Отправка купеческих сыновей в Англию. 1766 г. [Материалы] / Сообщ. и коммент. А. Подвысоцкого // Русская старина, 1875. – Т. 13. - № 7. – С. 437-439.

 

 

 

Отправка купеческих сыновей в Англию

1766 г.

 

Екатерина II обращала внимание на Архангельск с первых лет своего царствования, и, между прочим, заботилась о развитии правильнаго образования в тамошнем русском купеческом сословии. По этому предмету состоялся следующий ея указ на имя губернатора Архангелогородской  губернии генерал-маиopa Головцына: ,,Господин губернатор Головцын. Извольте выбрать в вашем месте двух купеческих детей лучших, если можно, домов, лет от одинадцати до двенадцати, которые бы были дети доброй надежды и не совсем испорченнаго воспитания. Оных пришлите ко мне, а я их намерена послать в Англию для обучения коммерции и об них сама попечение буду иметь, о чем вы можете объявить

 

 

438

отцам и матерям их; а выберите их с волею отцовскою,  а не против желания сих. „Екатерина".

Мая 29 дня 1766 года,

Санктпетербург.

 

Указ этот был получен в Архангельске 13-го июня, а 16-го июня губернатор Головцын донес императрице об избрании им двух способнейших купеческих сыновей, „на отдачу коих отцы и матери не только согласились, но и за неизреченную вашего императорскаго величества милость со всеподданнейшею благодарностью приняли". Избранные купеческие сыновья были: Степан, 11-ти лет, сын архангельскаго степеннаго головы Ивана Боженина, и Василий, 14-ти лет, сын депутата города Архангельскаго Николая Свешникова. О втором из них докладывал императрице Головцын, что он избран по неимению другаго способнаго в возрасте от 11-ти до 12-ти лет и потому, „что он воспитания весьма нарочитаго и против сверстников своих превосходнаго, и в здешней немецкой школе немецкаго языка несколько уже обучался, а между тем с отцом своим неоднократно на ирбитской ярмарке и по разным городам, для навычки и примечания коммерции бывал". Через неделю после согласия родителей, дети были отправлены в Петербург с прапорщиком архангелогородскаго гарнизона Шишкаревым, которому губернатор Головцын вручил рапорт на имя императрицы и два письма: к их превосходительствам Василию Григорьевичу Шкурину 1) и Григорию Николаевичу Теплову 2), с тем, чтобы прежде обратился к Шкурину, и когда тот согласится принять рапорт и детей, то письма Теплову не отдавать; если же Шкурин откажется принять, то все передать Теплову. 16-го июля Шишкарев с детьми прибыл в Петербург, а 17-го представил их Теплову, „коих он чему обучены экзаменовал", и в тот же день были они отправлены с нарочным курьером к императрице в Петергоф. 23-го июля дети были снова представлены Теплову, „и объявлено, что адресованы быть имеют в Англию иностраннаго купца Гома 3) на брата его и состоять под ведением его превосхо-

1) Василий Григорьевич Шкурин, бывший гардеробмейстер Екатерины II (когда она была еще великою княжною), возведен при вступлении ея на престол в дворянское достоинство, получил чин действительнаго камергера и 1,000 душ крестьян.     А. П.

2)  Сенатор и тайный советник; вскоре по возшествии на престол Екатерины II был назначен состоящим при императрице для принятия челобитен.         А. П.

3)  Английский  купец Виллиам Гом содержал в то  время обширные лесные промыслы в Архангелогородской губернии и имел несколько контор, главная из которых находилась в городе Онеге.            А.П.

 

 

439

дительства Григория Николаевича Теплова. Жалованья-ж им на первый случай произвождаемо быть имеет по триста рублев в год, кроме прочих расходов". Наконец, 26-го июля дети отправлены в Англию на корабле Гома.

Баженин и Свешников обучались в Англии до осени 1769 года, когда императрица повелела возвратить их в дом их отцов, с принятием на счет казны как всего бывшаго содержания их, так и обратных путевых издержек; но вслед затем было предоставлено на волю родителей оставить этих детей при иностранных конторах в Петербурге, или же взять их домой. Неизвестно почему, Теплов склонялся более на сторону последняго решения, и вот что писал он по этому случаю к губернатору Головцыну:

„Государь мой, Егор Андреевич! Чрез письмо мое от 26-го октября я уведомил ваше превосходительство, что ея императорское величество повелеть соизволила детям Свешникова и Баженина возвратиться из Англии, и что, по уведомлению господина Гома, не прежде весны в Россию они приедут за упозданием нынешняго времени; а вчерашний день явились они у меня. Чего ради ваше превосходительство покорно прошу объявитъ отцам о приезде их детей и взять известие, здесь-ли они своих детей желают оставить или возьмут к себе. Я бы советовал им сделать последнее, потому что дети их, бывши в Англии, не были в конторах, но в школе; Свешников учился языкам и математике для исчисления, так как и бухгалтерии, а Баженин языкам. Впрочем, однакож как они хотят, и ежели разсудят за полезнее взять детей своих, то от них и зависит доставить их к себе, потому что ея императорское величество указать соизволила отдать их отцам".

„Имею честь быть и проч. Григорий  Теплов".

Ноября 11-го дня 1769 года, С.-Петербург.

 

По предъявлении содержания этого письма Баженину и Свешникову, оба они отозвались, что имеют усердное желание отдать своих детей в английскую или какую-либо другую иностранную контору в Петербурге, о чем и было сообщено Теплову, как ими самими, так и Головцыным. Что сделалось с ними впоследствии и каковы были плоды воспитания их в Англии — неизвестно.

 

Архангельск.

Сообщ. А. Подвысоцкий.