Массон К. Мемуары Массона о России. / Извлечения / Пер. П. Степановой // Голос минувшего, 1916. - № 10. - С. 23-44.

 

 

 

 

 

Мемуары Массона 1).

 

 

 

V. Вступленіе Павла на престолъ.

 

Величайшимъ преступленіемъ Екатерины послѣ убійства мужа и Ивана (Антоновича) и послѣ узурпацій трона было ея отношеніе къ сыну. Жена-убійца не могла, конечно, быть хорошей матерью, но ей слѣдовало повнимательнѣй относиться къ молодому великому князю... Дурнымъ обращеніемъ она подавила въ немъ тѣ качества, которыя проявлялиеь въ дѣтствѣ. Онъ былъ уменъ, дѣятеленъ, тяготѣлъ къ наукамъ, любилъ порядокъ и справедливость, но все это погибло, не получивъ развитія. Она убила его нравственно... Ея ненависть къ нему служитъ единственнымъ, но зато очень вѣскимъ доказательствомъ того, что онъ сынъ Петра III 2). Она не выносила его, держала вдали отъ себя, окружала шпіонами, стѣсняла и постоянно унижала. Россіей управляли ея фавориты, болѣе молодые, чѣмъ сынъ; они купались въ богатствѣ, онъ же жилъ въ уединеніи, не играя никакой роли и нуждаясь въ необходимомъ. Она достигла того, что онъ ожесточился, сталъ недовѣрчивъ, нелюдимъ, своенравенъ, подозрителенъ и жестокъ. Несомнѣнно, преступна и презрѣнна та мать, которая возбуждаетъ ненависть въ собственномъ сынѣ. Но могь ли онъ иначе относиться къ убійцѣ отца, узурпировавшей его права

1) См. «Гол. Мин.» №№ 4, 5—6, 7—8.

2) При русскомъ дворѣ распространено мнѣніе, что Павелъ сынъ Салтыкова, одного изъ первыхъ любовниковъ Екатерины. Наружностью онъ ничуть не похожъ на Петра III и еще меньше на мать. Его несчастье въ томъ, что первый не признавалъ его, а вторая — ненавидѣла. Авт.

 

 

 

24

и жившей на его глазахъ съ цѣлымъ рядомъ фаворитовъ, по очереди притѣснявшихъ его? Она же, не довольствуясь тѣмъ, что лишила его своей ласки и сыновнихъ правъ, пожелала отнять у него и всѣ отцовскія права и радости. Его супруга почти ежегодно пріѣзжала въ Царское Село для родовъ и тамъ, оставляла дѣтей своихъ на попеченіи чужихъ людей. Они воспитывались при дворѣ Екатерины, а отецъ и мать были совершенно устранены отъ участія въ ихъ воспитаніи и отъ наблюденія за ихъ поведеніемъ. Въ послѣднее же время они по цѣлымъ мѣсяцамъ даже совсѣмъ не видали ихъ. Такъ старательно отчуждались сердца дѣтей, едва знавшихъ своихъ родителей. Но тутъ всякое сочувствіе къ Павлу исчезаетъ, его смѣняютъ презрѣніе и негодованіе ......

Почему онъ испугался и не сказалъ матери прямо: «У васъ моя корона, оставьте ее себѣ, но верните мнѣ дѣтей; дайте мнѣ хоть эту радость, которой вы не лишаете даже послѣдняго раба своего». Но увы! молчитъ почтительный сынъ, вѣрнѣе безчувственный, .... отецъ, у которого не хватаетъ мужества сказать это и въ случаѣ необходимости дѣйствовать. Это рабъ по натурѣ и, сдѣлавшись господиномъ, онъ неизбѣжно будетъ тираномъ 1).

Смерть неожиданно застала Екатерину. Тѣмъ, кто хорошо зналъ ея дворъ и взаимную ненавистъ между нею и сыномъ, имѣвшую столь серьезныя причины, было совершенно ясно, что она хотѣла назначить себѣ другого преемника. Но ужасъ при мысли о своей смерти,еще большій при мысли о концѣ своега царствованія, наконецъ, смерть Потемкина 2) все это помѣшало своевременно осуществить этотъ проектъ или закрѣпить его завѣщаніемъ. Да и молодость вел. кн. Александра, а главное его умственныя и душевныя качества мѣшали исполненію этого плана. Тѣмъ не менѣе она отдавала Александру явное предпочтеніе, но чувство это достойно было болѣе чистаго источника. Все чаще вела она съ нимъ интимныя и таинственныя бесѣды. Весьма вѣроятно, что ей удалось бы задушить въ немъ природныя наклонности,развратить умъ и сердце и незамѣтно принудить его сыграть гнусную роль по отношенію къ отцу. Съ тѣхъ поръ, какъ его покинулъ Лагарпъ, съ тѣхъ поръ, какъ ему дали отдѣль-

1) Герцогъ Вюртембергскій, братъ теперешней императрицы, не пошелъ на такую подлость. Когда Екатерина пожелала взять его дѣтей, онъ заявилъ, что скорѣе умретъ, чѣмъ отдастъ ихъ: довести его до отчаянія не рѣшились, и онъ уѣхалъ вмѣстѣ съ ними. Авт.

2) Многіе думали, что существуетъ проектъ лишить Павла права наслѣдованія, опираясь на Потемкина. Александра провозгласили бы цесаревичемъ, а Потемкина царемъ Тавриды. Авт.

 

 

 

25

ный дворъ и устранили отъ него нѣсколькихъ достойныхъ людей, онъ очутился въ очень плохомъ обществѣ и сталъ самымъ празднымъ изъ всѣхъ великихъ князей. Цѣлые дни онъ проводилъ наединѣ съ своей молодой супругой, или съ своими лакеями, или же въ обществѣ бабки. Онъ жилъ въ большей бездѣятельности и безвѣстности, чѣмъ наслѣдникъ султана въ гаремахъ сераля; въ концѣ-концовъ такой образъ жизни подавилъ его прекрасныя качества. Если бы онъ захотѣлъ, если бы Екатерина смогла только произнести хоть слово передъ смертью, вѣроятно, Павелъ не царствовалъ бы. Кто вступился бы за него, ненавистнаго, внушавшаго страхъ всѣмъ, знавшимъ его, и на какія права онъ сослался бы (при отсутствіи закона о порядкѣ престолонаслѣдія)?..

