Воронцов С., Потемкин Г.А. [Письма к гр. А.А. Безбородко] / Сообщ. С.В. Кочубей // Русский архив, 1873. – Кн. 2. – Вып. 9. – Стб. 1685-1693. – Под загл.: Из бумаг диканьского архива кн. С.В. Кочубея.

 

Письмо Воронцова приводится только в переводе.

 

 

 

 

ИЗ БУМАГ ДИКАНЬСКАГО АРХИВА, КН. С. В. КОЧУБЕЯ 2)

 

I.

Два письма князя Григория Александровича Потемкина-Таврическаго к  графу   А. А. Безбородке.

 

1.

Милостивый государь   мой,   граф Александр  Андреевич. Дай   Боже,

2) Подлинники печатаемых писем, князя Потемкина и графа Воронцова, хранятся у князя С. В. Кочубея, в селе Диканьке, Полтавской губернии; оне печатаются с разрешения владельца их, который, в настоя-

 

 

1686

чтоб следствия были лутчия, а без того жаль будет людей. Вы знаете мою любовь к своим и потому можете судить о моем безпокойстве. Я уверен, что худоба флотилии много сделала вреда, да и галеры взорвало не от своих-ли выстрелов? Что сделал Круз, ежели он не трус?

Желаю я, чтобы Кегая-бей привез вести подробныя, а паче верныя; скажите мне, как были мои Турки?

Хорошо, естли-бы Чичагову удалось; но при удачах, чем они будут большия, тем должна быть наша политика умереннее. Тут вяще ласкать нужно Б... двор 3), дабы он каверзами не остановил успехов. Вся нужда развязаться, а потом, я вас уверяю, что оба и Шв. и Польск. легко истребятся. Я о сем готовлю. Пожалуйте к стате скажите 4). Верьте, что наклонность в дружбе с Прус. развяжет дело, а в политике чистоcepдeчиe не нужно. Верный и покорный слуга Потемкин Таврический.

На обороте письма адрес: „Милостивому государю моему, графу Александру Андреевичу Безбородку." Года не означено, но относится к 1789 году, когда кроме Шведской и Турецкой нам грозили еще двумя войнами, с Пруссиею и Швециею. П. Б.

 

 

2.

10 Сентября.

Извини, милостивый государь, что не могу писать много. Ей Богу, гемороиды привели в крайнюю слабость,

щее время, занят систематическим описанием всех бумаг, хранящихся в его богатом семейном архиве.

              И.   Григорович.

3)  Так  в поддиннике. Очевидно—Берлинский двор. П. Б.

4)  Т. е.  императрице. Потемкин готовил записку об этих делах. П. Б.

 

 

1687

и заботы на пространстве и в разных местах сломили с ног. О славном витязе, ежели он не Бова, то, по крайней мере, Горе-Богатырь, увидите из реляции. По дальнем преследовании пришлю донесете обстоятельное; сам же еду завтра. Сей славимый Алжирской рыцарь ушел, будучи проучен ладно полковником Орловым. Прилагаю вам письмо Михаила Ник. Кречетникова; тут увидите, как мой Донец ударил. Я прилагаю об нем просьбу.

Хлопочу я об Кобурге, хотя, кажется, он и силен.

Побеги столь часты в Польшу,— истинно нельзя проходить в близости. Я на время кампании прибавил в жалованье для корпуса Малор. в уравнение с легкоконным, потому что они несут туже службу и драться хорошо начинают. Объявил и волю Ея Имп. Вел. об отпуске третей части в мирное время. А пехоте с кирасирами порцию отпустить приказал, чем и прекратилось, сказав, что Государынина воля сделать после войны срочную службу. Cиe больше всего подействовало. Поляки подманивают. Ей, нужно срок положить, хотя бы начав с государственных; но cиe после войны, а теперь бы предварить. А что сказал, то доказательно произвело действие: даже из Польши уже беглецы отзываются придти, лишь бы простили. На век вам верный слуга кн. Потемкин Таврический.

 

 

Письмо графа С. Р. Воронцова к графу А. А. Безбородке (1795).

 

………………………

 

1690

 

Перевод.

17/28 Сентября 1795 года. Ричмонд. Граф! Не удивляйтесь, что я беру на себя смелость рекомендовать вам г. Гуттенбрунна, который будет иметь честь представить вам это письмо: он великий живописец, и я не мог поступить иначе, как только рекомендовать его знатоку и просвещенному любителю.

