Орлова Е.Н. [Письма к В.Н. Зиновьеву. 1776 г.] / Публ. Н. Барышникова // Русский архив, 1877. – Кн. 3. – Вып. 9. – С. 113-115.

 

 

Письма княгини Екатерины Николаевны Орловой.

(1776).

 

О кратковременном супружестве знаменитаго князя Григория Григорьевича Орлова известно весьма немного, и личность княгини Орловой (1758—1781) представляется в каком-то тумане. Ея брак с своим двоюродным братом, который был гораздо старше ея летами, представляется чем-то загадочным. Задумал ли князь Орлов жениться на девице Зиновьевой вследствие любви и действительнаго увлечения ею, или в силу оскорбленнаго самолюбия и пошатнувшагося положения при дворе Екатерины: кто знает! Но брак этот был целым событием в придворной жизни Екатерининкаго царствования, и героиня романа возбуждает к себе невольное любопытство. Имея в руках несколько писем княгини Орловой, извлеченных нами из Витебетскаго архива (с дозволeния покойнаго владельца этого архива, Степана Васильевича Зиновьева), мы полагаем, что они будут прочтены не без интереса и, быть может, уяснятъ некоторыя стороны в характере княгини, до сего времени оставшияся мало или вовсе неизвестными. Письма эти писаны княгинею к брату ея, Василью Николаевичу Зиновьеву. Нам удалось разобрать крайне-небрежный почерк Французских подлинников, и мы представляем их в переводе. Надо заметить, что брак князя Орлова, смутивший совести современников, как один из первых в России между двоюродными, и при том брак такого человека, который некогда должен был жениться на самой императрице, состоялся в Июне 1776 года. О князе Орлове читатели «Русскаго Архива» (1873) имеют большую статью г-на Барсукова; о семействе же Зиновьевых и о Витебетском архиве см. сообщенныя нами сведения в Р. Архиве 1870 и 1872 годов.

                                                       Н. Барышников.

 

1.

Петербург, 23 Марта 1777 года.

Я имела удовольствие получить ваше письмо от 23 Марта. Вы очень несправедливы, думая, что ваши советы могут меня разсердить. Нет, мой дорогой; напротив, я прошу не оставлять меня вашими советами или уроками, как вы их называете, потому что они очень разумны. Не смотря на то, что вы более разочарованы жизнию, нежели я, но вы гораздо благоразумнее и осторожнее меня и умеете лучше меня судить о вещах; следовательно дружба, которую вы ко мне чувствуете, без сомнения, позволит вам говорить лишь о таких предметах, которые клонятся к моему счастию и улучшению моего положения. Я затрудняюсь передать вам с

 

 

114

точностию, насколько от всего сердца я была тронута и исполнена благодарности за все доказательства вашей дружбы. Я вас всегда любила, но теперь, признаюсь, что я полюбила вас вдвойне, и моя привязанность, душенька мой фрерушка 1), безконечна. Вы через-чур добры, желая сообразовать ваш приезд сюда с моим решением. Я полагаю, что ваше прибытие крайне необходимо, потому что, на основании предположеннаго плана, я должна 10-го Мая ехать в Гатчину 2), и коль скоро вас здесь не будет, я полагаю, что эта моя поездка подаст повод смотреть на нее неблаговидно, как на действие недостаточно приличное, в случае, еслибы я поехала одна, то есть без родных. С вашей ловкостью вы должны необходимо привесть с собою «несноснаго», но к несчастию необходимаго (?). Пожалуйста напишите мне, как только получите это письмо и уведомьте, можете ли, не затрудняя себя, приехать; а также и Александр 3), на котораго я сердита за то, что не отвечает мне.