Ужасный предсмертный крикъ Екатерины провозгласилъ Павла императоромъ и самодержцемъ всея Руси. Первой къ его ногамъ въ знакъ покорности упала супруга его со всѣми дѣтьми. Онъ поднялъ ее и, обнявъ ее и дѣтей, завѣрилъ ихъ въ своей царской и отеческой милости. Послѣ нихъ колѣнопреклоненно принесли присягу по чинамъ и старшинству дворъ, начальники гражданскихъ учрежденій и военные всѣ, бывшіе въ это время на-лицо. Затѣмъ присягнулъ отрядъ гвардіи, приведенный ко дворцу, и спѣшно прибывшіе изъ Павловска и Гатчины офицеры съ солдатами. Президенты различныхъ коллегій отправились къ мѣсту служенія для принесенія присяги. Императоръ самъ пріѣхалъ въ сенатъ, чтобы принять ее. Эта памятная ночь прошла въ полномъ порядкѣ, безъ всякихъ замѣшательствъ. На другой день Павелъ вездѣ былъ провозглашенъ императоромъ, а сынъ его Александръ наслѣдникомъ-цесаревичемъ. Такъ сорокадвухлѣтній сынъ Екатерины сдѣлался, наконецъ, своимъ собственнымъ господиномъ и хозяиномъ всея Руси послѣ тридцати четырехъ лѣтъ стѣсненій, лишеній, обидъ и презрѣнія. Казалось, что первые его поступки совершенно не соотвѣтствовали той жестокости и тому своенравію его характера, которыя были всѣмъ извѣстны и которыхъ особенно боялись. Онъ давно уже страдалъ отъ злоупотребленій и безпорядка при дворѣ. Онъ прошелъ школу несчастья, горнило, въ которомъ большія души очищаются, а мелкія становятся еще болѣе ничтожными. Въ теченіе тридцати лѣтъ досуга, оставаясь стороннимъ наблюдателемъ, не одобряя плановъ и поведенія матери, онъ могъ опредѣлить линію своего поведенія. Поэтому казалось, что у него въ карманѣ куча совершенно готовыхъ указовъ, которые онъ только развертываетъ и съ поразительной быстротой приводитъ въ исполненіе 1). Не желая подражать

1) Всѣхъ приближенныхъ къ нему онъ уже давно снабдилъ военнымъ регламентомъ, введеннымъ въ Гатчинѣ и Павловскѣ; теперь онъ мгновенно сдѣлался регламентомъ всей арміи.   Авт.

 

 

 

26

матери въ ея отношеніяхъ къ нему, онъ прежде всего приблизилъ къ себѣ сыновей, поручивъ каждому гвардейскій полкъ и давъ старшему отвѣтственный постъ военнаго губернатора Петербурга, постъ, приковавшій молодого великаго князя къ отцу. Его отношеніе къ императрицѣ изумило и плѣнило всѣхъ, сокрушавшихся объ ея участи и положеніи. Онъ рѣзко измѣнилъ свое обхожденіе съ нею, назначилъ ей значительные доходы, пропорціонально увеличивъ доходы дѣтей, и осыпалъ всю свою семью ласками и милостями 1).

Онъ выказалъ большое великодушіе къ фавориту (П. А. Зубову). Казалось, онъ былъ тронутъ его отчаяніемь и признателенъ за привязанность, которую тотъ выказывалъ къ его матери; въ лестной формѣ онъ утвердилъ его во всѣхъ должностяхъ и, передавая командирскую трость, которую носятъ дежурные генералъ-адъютанты, сказалъ ему: «Продолжайте исполнять эти обязанности у тѣла моей матери. Я надѣюсь, что мнѣ вы будете служить столь же вѣрно, какъ служили ей».

Лица, стоявшія во главѣ администраціи, президенты коллегій были столь же благосклонно утверждены въ должностяхъ, а самыя значительныя еще повышены и осыпаны новыми милостями.

Первый изданный имъ указъ свидѣтельствовалъ о его миролюбіи и долженъ былъ прежде всего привлечь къ нему дворянство: этимъ указомъ откладывался и отмѣнялся недавно назначенный Екатериной рекрутскій наборъ по одному рекруту со ста душъ 2).

Каждый часъ, каждый мигъ приносилъ мудрое измѣненіе справедливое наказаніе, заслуженную милость: дворъ и городъ были изумлены. Въ теченіе двухъ-трехъ часовъ Павелъ казался способнымъ обуздать злоупотребленія и водворить порядокъ, но первые шаги были ему продиктованы политическими соображеніями, страхомъ и радостью. Возникла мысль, что въ немъ ошиблись, что долгая, скучная опека не совсѣмъ лишила его разсудка. Всѣ радовались, что такъ обманулись въ своихъ ожиданіяхъ; поступки императора заставили въ этотъ моментъ забыть поступки великаго князя, но скоро пришлось о нихъ вспомнить. Остановимся же еще немного на тѣхъ кратковременныхъ, счастливыхъ надеждахъ, которыя онъ возбудилъ въ своемъ государствѣ.

1) Даже Бобринскій, сынъ Екатерины и Орлова, сосланный въ Ревель за различныя безчинства, былъ призванъ ко двору и произведенъ въ маіоры конной гвардіи. Павелъ обходился съ нимъ, какъ съ братомъ; но недавно онъ лишилъ его своихъ милостей.   Авт.

2) Оказалось, что это простая приманка дворянству, владѣвшему крестьянами, черезъ нѣсколько мѣсяцевъ Павелъ вновь издалъ тотъ же указъ.    Авт.

 

 

 

27

Оба первыхъ политическихъ шага Павла внушили довѣріе и привлекли дворянство; онъ пріостановилъ войну и государственное банкротство два ужасныхъ бича, какъ бы завѣщанныхъ Россіи умирающей Екатериной. Она рѣшилась, наконецъ, выступить непосредственно противъ Франціи, помогая императору и нападая на Пруссію 1); вслѣдствіе этого она дала приказъ о наборѣ ста тысячъ рекрутовъ. Такъ какъ государственная казна была истощена, а ассигнацій выпущено столько, что имъ грозила судьба французскихъ 2), она вдругъ рѣшила удвоить количество денегъ, назначивъ каждой монетѣ вдвое большую цѣнность сравнительно съ ея дѣйствительной стоимостью. Павелъ отмѣнилъ обѣ разорительныя мѣры, уже начинавшія приводиться въ исполненіе 3). Онъ также порвалъ договоръ о субсидіяхъ съ Англіей. За границей говорили, что этимъ онъ хотѣлъ признать ненавистную французскую республику, на самомъ же дѣлѣ его императорская гордость довольно справедливо возмущалась противъ того, чтобы, подобно маленькимъ государствамъ, итти на жалованье къ Питту и продавать ему русскую кровь. Павелъ, навѣрно, не прочь пролить ее за возстановленіе французской монархіи, но у него хватитъ великодушія отдать ее даромъ, когда онъ найдетъ это нужнымъ.

Всѣмь извѣстно, что храбрый Косцюшко, послѣдній полякъ, какъ Ѳелопеменъ послѣдній грекъ, попалъ въ плѣнъ, защищая свою родину и естественныя права отъ чужеземныхъ притѣсненій. Вопреки всѣмъ законамъ и здравому смыслу его держали, какъ государственнаго преступника, впрочемъ съ нимъ лучше обращались 4), чѣмъ съ Игнатіемъ Потоцкимъ и другими товари-

1) Этотъ проектъ несомнѣнно былъ у Екатерины: пушками хотѣла она загнать прусскаго короля къ берегамъ Рейна. Она возбуждала бунты въ Пруссіи, Данцигѣ и въ Силезіи.    Авт.

2) Которыя упали въ это время на 60%.   Авт.