Будучи в Риме, я часто встречался с покойным Менгсом 4). Этот великий человек был очень высокаго мнения о таланте Гуттенбрунна, котораго я осмеливаюсь рекомендовать вашей благослонности, граф.

4) Т е. Антонием Рафаэлем Менгсом (род. 1728, ум. 1790 г.)

 

 

1691

Покойный Менгс повторял мне часто, что правильность рисунка, красота, а также и естественность колорита в произведениях подателя этого письма таковы, что он не знает в Риме ни одного художника, котораго можно было бы сравнить с Гуттенбрунном. Менгс обещал принцу Астурийскому (нынешнему королю Испанскому) присылать в митатюре копии со всех своих великих произведений, которыя он предпримет в Риме, и только один Гуттенбрунн оказался способным списывать мастерския копии. Одна из этих копий, неотправленная в Мадрит, по случаю смерти Менгса, была продана наследниками его, и князю Юсупову посчастливилось купить ее. Вы граф,—надо полагать,—заметили ее в коллекции картин князя и, без сомнения, любовались ею.

Мне также удалось купить драгоценную копию Гуттенбрунна с знаменитой картины Корреджио, что была в Парме 5). Я заплатил за нее 100 гиней и хотя я отнюдь не богат, но не уступлю ее и за 2000.

Мне не раз случалось видеть в Болонье, во дворце Цампиери, копию с этой же самой картины, сделанную одним из Каррачей, и я могу уверить вас, копия Гуттенбрунна, без всяких преувеличений, гораздо лучше передает неподражаемую и прелестную кисть Корреджио; она так хороша, чте милорд С. Эленс (S. Helenes), который любит живопись и знаком с нею в совершенстве, возвратившись из Испании, где он видел самыя лучшия произведения Менгса и изучением которых он преимущественно занимался, не мог по

5) Т. е. с Рождества Христова; картина эта теперь находится в Дрезденской галлере.

 

 

1692

верить, что это копия, списанная Гуттенбрунном, а не оригинальное произведение Менгса.

У Императрицы одна из лучших и полнейших коллекций в Европе, но и в ней недостает того, чего нет ни в одной замечательной коллекции— это хороших копий с образцовых произведений Рафаэля, Корреджио, Тициана, Доминикина и Гвидо; оригиналы же находятся в Дрездене, Венеции, Париже, Болоньи и Риме, и ни один монарх не может купить их. Если бы Ея Императорское Величество пожелала испытать Гуттенбрунна в необыкновенной способности его мастерски подражать манере великих художников, повелев ему сделать копию с одной из прекрасных картин ея коллекции; если бы она, убедившись в справедливости замечаний Менгса, отправила Гуттенбрунна в Италию с пансионом в 300 дукатов, чтобы он мог переезжать из одного города в другой, и условилась бы с ним относительно платы за копии, которыя он спишет с образцовых произведений: то сделала бы свою коллекцию самою драгоценною, самою полною и самою интересною в мире, а главное, приобретение этих копий не было бы сопряжено с большими издержками.

Гуттенбрунн везет с собою несколько своих картин; между ними та, которая изображает Парнас, заслужит, без сомнения, внимание всякаго знатока в живописи. Я обращаюсь к вам, граф, как к знатоку и просвещенному любителю (изящных искусств). Я притом знаю, что вы наслаждаетесь счастием, котораго вы вполне достойны, счастием беседовать с Императрицей в дружеском обществе, единственном в свете, где самая мудрая, самая

 

 

1693

великая Государыня является только самою любезнейшею женщиною в мире. А так как эта великая Государыня вместе с тем и самая просвещенная покровительница искусств, которыя она первая ввела и, так сказать, натурализировала в своей обширной Империи, то я ни мало не сомневаюсь, что мысль, которую я имел смелость предложить вам, относительно приобретения копий с знаменитых картин, которых невозможно иметь в России,— не будет отклонена Ею, особенно если это будет предложено таким знатоком, как вы, граф.

Глубокое уважение, которое питаю я к вашим обширным познаниям, к вашей любви к искусствам, к вашему влечению покровительствовать артистам, внушило мне мысль обезпокоить вас, и это должно послужить мне извинением и пр.

С. Воронцов.