите? Понимаете? Да вот, приходите ко мне   завтра  в полдень, и я обещаю вам, что в короткое время вы будете знать всю политику Европы.

Я поблагодарил его и на следующий день пришел в назначенный час.

Я застал его в кресле, перед большим письменным столом, на котором развернута была карта Европы.

— Садитесь, сказал он, и начнемте. Цель политики, как вам известно, заключается в знании сил, средств, интересов, прав, опасений и надежд различных государств, с тем чтобы поставить себя настороже против них и иметь возможность во время мирить их, ссорить, бороться с ними или же сближаться, смотря по тому, чего требуют наши собственныя выгоды и безопасность.  Слышите? Понимаете?

  Прекрасно, сказал я; но это-то именно,  на мой взгляд, и указывает на необходимость большой подготовки, сопряженной с большими трудностями.

  Вовсе нет, возразил он; вы ошибаетесь, и в несколько минут вы будете сведущи во всем. Взгляните на эту карту. Вы видите на ней все государства Европы, большия и малыя (это безразлично), их пространство, их границы. Разсмотрите хорошо; вы увидите, что ни одна из этих стран не представляет собою правильнаго очертания, полнаго квадрата, правильнаго паралелограма, совершеннаго  круга.   Всюду замечаются некоторые выступы, некоторыя углубления, некоторыя зазубрины, некоторыя выемки.    Слышите? Понимаете?

Посмотрите на этот колосс, Россию: на Юге Крым, полуостров выдающийся в Черное море и принадлежавший Туркам; Молдавия и Валахия, выступы, имеющие берега на Черном море, которые довольно пригодны были бы для Московской рамки, в особенности если, протянув линию на Север, присоединить к ней и Польшу.   Посмотрите еще на Север: тут

 

 

386

Финляндия, усеянная скалами; принадлежит она Швеции, между тем, как близко находится она от Петербурга! Слышите? Перейдем теперь в Швецию: видите-ли Норвегию, эту широкую полосу естественно прилегающую к Шведской земли? И вот она под властью Дании. Понимаете? Поглядим на Пруссию. Заметьте, как длинно, хило, узко это королевство; сколько выемок нужно было бы заполнить, чтоб уширить его со стороны Саксонии, Силезии, а затем на берегах Рейна! А Австрия, что сказать о ней? Она владеет Нидерландами, которые однако отделены от нея Германиею, между тем как она находится совсем вблизи Баварии, которая не принадлежит ей. Слышите? Понимаете? Туже Австрию вы находите опять в средине Италии. Как далеко это от ея рамки! Как хорошо ее заполнили бы Венеция и Пиемонт!

Ну, на этот раз я, кажется, довольно насказал вам. Вы хорошо чувствуете теперь, что державы эти хотят сохранить все выступы свои, заполнить свои углубления и, наконец, округлиться, при удобном случае. Итак, любезный мой, одного урока достаточно, потому что вот и вся политика.  Слышите? Понимаете?

   А! отвечал я, слышу и понимаю,   тем лучше, что,   обращая теперь взоры свои на Испанию, вижу близ западной части ея длинную и прекрасную кайму или выемку, именуемую  Португалиею, которая, кажется, превосходно подошла бы к Испанской  рамке.

  Я вижу, что вы слышите и понимаете, сказал мне граф Аранда. Теперь вы столько же сведущи в дипломатии, сколько и мы. Прощайте! Ступайте весело, смело и будете преуспевать.

Таким образом окончился этот краткий и своеобразный курс политики.

 

 

Нельзя не пожалеть, что Записки графа Сегюра, из которых приведен этот отрывок (в переводе князя М. А. Кантакузена), Записки столь важныя для Русской истории в конце прошлаго века, доселе не переведены вполне по-русски. Правда, имеется перевод, изданный покойным Г. Н. Геннади, но с сокращеннаго подлинника, и в нем опущены многия существенныя страницы полнаго издания. Эти Записки надо перевести вполне и с необходимыми примечаниями. П. Б.