3) Въ 1796 г. кн. Платономъ Зубовымъ былъ представленъ имп. Екатеринѣ II проектъ перечеканки 16 руб. монетъ въ 32 рублевую для покрытій внутреннихъ долговъ. Въ этомъ проектѣ, утвержденномъ государынею 8 мая 1796 г., доказывалось, что въ Россіи слишкомъ мало мѣдной монеты, отчего упало довѣріе къ ассигнаціямъ, «кои суть изображеніе мѣдныхъ денегъ»; цѣна мѣди въ монетѣ ниже, чѣмъ въ дѣлѣ, почему выгоднѣе продавать монету на вѣсъ. Надѣялись, что съ назначеніемъ цѣны монеты 32 рубля пудъ, прекратится употребленіе мѣдной монеты въ подѣлки. Перечеканка монеты была уже начата. Однако вскорѣ по вступленіи на престолъ Павла I было повелѣно вновь разсмотрѣть проектъ о передѣлѣ тяжеловѣсной монеты въ легковѣсную, и 10 дек. 1796 г. былъ данъ именной указъ объ обращеніи легковѣсной мѣдной монеты въ прежній видъ и достоинство. Вел. Кн. Георгій Михайловичь. «Монеты царствованія имп. Екатерины II»., т. I, Спб. 1884 г., стр. VI—VII, 293—307, 326—327.   Ред.

4) Онъ содержался во дворцѣ покойнаго графа Ангальта; его стерегъ одинъ маіоръ, питавшійся вмѣстѣ съ нимъ. Ему дозволялись свиданія. Въ его распоряженіи было нѣсколько комнатъ. Онъ читалъ, рисовалъ, точилъ. Стрѣлки, найдя и схвативъ раненаго Косцюшко въ болотѣ привели

 

 

 

28

щами его славы и несчастья, содержавшимися гораздо строже въ Шлиссельбургской крѣпости. У Павла хватило разсудительности освободить ихъ всѣхъ, и онъ былъ такъ великодушенъ, что самъ освободилъ Косцюшко. Всѣхъ очень заинтересовало то, что больной отъ ранъ и горя герой велѣлъ отнести себя во дворецъ, чтобы представиться императору и императрицѣ для принесенія имъ благодарности. Небольшого роста, худой, блѣдный и изнуренный, съ забинтованной головой и закрытымъ повязкой лбомъ, онъ тѣмъ не менѣе всей своей внѣшностью, особенно глазами напоминалъ то, на что дерзнулъ съ столь слабыми средствами. Онъ отказался отъ крестьянъ, которыхъ Павелъ хотѣлъ подарить ему въ Россіи и принялъ нѣкоторую денежную сумму, чтобы уѣхать и жить независимо въ другомъ мѣстѣ.

Поступокъ Павла произвелъ сильное и благопріятное впечатлѣніе. Безъ сомнѣнія онъ дѣлаетъ ему честь въ императорѣ приходится восхищаться даже простой справедливостью. Но для вѣрной оцѣнки его поведенія въ данномъ случаѣ надо помнить, что Косцюшко нанесъ оскорбленіе не ему, а императрицѣ Екатеринѣ. Своей свободой Косцюшко обязанъ исключительно ненависти Павла къ матери и его страсти во всемъ поступать ей наперекоръ.

Потокъ новыхъ уставовъ и странныхъ указовъ, издававшихся Павломъ, былъ нѣсколько пріостановленъ погребальными почестями императрицѣ. Но никто не ожидалъ, что Павелъ подниметъ останки своего несчастнаго отца, видя въ этомъ сыновній долгь. Во главѣ траурнаго, погребальнаго церемоніала появилось вдругъ имя Петра III, которое уже тридцать четыре года никто не смѣлъ произносить. Всѣ дежурства и погребальныя почести Петру и Екатеринѣ были тамъ расписаны. При чтеніи приказа казалось, что супруги умерли вмѣстѣ. Павелъ отправился въ Александро-Невскую лавру, гдѣ былъ похороненъ его отецъ. Онъ велѣлъ старымъ монахамъ показать себѣ его безвѣстную

его къ полковнику, моему другу, очень достойному и гуманному молодому человѣку. Онъ сохранилъ портфель Косцюшки, который мы и просмотрѣли вмѣстѣ. Тамъ было нѣсколько итальянскихъ и французскихъ отмѣтокъ, сдѣланныхъ во время путешествія въ Италію, философскія замѣтки, выписки изъ сочиненій, цитаты французскихъ стиховъ, черновики различныхъ набросковъ все это свидѣтельствовало, что владѣлецъ портфеля человѣкъ большихъ достоинствъ, обладающій широкими познаніями, вкусомъ и благородными чувствами. Кромѣ того тамъ были написанныя по-французски и по-польски запечатанныя письма, адресованныя нѣкоторымъ варшавскимъ дамамъ и черновики нѣсколькихъ его манифестовъ, обнародованныхъ тамъ же. Все было писано его рукой. Мой другъ хранилъ портфель, какъ реликвію знаменитаго человѣка, которымъ онъ восхищался, хотя и былъ принужденъ сражаться съ нимъ. Когда его освободили, я посовѣтовалъ моему другу вернуть бумаги по принадлежности; кажется, онъ такъ и сдѣлалъ.   Авт.

 

 

 

29

могилу и открыть гробъ въ своемъ присутствіи. Почтительными и трогательными слезами отдалъ онъ дань тѣмъ жалкимъ останкамъ, которые предстали предъ нимъ. Онъ взялъ одну изъ уцѣлѣвшихъ на костяхъ отца перчатокъ и нѣсколько разъ со слезами поцѣловалъ ее. О Павелъ! тебѣ, значитъ, нечужды сыновнія чувства, порой ты даже бывалъ хорошимъ отцомъ; ты нуждался только въ другой матери и въ другомъ воспитаніи. Гробъ поставили на возвышеніе среди церкви, и около него шли тѣ же торжественныя службы, какъ и около тѣла Екатерины, выставленнаго во дворцѣ, на парадной постели.

Павелъ приказалъ разыскать офицеровъ, бывшихъ при его отцѣ въ моментъ печальной катастрофы и давно уже состарившихся въ немилости или забвеніи далеко отъ двора. Баронъ Унгернъ-Штернбергъ, почтенный старецъ, много лѣтъ жившій философомъ въ маленькомъ кружкѣ друзей и совсѣмъ не желавшій возврата на большую арену, внезапно былъ произведенъ въ генералъ-аншефы и призванъ къ императору. Павелъ велѣлъ ввести его къ себѣ въ кабинетъ и принялъ чрезвычайно милостиво. «Вы слышали», сказалъ онъ, «что я дѣлаю для отца?» «Да, государь, я съ удивленіемъ узналъ это», отвѣтилъ старый генералъ. «Какъ съ удивленіемъ? развѣ это не долгъ мой?» И повернувшись къ портрету Петра III, уже повѣшенному въ кабинетѣ 1), онъ продолжалъ: «Вотъ, я хочу, чтобы онъ самъ былъ свидѣтелемъ моей благодарности его вѣрнымъ друзьямъ». Онъ обнялъ генерала Унгерна и возложилъ на него Александровскую ленту. Почтенный старецъ, стоявшій выше всякаго тщеславія, былъ глубоко тронутъ этимъ поступкомъ и вышелъ въ слезахъ.