Князь 4) более недели не выезжает. Он, слава Богу, не опасен, но только хворает; что же касается меня, то я уже два дня как нездорова и чрез силу могу писать, находясь в постеле. Я не видала князя, хотя каждый день бываю у него; я полагаю, что если ему позволят выезжатъ, он будет у меня 5). Я его люблю более, нежели когда нибудь его любила и, по милости Всемогущаго, я очень счастлива. Для нас обоих недостает только вас. Вы, пожалуй, скажите, что я глубоко заблуждаюсь и подумаете, что я его не люблю. Я неизменчиваго характера, но обо всем судят по себе; почему он и думает, что я его более не люблю, а я просто не хочу его безпокоить своими письмами. Прощайте, мой фрерушка; скажите другому фрерушке, что я прощу его, если он скоро мне напишет. Целую вас обоих; еще прощайте. Пишите ко мне и не говорите, что я ленивая.

 

Записочка князя  Орлова.

(порусски).

(Без числа и года).

Государи мои А. и В. Николаевичи! Благодарствую за ласку вашу ко мне и за любовь, которую вы к сестре вашей являете, вам благодарен и, найдя случай все cиe сказать, скажу, что я всегда остаюсь ваш покорный слуга

Ваш Г. Орлов.

1)  Так писано в подлиннике Французскими буквами.

2)   Принадлежавшую тогда князю Орлову.

3)   Александр Николаевич Зиновьев, старший из братьев княгини Екатерины Николаевны Орловой.

4)   То есть князь Орлов.

5) Брак князя Орлова считался незаконным,так как супруги были между собою двоюродные и преследовался церковною властью. Карабанов свидетельствует, что дети их рождались мертвыми. (См. Списки П. Ф. Карабанова, Спб. 1872, стр. 32).

 

 

115

Государыне моей Авдотье Наумовне. 6)   мое нижайшее почтение и благодарность за родственное писание ея. Слава Богу здоров.

 

2.

Приписка княгини Орловой.

Дорогие братья, душеньки мои, как пред вами виновата! Умоляю, простите меня! Тысячу раз благодарю тебя, мой дорогой Вася, за носовые платки; все твои письма я получила, мой милый, и благодарю тебя за память. Я вполне чувствую, мои дорогие, всю меру вашего ко мне горячаго участия. Не грустите: Всемогущий, моя единственная надежда и утешение, сохраняет меня от всех прекрасных вещей или, лучше сказать, от всех гадостей, которыя распространялись на мой счет. Он моя единственная подпора и карает тех, кто против. Мы, слава Богу, в наилучших отношениях с моим дорогим князем. Ради Бога приезжайте, мои дорогие друзья, к Святой; умоляю тебя об этом, мой милый Вася. Ты это можешь сделать и привези Александра; постарайся так устроить свои дела, чтобы к Святой быть здесь; не откажи мне в этом и привези также свою жену.

 

3.

Рига. Пятница, 8-го Марта (без года).

Дорогой брат! Я в Риге, откуда пишу тебе, что люблю тебя всем сердцем. Весьма благодарна за твои ласки, хотя, в твоих глазах, я их и недостойна; но верь, что на дне моего сердца не так, потому что я тебя очень нежно люблю. Что же мне делать с моей ветренностию и капризами? Клянусь, я Бог знает, что готова была бы сделать, чтобы иметь всегда ровное расположение духа. Этот недостаток пройдет, мой друг, и я уверена, что настанет время, когда вы отдадите мне справедливость и увидите, насколько мое сердце способно к искренней дружбе. Прошу тебя, прочитав мой журнал, передать его Марье В. (?) Прощай, мой друг, будь здоров, люби меня и молись за нас Богу.

Сейчас получила от тебя письмо, за которое я у ног твоих. Благодарю тебя. Продолжай, мой милый, писать ко мне и будь уверен, что советы  лица, столь дорогаго для меня, как ты, меня не огорчат. Какие вы безсовестные, братец, хотя бы вы резону и не сказывали зачем вы не поехали, потому что тот (т. е. резон), который вы приводите, непростителен. Вы злой друг; однакоже будьте уверены, что я вас очень люблю. Еще раз целую вас. Анну Осиповну 7), голубушку мою, обнимаю, целую и благодарю за память.

6)   Теща князя Орлова.

7)   Анна Осиповна Бобрищева-Пушкина   была дружески знакома   с семейством Зиновьевых.