Реляция о благополучном и славном происхождении в Польше оружия Ее Императорского Величества и о взятии и о покорении города Гданьска // Сообщ. П. Мельников // Отечественные записки, 1841. – Т. 14. - № 1. – Отд. 7. – С. 1-5.

 

 

 

РЕЛЯЦИЯ О ДЕЙСТВИИ РУССКИХ ВОЙСК В ПОЛЬШЕ, В 1773-М ГОДУ, И О ПОКОРЕНИИ ДАНЦИГА.-

 

В числе старинных бумаг, доставшихся мне вместе с фамильными документами и прочими бумагами по наследству от моих предков, нашел я эту реляцию, очень-интересную по тем подробностям осады Данцига, которыя в ней описываются. Эта реляция напечатана на большом полулисте в два столбца, с странным для нынешняго времени правописанием, которое отчасти старался ввести в русскую грамоту блаженной памяти профессор элоквенции В. К. Тредьяковский. Нижняя часть реляции оторвана и, вместо ея, приклеен список с оторванной части, написанный рукою моего прадеда. Полагая, что эта реляция, составленная сто-шесть лет тому назад, будет интересна для просвещенных читателей «Отечественных Записок», я решился напечатать ее с дипломатической точностию, относительно правописания. Но прежде — маленькое объяснение.

В 1733 году умер король польский и курфирст саксонский Август II. Речь Посполитая, по обыкновеннию, пришла в сильное движение и разделилась на партии, из которых одна действовала по мысли кабинета санкт-петербургскаго, другая по желаниям германскаго императора Карла VI, третья по проискам двора Лудовика

XV. Императрица Анна Иоанновна, постигая политику прежних царей и Великаго Петра, хотела, чтоб ея выбор назначил Польше властителя. — Федор Потоцкий, архиепископ гнезненский и примас королевства, предложил между-тем сейму избрать королем кого-нибудь из Пястов, или же отдать корону Ягайла одному из природных Поляков. И наша императрица и Карл согласились-было на это; но когда выбор ceймa пал на Станислава Лещинскаго, близкаго родственника королю Французскому, тогда ни Poccия, ни Австрия не согласились на его подтверждение. В то время явился новый претендент короны польской, претендент, обещавший Анне Иоанновне действовать по ея намерениям относительно Курляндии, и соглашавшийся признать прагматическую санкцию, о которой так сильно старался тогда император германский. Претендент этот был сын Августа II, курфирст саксонский Август III. Русский генерал граф Ласси отправлен был Императрицею в Литву с 20,000 войска, для возведения Августа на престол польский. Быстро прошел этот генерал до Варшавы, стараясь поспеть туда прежде избрания Станислава в короли. Но он опоздал: Французская партия и Потоцкий успели кончить все дело до его прибытия. Избранный Станислав отпра-

 

 

2

вился для овладения Данцигом, а Ласси, собрав 15 сенаторов и 600 человек шляхты в деревне Комиес, заставил их выбрать в короли Августа III. — В то самое время, как Ласси действовал в Комиесе, в Варшаве объявили русскому и саксонскому министрам, чтоб они выехали из Польши, и так-как министры не спешили своим отъездом, то раздраженные Поляки разграбили дом нашего министра и сделали 30 пушечных выстрелов в дом министра саксонскаго. Все эти обстоятельства необходимо должны были произвести войну между Poccиeю и приверженцами Станислава; но главным неприятелем нашим был зять Станислава, Лудовик XV.

Конфедераты, державшие сторону Франции, скоро были усмирены Русскими, но надобно было еще выгнать из пределов королевства Станислава, который заперся в Данциге вместе с послом французским, маркизом де-Монти. Графу Ласси поручено было исполнить это, и он начал осаду Данцига 22 февраля; но приступы его к этому городу были неудачны. Жители Данцига твердо стояли за Станислава; Французская эскадра появилась на Балтийском Море; Ласси действовал слабо. Bсe эти обстоятельства побудили Императрицу послать к Данцигу графа Миниха, уже испытаннаго в боях, уже славнаго своими победами. Едва явился новый военачальник под стенами Данцига, дела приняли другой оборот. Миних успел захватить в плен французский десант и принудить 19 июня жителей Данцига к сдаче. Станислав бежал, переодевшись крестьянином, во Францию. Данциг был взят и должен был по условию заплатить Poccии два мильйона триста тысяч ефимков, в том числе один мильйон в наказание за то, что жители его выпустили Станислава. Половину этой контрибуции Императрица простила в-последствии.

Эти происшествия наделали много шума в Европе и произвели сильное волнение во всех кабинетах. Началась война с Франциею. Pyccкиe в первый раз увидели берега Рейна; слава Императрицы Анны и России возрасла еще более. Мир 1738 года наконец успокоил Европу и возвел Россию еще на высшую степень знаменитости.