Затѣмъ Павелъ назначилъ его на дежурства у тѣла отца своего, повелѣвъ ему изготовить себѣ къ церемоніи такую же форму, какую онъ носилъ, будучи адъютантомъ Петра III. Унгерну посчастливилось найти ее у одного знакомаго. Павелъ пожелалъ видѣть и оставить у себя эту реликвію гардероба. Сохранность этой формы создала все благополучіе ея владѣльца 2). Разыскали

1) Всѣ изображенія Петра III были изгнаны (при Екатеринѣ II), какъ изъ дворца такъ и изъ частныхъ домовъ: совершенно неизвѣстно, куда Павелъ ухитрился припрятать этотъ портретъ. Теперь счастливцами оказывались тѣ, кто отыскивалъ гдѣ-нибудь на чердакѣ одинъ изъ изгнанныхъ туда раньше портретовъ, который сейчасъ же становился лучшимъ украшеніемъ комнатъ. Петербургскіе художники не поспѣвали исполнять всѣ заказы на копіи.    Авт.

2) Генералъ Унгернъ-Штернбергъ ливонецъ, старый другъ и боевой товарищъ генерала Мелиссино. Авторъ этихъ записокъ былъ вхожъ въ интимный кругъ его друзей, на что и указываетъ здѣсь для придачи большаго вѣса сообщаемому. Унгернъ одинъ изъ нѣмецкихъ офицеровъ, наиболѣе уважаемый Петромъ III; онъ былъ его адъютантомъ. По выбору Петра онъ сопровождалъ его во время тайной поѣздки въ Шлиссельбургъ къ несчастному Ивану, низложенному и заточенному Елизаветой. Ока-

 

 

 

30

еще нѣсколько уединенно жившихъ офицеровъ, призвали ко двору и осыпали милостями. Среди нихъ оказался и тотъ единственный, который при переворотѣ 1762 г. хотѣлъ оказать сопротивленіе, защищая Петра III.

Эти поступки умиляютъ и дѣлаютъ честь добротѣ Павла, но изъ отвѣта Унгерна видно, что они всѣхъ удивляли. Ихъ въ равной степени приписывали ненависти къ матери и любви къ отцу; нѣкоторые же видѣли въ нихъ политическій расчетъ — желаніе торжественно признать отцомъ того, кто не хотѣлъ признать его сыномъ. Въ особенности осуждали тотъ шумъ и торжественность, съ которыми онъ велѣлъ вырыть бренный прахъ и выставить его на всеобщее поклоненіе. Надъ гробомъ произвели обрядъ коронованія 1) и съ большой торжественностью перенесли его во дворецъ, чтобы тамъ поставить рядомъ съ тѣломъ Екатерины въ воздвигнутомъ для этого случая храмѣ, а затѣмъ уже вмѣстѣ отвезти въ крѣпость. Только теперь наступилъ миръ между супругами. Съ большимъ почтеніемъ подходили всѣ прикладываться съ колѣнопреклоненіемъ къ гробу одного и къ холодной синеватой рукѣ другой; съ возвышенія спускались, пятясь задомъ,

залось, что злосчастный молодой человѣкъ сидитъ въ полутемной камерѣ, окно которой завалено со двора кучей дровъ. Одѣтъ онъ былъ въ очень грязную бѣлую куртку и стоптанные башмаки. Его свѣтлые волосы были подстрижены въ кружокъ, какъ у крѣпостныхъ. Впрочемъ онъ былъ довольно строенъ, а цвѣтъ лица его былъ такъ бѣлъ, что очевидно лучъ солнца никогда не падалъ на него. Ему уже перевалило за двадцать лѣтъ, а заключенъ онъ былъ съ четырнадцати-мѣсячнаго возраста, но у него уцѣлѣли нѣкоторыя впечатлѣнія и идеи. Петръ III, тронутый его положеніемъ, задалъ ему нѣсколько вопросовъ и, между прочимъ, слѣдующій: Кто ты? Я императоръ. Кто же посадилъ тебя въ тюрьму? — Злые люди. Хочешь ты опять стать императоромъ? О да! какъ не хотѣть, у меня будетъ красивое платье, а служить мнѣ будутъ слуги. А что бы ты сдѣлалъ, ставъ императоромъ? Я бы казнилъ всѣхъ, сдѣлавшихъ мнѣ зло. Петръ ІІІ спросилъ его еще, откуда онъ все это знаетъ, на что онъ отвѣтилъ, что разсказываетъ ему все Богородица съ ангелами и понесъ околесную о своихъ мнимыхъ видѣніяхъ. Онъ ничуть не испугался императора и его офицеровъ, хотя и жилъ съ дѣтства въ одиночномъ заключеніи. Съ большимъ любопытствомъ и удовольствіемъ, какъ неопытный ребенокъ, разсматривалъ онъ ихъ одежду и оружіе. Императоръ спросилъ его еще, чего онъ желаетъ, больше воздуха отвѣтилъ онъ грубымъ русскимъ языкомъ. Унгерна оставили на нѣкоторое время въ Шлиссельбургѣ, чтобы къ войти нему въ ему довѣріе и выяснить, не симулируетъ ли онъ глупость, онъ быстро убѣдился, что это естественное слѣдствіе его образа жизни. Отъ имени императора онъ подарилъ Ивану шелковый халатъ. Въ порывѣ радости тотъ надѣлъ его и, бѣгая по комнатѣ, восхищался, какъ дикарь, наряженный впервые. Въ виду того, что всѣ его желанія ограничивались просьбой больше воздуха, Петръ III прислаль планъ маленькаго круглаго дворца съ садомъ посрединѣ, и приказалъ немедленно выстроить во дворѣ крѣпости такое жилище для Ивана. Ужасно что проявленная Петромъ III гуманность къ невинному послужила предлогомъ къ обвиненію его самого въ томъ, что онъ строитъ тюрьму для жены и сына, и онъ былъ задушенъ.         Авт.

1) Петръ III не былъ коронованъ и подъ этимъ предлогомъ онъ не былъ погребенъ въ крѣпости съ другими русскими императорами.     Авт.

 

 

 

31

Плохо набальзамированное тѣло императрицы стало скоро портиться: руки, глаза, низъ лица пожелтѣли, почернѣли и посинѣли. Она сдѣлалась неузнаваемой для тѣхъ, кто видалъ ее только съ чопорнымъ лицомъ, и ужасъ, внушаемый ею, еще усугублялся окружающей пышностью и тѣмъ богатымъ убранствомъ, которое покрывало ея трупъ.

