Пребывание императора Павла в Козмодемьянске в 1798 г. Рассказ очевидца / Сообщ. И.Ф. де-Пуле // Русская старина, 1870. – Т. 1. – Изд. 3-е. – Спб., 1875. – С. 426-428.

 

Пребывание императора Павла в Козмодемьянске в 1798 г.

Разсказ очевидца.

 

В 1798 г. император Павел делал смотр оренбургской дивизии, т. е. войскам, расположенным в Уфимской, Казанской и Пермской губерниях, которыми командовал тогда генерал от инфантерии О. А. Игельстром. оренбургский военный генерал - губернатор, во время революции Костюшки командовавший нашими войсками, расположенными в Польше. Смотр оренбургской дивизии назначался в городе Казани, куда путешествие императора Павла сделалось предметом особенной заботливости и страшных тревог со стороны военной и гражданской администрации; но и в умах всех вообще современников это императорское «шествие» оставило глубокий след, как свидетельствуют об этом их собственные разсказы. Интересныя подробности о пребывании Павла Петровича в Казани сообщает в своих записках Л. Н. Энгельгардт (стр. 203—214) и неизвестный автор-современник, разсказываюший о том же1). О пребывании императора во Владимире на Клязьме, в IV кн. «XVIII века», напечатан разсказ очевидца, записанный г. Рангом. Разсказ о путешествии этого государя по Ярославской губернии, составленный г. Трефолевым, напечатан во 2 книжке «Русскаго Архива» за 1870 г. Во всех описаниях этих «высочайших шествий» ярко бросаются в глаза две черты: с одной стороны, желание императора проехать скромно и тихо, никого не тревожа; с другой—со стороны всяких административных властей и даже лиц, близких к государю,—страх и трепет; эти чувства проявлялись и во время самаго путешествия всякаго рода тревогами и замешательствами, и еще более раздражали вспыльчиваго императора, котораго народ, общество (не служащее), встречали почти повсюду с полнейшим спокойствием и горячею преданностию.

Читателям «Русской Старины», надеемся, не безъинтересен будет помещаемый ниже разсказ о пребывании императора Павла в Козмодемьянске, в мае 1798 г., т. е. на пути в Казань. Разсказ этот записан в 1844 г. Н. И. Второвым, со слов козмодемьянскаго мещанина Ф. Г. Масленикова, и сохранился в бумагах Второва, которыя, вместе с бумагами отца его, Ив. Алексеев. Второва, любопытны для характеристики нашего общества конца

1) См. «XVIII век», книга lV-я, стр. 464—469.

 

 

427

прошлаго и первой половины нынешняго столетия. Извлекаем разсказ Масленикова из бумаг Второвых, находящихся в нашем распоряжении.

 

_____                   М.Ф.  де-Пуле.

 

Император Павел, разсказывал 23-го февраля 1844 г. в городе Козмодемьянске Ник. Иван. Второву тамошний мещанин Федор Григорьевич Маслеников,—проезжая в Казань, заехал сюда, повернув в сторону с Емолгашской станции. Это было в мае. числа не помню. Часа два спустя после полдён, император прибыл в Козмодемьянск, с великими князьями Александром и Константином Павловичами; из свиты его помню генерала Нелидова. Для квартиры государю был отведен деревянный дом купца Колесникова, на площади, против церкви Успения. Экипажи поместились против дома, у церкви. Толпы народа, в числе котораго были русские, чуваши и черемисы, разодевшиеся в самыя нарядныя платья, окружили дом. Хозяин, с семейством, по прибытии императора, встретил его у дома и получил в подарок часы. Градской голова купец Ермолаев, встретил его в комнатах и поднес на блюде хлеб и соль, которые были приняты милостиво. Спустя несколько времени, государь показался у окна. Прежде всего бросились ему в глаза ядринсюе купцы, пожалованные императрицею Екатериной за подвиги их против Пугачева, шпагами, ковшами и другими вещами. Они стояли впереди всех, в ряд, и держали перед собою все эти вещи.

   „Что  вам  надобно?   спросил   государь,—знаю...."   и  купцы должны были отойти в сторону.   Тут же какой-то татарин упал перед окнами и со слезами начал что-то говорить. Один из свиты государя,  подошедши  к  этому татарину,  предупредил его, чтобы он не смел безпокоить государя никакими просьбами.

  Что ты плачешь? спросил император.

  „Ничего, батюшка! Я рад, что тебя вижу: ни деду, ни отцу моему никогда не приводилось видеть царя".

  Поди же теперь  домой и скажи,  что ты меня видел,   отвечал государь.

Народ стоял в отдалении и боялся близко подойти к дому; только один мещанин Минеев, старик лет 80, отважился приблизиться. Он упал пред государем на колени и тот начал с ним милостиво разговаривать. Увидавши на головах русских женщин золотыя фаты, государь спросил его:

  Что у вас фабрики, что-ли, такия есть, где ткут эти фаты? Минеев отвечал,  что фаты   эти привозятся   мужьями их из

Астрахани и других мест, а что в городе фабрик таких нет.

 

 

428

Из окон дома, занимаемаго императором, открывался вид на Волгу. Смотря на все, государь обратил внимание на суда и барки, плывшия в то время по реке.

  Что это за флот там идет?  спросил  он:   и почему  на одних судах паруса белые, а на других желтые?

Минеев объяснил, что цвет парусов зависит от того, что одни из них холщевые, а другие рогожные. Затем государь изъявил желание попробовать волжской воды; но как время тогда было весеннее и у берега вода была очень мутна, то отправились несколько человек в лодке на середину реки, чтобы почерпнуть воды. Вода государю очень понравилась. Он поднял стакан и, показывая его народу, сказал:

  Вот я пью вашу воду. Славная вода у вас!

Между тем уже вечерело. У одной из женщин, стоявших в толпе, расплакался ребенок.

  Ступай домой,  сказал ей государь:  ребенок твой спать хочет, а ты меня еще завтра увидишь.

В это время возвращалось с поля стадо; государь приказал народу раздвинуться и дать ему дорогу.

На другой день государь долго почивал, и, до его пробуждения, не начинали обедни. Это было в воскресенье и государь с вечера пожелал быть в церкви. Вставши, он тотчас отправился в Успенскую церковь с великими князьями и свитой. Через площадь государь и все с ним бывшие проходили с открытыми головами. В церкви он поместился против образа Николая Чудотворца. В продолжение службы государь обратил внимание на то, почему служат два священника (другой был протопоп из собора), и, казалось, не был этим доволен. По окончании литургии хотели служить молебен, но он не приказал. При выходе из церкви, какой-то отставной солдат сказал что-то на ухо шедшему нисколько позади великому князю Константину Павловичу, и тот весь вспыхнул; но о чем он говорил ему—неизвестно. Тотчас после обедни, государь отправился далее по дороге в Казань и на станции Виловотовражской имел обед.

Государь был средняго роста, лицо имел полное, круглое, голос — толстый, сиповатый. Великий князь Александр Павлович,, бывши в то время лет 20-ти, был настоящий красавец.

Когда записывался этот разсказ, дом Колесникова был еще цел; это было двух-этажное деревянное, полуразвалившееся здание с пятью окнами; нижний этаж совсем врос в землю.

 

Сообщ. М. Ф. де-Пуле.