Вот в кратких словах описание той войны, в которой взятие Данцига играет такую важную роль. Я нарочно сделал этот краткий очерк ея, для того чтобы действия, описываемыя в «реляции», представлялись в надлежащем свете. Вот эта реляция слово в-слово (*):

 

 

Реляция о благополучном и славном произхождении в Польше оружия Ея Императорскаго Величества и о взятии и о покорении города Гданска.

 

Когда на вспоможение городу Гданску пришла морем Французская военная эскадра, состоящая в 11 караблях болших линеиных и фрегатах, и высадила на берег Гданской  приморской крепости в Везельминде несколько тысяч французских военных людей, которыя 16 маия учинили от Везельминда на Россиискои ретранжамент обретающеися при реке Висле   между  города Гданска и Beзельминда,   жестокое   неприятельское нападение; а в самое то же время и из города сильная вылазка учинена была, то с Божьею помощию оныя французы, от воиска Россиискаго мужественно с великим с их французскои стороны уроном отбиты, и до самаго Везельминда прогнаны, в которой акции между другими французами и Посол французскои,  бывшеи при Дацком дворе Граф Плело, которой от туду на караблях французских к Везельминде приехал, и помянутыми

(*) Строки, означенныя знаками (") писанныя; в них я также удержал правописание моего прадедушки.

 

 

3

французами командовал, и хотел с ними в город Гданск продратся, и сверх того  еще 28 человек Офицеров французских, и  несколко сот салдат yбито кроме раненых, а и те вышедшия из города неприятели, по некоторой по них из пушек учиненной стрелбе, с немалым уроном в город ретироватся принуждены были. А когда по том Россиискои флот под командою Адмирала Гордона,  отправленную из Санктъпетербурга артиллеpию на Пилaвcкoи Реде щастливо выгрузил, (*) и по том прямо ко Гданску пошел, то помянутая французская эскадра уведомясь о приближении того нашего флота ,  подняв парусы тот час ретировалась, и к Зунту пошла, но один французскои фрегат, которой ко уходу способу не нашел, прямо под  Везельминдскою  крепостию, сам себя на мель посадил, и как артилерия ко Гданску в лагерь привезена, и, меж тем  кругом Везельминда апроши и батареи в совершенство приведены были, и из двух бомбардирских при флоте бывших Россииских  Галиотов   как оную  крепость,   так  и   cтoящиx под  оною французов бомбардировать стали, то те французы не видя себе ни какого к спасению способа, на окорд здатся принуждены были, по  которому они обобрав у них ружье на наш флот посажены и в кронштат привезены, а которыя Шведской нации в Везельлминде находились и в службе неприятелскои, и те для показания от Ея Императорскаго Beличecтвa к Шведскому Государству доброжелательства отпущены в отечество их. А по том и Везельминдская крепость, неожидая последнеи краиности здатся принуждена была и бывшеи во оной  гарнизон Его Королевскому Величеству Польскому Августу III в  верности присягу учинил и в лагеръ принят, а оная крепость Саксонскими Его Величества воиски осаждена. При котором случае от воиск Ея Императорскаго Величества взято.

Один Фрегат  Французской   с 30 пушками;

Гукор о 14 пушках,

Прам с 8 пушками;

А в крепости 103 пушки;

5 мортиров

8 Дубель гаков;

Ядер;   картечев;   и   картузов

9,148;

Пороху 1130 пуд Свинцу 375 пуд

и протчей всякой Городовой аммуницы и правианта не малое число;

После здачи Векселминды по некоторых днях город Гданск видя учрежденную в россиских  шанцах прибавочную болшую артилерию пушки и мортиры, и сильную пушечную  стрелбу и бомбардирование в город,  и отчаяв своего спасения прислали к Генералу Фельдмаршалу Графу фон Миниху просительное письмо об  унятии оружия  и от Ея Императорского Величества милости и прощения во учиненных их противных поступках такожде» и от Поляков обретающихся во Гданску от IIpимaca Потоцкаго, от Епископа Плоцкаго Залутскаго,  и от воевод, Рускаго, Черторинскаго, Мазовецкаго, Графа Понятовскаго, и прочих знатных. В то ж время присланы писма и реверс за их руками, что они Его Королевское Величество Польское Августа Третияго за законнаго своего Короля и Государя признавают,  и со всем отдаются в дискрецию и милoсердие Ея Императорскаго  Величества, прося о свободном из города выезде, и о принятии их в воиско Всеросcииское, почему оне все и приняты, и деиствительно в руках воиск Ея Императорского Величества обретаются: А 26 Июня и город Гданск в совершенное Ея Императорскому Величеству покорение пришел и в милость Ея Им-

(*) В то же время привезены были из Саксонии мортиры. Оне были отправлены по почте (!) Чрез прусския земли их везли под видом экипажа герцога Вейсенфельса.