Если Павелъ и безчестилъ мать, реабилитируя отца и воскрешая ужасныя сцены, о которыхъ почти забыли за тридцатьчетыре года молчанія,то въ мести его нѣкоторымъ убійцамъ Петра III было что-то величественное. За останками его долженъ былъ слѣдовать знаменитый Алексѣй Орловъ, Чесменскій побѣдитель, извѣстный гигантскимъ ростомъ и античнымъ нарядомъ, теперь же почтенный своей славой и возрастомъ, если такой человѣкъ, вообще, можетъ внушать почтеніе. Къ нему обращались всѣ взоры. Совѣсть несомнѣнно усыпленная долгимъ благоденствіемъ, должна была проснуться въ немъ подъ вліяніемъ справедливо возложенной на него жестокой обязанности. Что касается кн. Барятинскаго, второго палача-исполнителя, то онъ не посмѣлъ явиться къ ненавидѣвшему его Павлу и бѣжалъ изъ Петербурга. А Пассекъ, построившій все свое благоденствіе на томъ же преступленіи, былъ, къ своему счастью, въ отъѣздѣ и черезъ нѣсколько дней умеръ. У него и у Барятинскаго были ужасныя лица, напоминавшія объ ихъ преступленіи.

Вотъ то хорошее, что сдѣлалъ Павелъ въ первые дни своего царствованія: я собралъ все, чтобы представить разомъ, иначе эти проблески разума, справедливости и чувства потерялись бы въ ворохѣ насилій, сумасбродствъ и мелочности, которыя постоянно заслоняли ихъ и о которыхъ я тоже разскажу.

Съ перваго же дня быстрыми и рѣшительными мѣрами была совершенно обезврежена гвардія, опасный корпусъ, свергшій отца и давно уже считавшій восшествіе сына концомъ своего военнаго существованія. Съ ней обошлись безпощадно. Въ различные гвардейскіе полки Павелъ включилъ свои батальоны, пришедшіе изъ Гатчины 1), а офицеровъ распредѣлилъ по всѣмъ ротамъ, повысивъ ихъ на два-три чина. Простые армейскіе поручики и капитаны получили внезапно высокія и почетныя долж-

1) Павелъ ждалъ прихода этихъ батальоновъ съ замѣтнымъ нетерпѣніемъ и безпокойствомъ: они шли цѣлую ночь и явились къ утру. Незначительному офицеру Ратькову посчастливилось первому сообщить Павлу объ ихъ, столь желанномъ, приходѣ, и Ратьковъ сейчасъ же былъ произведенъ въ кавалеры св. Анны и назначенъ адъютантомъ великаго князя. Павелъ началъ дѣйствовать по-гатчински, только когда эта маленькая армія окружила его.     Авт.

 

 

 

32

ности гвардейскихъ капитановъ, дававшія раньше чинъ полковника и даже бригадира. Нѣкоторые старые гвардейскіе капитаны, члены лучшихъ семей имперіи, оказались подъ начальствомъ офицеровъ-выскочекъ, которые раньше капралами и сержантами перешли изъ ихъ ротъ въ батальоны великаго князя. Такая быстрая и рѣзкая перемѣна въ другое время могла бы стать роковою для своего автора, а теперь единственнымъ слѣдствіемъ ея былъ выходъ въ отставку нѣсколькихъ сотъ офицеровъ и унтеръ-офицеровъ: вышли почти всѣ, имѣвшіе средства къ существованію, или не стерпѣвшіе обиды по службѣ, или, наконецъ, не выдержавшіе изнурительной педантичной дисциплины, вводившейся выскочками 1). Впрочемъ все безчестье нѣкоторыхъ молодыхъ офицеровъ заключалось только въ томъ, что блестящую форму имъ пришлось замѣнить странной, смѣшной одеждой по образцамъ батальоновъ, надъ которыми они такъ долго издѣвались.

Встревоженный и взбѣшенный всеобщимъ стремленіемъ оставить службу Павелъ отправился въ казармы, польстилъ солдатамъ и постарался успокоить и удержать офицеровъ, заявивъ, что уходящіе въ отставку лишаются впредь права занимать какія-либо гражданскія и военныя должности. Затѣмъ онъ издалъ странный и жестокій приказъ, предписывавшій всѣмъ офицерамъ и унтеръ-офицерамъ, которые уже подали или подадутъ въ отстав-

1) Быстрѣе всѣхъ этихъ офицеровъ-выскочекъ выдвинулся Аракчеевъ. Семь лѣтъ тому назадъ великій князь, желая завести у себя въ Павловскѣ артиллерійскую роту, обратился къ генералу Мелиссино съ просьбой дать ему офицера для ея сформированія. Ему дали Аракчеева, воспитанника кадетскаго корпуса, заслужившаго одобреніе успѣхами, а главное горячностью и страстнымъ усердіемъ во всѣхъ мелочахъ дисциплины. Несмотря на его неутомимость, жестокость и исполнительность, понадобилось много времени, пока онъ пріобрѣлъ расположеніе Павла. Наконецъ, онъ заслужилъ милость великаго князя, устроивъ на праздникахъ въ Павловскѣ нѣсколько красивыхъ фейерверковъ съ помощью бывшаго своего учителя; но главной причиной милости была его страсть къ строевымъ ученіямъ, изъ-за которой онъ днемъ и ночью мучилъ солдатъ. При восшествіи Павла на престолъ, Аракчеевъ былъ произведенъ въ маіоры гвардіи съ чиномъ генерала и назначенъ военнымъ губернаторомъ Петербурга. Онъ получилъ орденъ св. Анны, нѣсколько тысячъ крестьянъ (2000 д. м. п. въ Новгородскомъ у. село Грузино съ деревнями. Ред.) и сталъ правой рукой императора. Аракчеевъ въ кадетскомъ корпусѣ... дѣйствительно, заслужилъ одобреніе своими способностями, знаніями и усердіемъ, но онъ былъ возмутительно жестокъ, что проявлялось уже на кадетахъ... Его ярость и палочные удары свели въ могилу многихъ несчастныхъ солдатъ буквально на глазахъ у Павла. Палачъ по натурѣ, онъ возобновилъ забытое варварство въ русской службѣ. Во время военныхъ ученій онъ оскорбляетъ и даже бьетъ офицеровъ. Но все же, будучи въ фаворѣ, онъ изъ благодарности рекомендовалъ своего бывшаго учителя, генерала Мелиссино, съ которымъ уже разссорился. Недавно онъ попалъ въ немилость, но потомъ былъ вновь призванъ и пожалованъ достоинствомъ барона. Онъ дѣлалъ смотръ войскамъ, посланнымъ въ Германію... Авт.

 

 

 

33

ку, покинуть столицу въ двадцать четыре часа и ѣхатъ домой. Ни Павлу, ни составителю указа не пришла въ голову нелѣпость этой фразы: вѣдь многіе офицеры были петербуржцы, ихъ семьи всегда жили тамъ; не покидая столицы, они оказывались дома и, подчинившись второй части приказа, они ослушивались первой. Когда высшій исполнитель указа Архаровъ обратилъ вниманіе императора на это противорѣчіе, то онъ пожелалъ, чтобы во вниманіе принимался только приказъ покинуть Петербургъ. Очень многихъ молодыхъ людей схватили по домамъ, какъ преступниковъ, вывезли за городъ и оставили на дорогѣ въ самый лютый морозъ, безъ шубъ, безъ пристанища, запретивъ имъ возвращаться въ городъ. Большинство офицеровъ изъ отдаленныхъ провинцій, не имѣя средствъ на дорогу, тоже бродили въ окрестностяхъ Петербурга. Многіе такъ и погибли тамъ отъ холода и нужды.

Эти варварскія мѣры распространились и на всѣхъ армейскихъ офицеровъ и генераловъ: они должны были или вернуться къ своимъ полкамъ, или подать въ отставку, потому что ихъ должности были уничтожены. Такъ безразсудно началъ Павелъ переустраивать армію и добиваться ея расположенія. И скоро всѣмъ стало ясно, что, сдѣлавшись императоромъ, онъ исключительно занятъ тѣми же военными мелочами, которыми занимался, будучи великимъ княземъ. Съ перваго же утра своего воцаренія онъ всѣ заботы свои сосредоточилъ на ранѣе задуманномъ мелочномъ измѣненіи деталей одежды и строевого ученія солдатъ. Въ одинъ мигъ дворецъ пріобрѣлъ видъ взятаго приступомъ вражескими войсками, настолько новые караульные и тономъ, и костюмомъ отличались отъ вчерашнихъ. Павелъ спустился на дворъ, и въ теченіе трехъ или четырехъ часовъ обучалъ солдатъ вступать по-своему въ караулъ и своему вахтпараду, ставшему главнымъ нововведеніемъ и основою его управленія. И какъ бы холодно ни было, онъ съ тѣхъ поръ ежедневно посвящалъ ему столько же времени. Тамъ за военнымъ ученіемъ проводитъ онъ все утро, въ простой темно-зеленой формѣ, высокихъ сапогахъ и большой шляпѣ; тамъ онъ отдаетъ приказы, принимаетъ рапорты, объявляетъ милости, награды и наказанія, и тамъ же представляются ему всѣ офицеры. Окруженный сыновьями 1) и адъютантами, переступая отъ холода съ ноги на

1) У Гогарта былъ бы прекрасный сюжетъ для каррикатуры, если бы онъ увидалъ, какъ самодержецъ и его младшій сынъ возятся около несчастнаго рекрута, вертятъ его направо и налѣво, заставляютъ ходить взадъ и впередъ, поднимаютъ ему подбородокъ, затягиваютъ поясъ, передѣваютъ шляпу, при чемъ все это сопровождается ударами прикладомъ. Одному эмигранту, по имени Лами, пришла забавная мысль посвятить

 

 

 

34

ногу, съ плѣшивой, непокрытой головой и задраннымъ носомъ, заложивъ одну руку за спину, а другою махая въ тактъ палкой, онъ кричитъ: разъ, два, разъ, два, и всю честь и славу свою видитъ въ томъ, чтобы безъ мѣховой шубы выдержать пятнадцати или двадцатиградусный морозъ. Скоро никто изъ военныхъ не смѣлъ уже являться въ шубѣ, и старые генералы, страдающіе отъ кашля, подагры и ревматизма, должны были стоять вокругъ Павла, одѣтые такъ же легко, какъ онъ.

Какъ только первое впечатлѣніе страха и радости притупилось въ сердцѣ Павла, наказанія и немилости посыпались съ той же быстротой и щедростью, съ какою расточались благодѣянія. Многіе на протяженіи нѣсколькихъ дней испытали на себѣ и то, и другое. Правда, большинство наказаній показалось сперва, справедливымъ, но надо сознаться, что передъ Павломъ и были-то одни виновные, настолько развращено было все, окружающее тронъ.

Однимъ изъ первыхъ приказовъ были опечатаны канцеляріи Зубова и Моркова, а секретари ихъ и офицеры были скандально прогнаны отъ двора, несмотря на всѣ завѣренія, только что данныя Зубову. Генералъ-рекетмейстеръ, тайный совѣтникъ, Терскій, продававшій правосудіе открыто съ вопіющей наглостью тому, кто больше давалъ, получилъ сперва орденъ и земли, которыя, по его словамъ, ему обѣщала покойница за нѣсколько дней до смерти 1), и сейчасъ же вслѣдъ за этимъ (въ 1797 г. Ред.) былъ отставленъ отъ должности... А слѣдовало просто отдать подъ судъ грабителя, обиравшаго вдовъ и сиротъ, и удовлетворить всѣхъ преслѣдованіемъ преступленія въ порядкѣ публичнаго обвиненія 2). Генералъ-прокуроръ Самойловъ былъ сперва съ почетомъ утвержденъ въ занимаемой имъ должности и получилъ четыре тысячи (д. м. п.)крестьянъ, т.-е. болѣе двадцати тысячъ рублей дохода, а черезъ нѣсколько дней его смѣстили и арестовали 3)... Такъ въ концѣ-концовъ смѣнили всѣхъ за исключеніемъ Безбородко, Николая Салтыкова и Архарова.

Колебанія и перемѣнчивость Павла при его первыхъ шагахъ ясно доказываютъ, что всѣ милости его вытекали изъ полити-

Павлу свой плохой переводъ объясненій къ эстампамъ Гогарта. Не знаю, была ли то наивность или хитрость, но имя Павла, какъ нельзя больше, подходитъ къ заголовку его работы, а комическое посвященіе только дополняетъ его. Павелъ не замѣтилъ насмѣшки и послалъ г-ну аббату Лами табакерку.    Авт.

1) Не обѣщала, а дѣйствительно пожаловала въ 1795 г. 646 душъ мужск. пола.   Peд.

2) Въ 1800 г. Павелъ отдалъ Терскаго подъ судъ сената.   Ред.

3) Послѣднее невѣрно; вмѣсто него генералъ-прокуроромъ былъ назначенъ А. Б. Куракинъ, но Самойловъ сохранилъ званіе члена Совѣта.         Ред.

 

 

 

35

ческихъ соображеній, а смѣнившія ихъ немилости обусловлены скорѣе страстью, чѣмъ справедливостью. Но всѣхъ восхищавшихся имъ больше всего смутило то, что съ перваго же утра по своемъ воцареніи онъ съ прежнимъ изступленіемъ принялся за мелочи военнаго строя; а между тѣмъ онъ вступалъ въ этотъ моментъ въ лабиринтъ настолько запутанныхъ, важныхъ государственныхъ дѣлъ и злоупотребленій, что они должны были бы занять его хоть на нѣсколько дней. Его поразительная энергія сосредоточилась на такихъ государственныхъ дѣлахъ, какъ форма шляпъ, цвѣтъ султана, высота гренадерской шапки, сапоги, гетры, кокарды 1), косы и портупеи. Онъ окружилъ себя моделями всѣхъ родовъ оружія и формъ. Если Людовику XVI среди государей принадлежитъ пальма первенства по изготовленію замковъ, то Павелъ I превосходитъ всѣхъ государей въ чисткѣ пуговицъ; онъ занимается ею съ такой же старательностью, съ какой Потемкинъ когда-то чистилъ свои брилліанты. Въ эти первые дни наибольшей заслугой и доказательствомъ усердія въ его глазахъ было предстать предъ нимъ во вновь введенной смѣшной формѣ. Офицеръ, который могъ заплатить сто рублей портному за изготовленіе ея въ нѣсколько часовъ и на слѣдующее утро являлся въ ней на вахтпарадъ, зналъ почти навѣрно, что получитъ повышеніе или крестъ. Многіе, не обладая никакими достоинствами, прибѣгали къ этому средству для снисканія милости новаго монарха 2).