 

 

4

ператорскаго Величества здался, и по данному ему аккорду деиствительно покоряется и признавает Королевского Величества Польскаго Августа тpeтяго за своего истинаго Короля и Государя, и обещается оному как сущим верным подданным подобает, всякую должную верность  и послушание отдавать и в том должную торжественную присягу учинить.   Имеет тот город  отправить   к  Ея Императорскому   Величеству   немедленно   торжественную депутацию состоящую из первеиших онаго управителей по собственному Ея Императорскаго Величества  определению,   со всепокорным прошением о Всемилостивеишем от Ея Императорскаго Величества прощении, в учиненных от оного противных поступках. Полки которыя пред осадою городу  присягали, такожде и прочие военные люди, которые во время осады военную службу отправляли, какои бы нации ни были и французы, имеют  из города  выступить,   и у Россиискаго Императорскаго воиска военнопленниками отданным и принятым быть.  Оной город никогда не может и не имеет принять каких неприятелей Ея Императорского Величества, но паче о получении и содержании Ея Россииско императорскаго Величества дражаишеи милости все удобвымышленное прилежное старание иметь обещает. За употребленные от страны Ея Императорскаго Величества при осаде того города иждивении имеет оной в Казну Ея Императорскаго Величества, милион битых ефимков заплатить, понеже в время осады в городе Гданске в противность военному обыкновению в колокола звонили,  то сверх того за cиe дерзновение онои город особливо тритцать тысяч червонных заплатит, понеже Cтанислав лещинскои то самое время, когда от  Генерала   Фельдмаршала   Графа фон Mинниха, его из города Гданска выдачи требовано,  по объявлению городскому таино будто ушел, то за cиe ушествие станислава, должен тот город, ежели он в четыре «недели Его станислава не поставит заплатить Ея Императорскому Величеству милион ефимков и по силе сего аккорду, вышеупомянутые полки между которыми так называемый станиславскои   драгунской полк и коронная гвардия в двух баталионах и несколко  (Французского   воиска из города выступили и при Россиском лагере между Ором и Сант Албрехтом;   где  генерал  Лессий с осмью-полками стоял ружье свое положили и яко военно-пленные действительно приняты. И понеже сим от Всемогущаго Богаданным оружию Ея Императорскаго Величества  великим благословением и сим славным сего важнаго и великаго дела произведением  Его  Королевское   Величество Польское Август третий на престол утвержден Неприятели  Россииския суще покорены, война в Польше пресечена и мир и покой в сем соседнем Государстве Польском утвержден быть имеет. Того ради да будет за cиe всевышнему Богу от всех подданных Ея Императорского Величества усердное и должное благодарение».

 

На этой реляции сверху  на левой стороне написано число 131, а на обороте  писанной   приклейки   написано старинным почерком, только не рукою моего прадеда: «Из Москвы Июля от «9» а в  Нижнем получена 30 чисел 1734 года 629.

 

Замечу здесь два обстоятельства: а) в реляции везде слова Француз, Французский и пр. печатаны с маленькими ф, как бы для унижения тогдашних главных неприятелей  нашего двора. Прадедушка мой был к французской нации помилостивее и писал название ея хотя и чрез фиту, но все-таки через большую. В реляции упоминается, что контрибуции наложено было на Данциг  2.300,000   ефимков,   а  не 2,000,000, как пишет Манштейн во второй части своих «Записок», и за

 

 

5

ним Бантыш-Каменский в своем «Словаре достопамятных людей» и у того и у другаго не упоминается о контрибуции за звон в колокола.

У меня в бумагах есть еще несколько других редкостей, более или менее любопытных, которыя в скором времени также надеюсь напечатать в «Отечественных Записках»; таковы напр.: отрывок из письменнаго «описания о походе Ея Императорскаго Величества Великой Императрицы Екатерины II на галере Тверь по городам при Волге лежащим»,— письменное же «Описание о заключении славнаго Mиpa с Отоманскою Портою и о всех празднествах по сему случаю бывших», — отрывки из рукописи «о шествш Всемилостивейшей Императрицы в первопрестольный град Москву» и прочее. — Не знаю, как достались нашему роду все эти рукописи, но полагаю, что все oнe сочинения моего дедушки , который, как мне сказывали, был большой охотник до подобных вещей. Кажется, главными источниками при составлении всех этих «описаний» служили современныя оффициальныя известия; по-крайней-мере мало в них мест, где бы  автор говорил что-нибудь от своего лица.

 

П. Мельников.