Удивило всѣхъ и другое чудачество императора запрещеніе носить круглыя шляпы, точнѣе неожиданный приказъ стаскивать или разрывать ихъ прямо на головѣ. Въ результатѣ много скандальныхъ сценъ происходило на улицахъ и, особенно, около дворца. Казаки и полицейскіе бросались на прохожихъ, срывали съ нихъ шляпы, а не понимавшихъ, въ чемъ дѣло, и защищавшихся, избивали. Остановили одного проѣзжавшаго въ саняхъ англійскаго купца и сорвали съ него шляпу. Думая, что это грабежъ, онъ выскочилъ изъ саней, повалилъ солдата на земь и позвалъ стражу. Вмѣсто нея явился офицеръ и избилъ защищавшагося англичанина; его повалили, связали и потащили въ полицію.

1) Русская кокарда была бѣлая, Павелъ замѣнилъ ее черной съ желтой каймой; онъ самъ охотно разъяснялъ причину этого, и всѣ ею восхищались. Бѣлое видно издали и можетъ служить врагу точкой прицѣла, черное же сливается съ цвѣтомъ шапки, и врагъ, не зная, куда цѣлиться, будетъ всегда дѣлать промахъ.       Авт.

2) Ему рекомендовали хорошаго кавалерійскаго офицера, генерала Мейендорфа; онъ послалъ за нимъ курьера, и Мейендорфъ, спѣша исполнить приказаніе, явился на парадъ въ старой формѣ. Взбѣшенный Павелъ кровно оскорбляетъ тѣхъ, кто его рекомендовалъ, обзываетъ его потемкинскимъ солдатомъ и ссылаетъ въ имѣніе.   Авт.

 

 

 

36

Къ счастью дорогой они встрѣтили карету англійскаго посла, ѣхавшаго во дворецъ; купецъ обратился къ нему съ просьбой о защитѣ 1). Витвортъ пожаловался императору, и тотъ, сообразивъ, что круглая шляпа могла быть не только шведской, но и англійской національной шляпой 2), заявилъ, что его приказаніе плохо поняли, и что онъ все разъяснитъ Архарову. На слѣдующій день по улицамъ и домамъ объявили, что запрещеніе не распространяется на иностранцевъ, не состоящихъ на службѣ и не принявшихъ русскаго подданства. Срываніе круглыхъ шляпъ прекратилось, но всѣхъ несчастныхъ, появлявшихся въ нихъ, вели въ полиціюдля удостовѣренія личности, и, если они оказывались русскими, ихъ отдавали въ солдаты, а если бы какой-нибудь французъ попался въ такомъ видѣ, ему бы не сдобровать, его осудили бы, какъ якобинца. Павлу донесли, что уполномоченный Сардинскаго короля, издѣваясь надъ дикимъ запрещеніемъ круглыхъ шляпъ, сказалъ, что такія мелочи часто бывали причиной бунтовъ въ Италіи. Уполномоченный получилъ черезъ Архарова приказъ покинуть столицу въ двадцать четыре часа. Отдаленность и положеніе лишаютъ Сардинскаго короля возможности требовать удовлетворенія за подобное оскорбленіе, иначе круглыя шляпы могли бы стать поводомъ къ войнѣ между двумя монархами, а въ манифестахъ несомнѣнно говорилось бы о правахъ престола и церкви, о достоинствѣ короны и счастіи народа 3).

Столь же непонятно было внезапное запрещеніе запрягать лошадей въ русскую упряжь 4). Былъ данъ пятнадцатидневный срокъ на пріобрѣтеніе нѣмецкой упряжи, послѣ чего полиція должна была обрѣзать постромки у всѣхъ экипажей, запряженныхъ по старому. Съ момента появленія этого запрещенія многіе,

1) Другой англичанинъ встрѣтился съ полицейскимъ офицеромъ, который сорвалъ съ него круглую шляпу. Англичанинъ, скрестивъ руки, посмотрѣлъ на него сверху внизъ, и сказалъ съ состраданіемъ. «Другъ мой, какъ мнѣ жаль тебя, что ты русскій!»... Авт.

2) Приходилось также признавать русскую національную шляпу, немного отличную по формѣ и предохранявшую отъ оскорбленій. Такъ какъ въ шляпныхъ магазинахъ скоро разошлись всѣ треуголки, то тѣ, кто не успѣлъ или не смогъ раздобыться ими, стали для безопасности булавками подкалывать загнутыя поля своихъ маленькихъ круглыхъ шляпъ.   Авт.

3) Хорошо, что это случилось не со шведскимъ или прусскимъ посломъ. Впрочемъ послѣдній лишился милостей Павла, кажется, по столь же значительному поводу. Шляпа, коса, ранецъ, гетры и шпага, которую Павелъ заставляетъ носить по формѣ сзади все это, по его словамъ, взято съ прусскаго образца. Г-нъ Тауентцинъ, какъ бы протестуя противъ неточности копіи, появился при дворѣ въ болѣе новой и элегантной формѣ. За этотъ-то проступокъ Павелъ и потребовалъ его отозванія.    Авт.

4) У русскихъ есть своя упряжь и свой способъ упряжки. Форрейторъ всегда сидитъ на правой лошади, а пристяжка, обычно бываетъ слѣва.    Авт.

 

 

 

37

боясь оскорбленій, не рѣшались выѣзжать, а тѣмъ болѣе появляться въ своихъ экипажахъ неподалеку отъ дворца. Шорники воспользовались случаемъ и брали до трехсотъ рублей за простую парную упряжь. Но одѣть русскихъ извозчиковъ и кучеровъ по-нѣмецки оказалось неудобно по другой причинѣ. Большинство изъ нихъ отказывалось разстаться съ длинной бородой, съ кафтаномъ и круглою шляпой, а главное привязать фальшивую косу къ своимъ стриженымъ волосамъ: при этомъ происходили самыя комичныя сцены. Недовольный императоръ принужденъ былъ въ концѣ-концовъ замѣнить строгій приказъ простымъ предложеніемъ желающимъ заслужить его милость одѣться постепеняо въ нѣмецкое платье.

Другая реформа коснулась экипажей. Въ одинъ мигь исчезло большинство блестящихъ экипажей, кишѣвшихъ на огромныхъ улицахъ Петербурга. Офицеры и даже генералы стали являться на парады въ маленькихъ саняхъ или пѣшкомъ, но и тутъ крылась опасность. Одинъ офицеръ, идя по улицѣ въ большой шубѣ, передалъ слугѣ мѣшавшую ему шагать шпагу, намѣреваясь взять ее обратно и снять шубу поближе ко дворцу. На бѣду онъ встрѣтилъ императора. Офицеръ былъ разжалованъ въ солдаты, а слуга изъ солдатъ произведенъ въ офицеры на его мѣсто!

При встрѣчѣ русскаго самодержца, его жены или сына по старинному обычаю полагалось останавливать экипажъ или лошадь, слѣзать и кланяться въ землю несмотря на снѣгъ или грязь 1). Въ просвѣщенное царствованіе Екатерины совершенно исчезло это варварское выраженіе вѣрноподданническихъ чувствъ; оно было слишкомъ затруднительно въ большомъ городѣ съ его многочисленными, быстро несущимися экипажами. Одною изъ первыхъ заботъ Павла было возстановить этотъ обычай во всей строгости 2). Одинъ генералъ былъ остановленъ и немедленно отправленъ подъ арестъ только потому, что его кучеръ не узналъ императора, ѣхавшаго верхомъ 3).

Такая же непріятность случилась и съ нѣкоторыми другими

1) Петръ I приказывалъ бить палкой или самъ билъ тѣхъ, кто ему такъ кланялся.      Авт.

2) Мужчины при Павлѣ, встрѣтивъ на улицѣ императора, должны были сбрасывать на землю верхнее платье, снимать шляпу и, поклонившись, стоять, пока государь не пройдетъ. Дамы, не исключая и государыни, должны были выходить изъ экипажа и, также спуская верхнее платье, присѣдать на подножкахъ.       Ред.

3) Когда ему возвращали шпагу, онъ отказался взять ее, сказавъ, что эта золотая шпага получена имъ отъ императрицы, и что никто не смѣлъ отбирать ее. Павелъ призвалъ его къ себѣ и самъ передалъ ему шпагу, говоря, что онъ совсѣмъ не сердится, а только хотѣлъ показать всѣмъ примѣръ. И все же онъ приказалъ ему немедленно ѣхать въ армію.    Авт.

 

 

 

38

лицами. И прохожіе, и проѣзжіе больше всего стали бояться встрѣчи съ Павломъ. Чтобы внушить человѣчеству отвращеніе къ тиранамъ, стоитъ еще отмѣтить случай съ г-жею Лихаревою.

Она жила въ деревнѣ подъ Петербургомъ. Мужъ ея, бригадиръ Лихаревъ, заболѣлъ, и, никому не довѣряя, она поѣхала сама за докторомъ. Попала она въ моментъ всеобщаго смятенія. Деревенскіе жители не знали ни новаго императора, ни, тѣмъ болѣе, новыхъ распоряженій. Она велѣла гнать лошадей, какъ можно скорѣе, поглощенная мыслью объ опасномъ состояніи мужа. Къ несчастью, карета ея, не останавливаясь, проѣхала мимо прогуливавшагося верхомъ Павла. Разъяренный, онъ послалъ адъютанта тутъ же остановить экипажъ, приказалъ всѣхъ четырехъ слугъ отдать въ солдаты, а дерзкую даму отправить въ тюрьму при полицейскомъ домѣ. Приказаніе было мгновенно выполнено. Несчастную продержали четыре дня взаперти. Ужасное обращеніе и безпокойство за мужа терзаютъ ея сердце и мутятъ ей голову. У нея начинается горячка. Наконецъ, для лѣченія ее перевезли въ гостиницу, но она навсегда лишилась разсудка. Оставшись безъ всякой помощи совершенно одинъ, Лихаревъ умеръ въ отчаяніи, такъ и не дождавшись жены своей.

Внутри дворца былъ введенъ столь же строгій и страшный этикетъ. Горе тому, кто при цѣлованіи жесткой руки Павла не стукался колѣномъ объ полъ съ такой силой, какъ солдатъ ударяетъ ружейнымъ прикладомъ. Губами при этомъ полагалось чмокать такъ, чтобы звукъ, какъ и колѣнопреклоненіе, подтверждалъ поцѣлуй. За слишкомъ небрежный поклонъ и цѣлованіе камергеръ кн. Георгій Голицынъ былъ немедленно посланъ подъ арестъ Самимъ Его Величествомъ 1).

Однимъ изъ первыхъ указовъ Павла строжайше повелѣвалось купцамъ замѣнить на вывѣскахъ французское слово магазинъ русскимъ — лавка подъ тѣмъ предлогомъ, что только у императора могли быть магазины дерева, муки, ржи и т. д., а купецъ, не возвышаясь надъ своимъ положеніемъ, долженъ былъ довольствоваться лавкой.

Не стоитъ вдаваться въ слишкомъ скучныя подробности и перечислять всѣ столь же существенные и значительные приказы, слѣдовавшіе другъ за другомъ въ теченіе первыхъ восьми

1) Склонность къ этикету проявилась у Павла еще въ бытность его великимъ княземъ. Однажды въ Монбельярѣ онъ всѣхъ смутилъ, схвативъ за руку и выставивъ за дверь молодого офицера своей свиты, игравшаго въ карты. Партнерамъ же офицера онъ сказалъ: Господа, этотъ молодой фатъ недостаточно знатнаго происхожденія, чтобы участвовать въ такой партіи. На придворныхъ балахъ танцевавшіе должны были всячески изворачиваться, чтобы, танцуя, быть всегда лицомъ къ Павлу, гдѣ бы онъ ни стоялъ...    Авт.

 

 

 

39

дней царствованія Павла 1). Что сказать, чего ждать отъ человѣка, который, наслѣдуя Екатеринѣ, считалъ все это самымъ безотлагательнымъ? Часто эти новыя важныя распоряженія противорѣчили одно другому или исключали другъ друга, и на завтра ему приходилось мѣнять или уничтожать объявленное сегодня. Однимъ словомъ, Павелъ и облачившись въ императорскую мантію, выставилъ на первый планъ великокняжеское ухо и рѣшилъ управлять огромнымъ государствомъ, какъ управлялъ Павловскомъ, столицей, какъ своимъ домомъ, а тридцатью милліонами людей всѣхъ націй и положеній, какъ дюжиной лакеевъ.

Реорганизація арміи была самой близорукой и значительной изъ всѣхъ внезапныхъ и неожиданныхъ перемѣнъ, имъ произведенныхъ. Несомнѣнно, военное вѣдомство нуждалось въ большихъ реформахъ и улучшеніяхъ. Смягченіе участи храбраго русскаго солдата, выясненіе еще болѣе жалкой судьбы офицера, постепенное уменьшеніе количества сверхкомплектныхъ, возстановленіе порядка и дисциплины, разстроенныхъ правленіемъ столькихъ женщинъ и фаворитовъ, все это открывало широкое поле дѣятельности для военныхъ талантовъ Павла. Но онъ сумѣлъ только умножить несправедливыя назначенія, увеличить и безъ того многочисленный штабъ и измѣнить форму, чины, терминологію и названія. Русская армія была достойна подражанія по красотѣ, простотѣ и удобству обмундированія, приспособленнаго къ климату и духу страны 1). Широкіе шаровары или штаны изъ краснаго сукна, концы которыхъ уходили въ мягкіе кожаные сапоги, а верхъ стягивался поясомъ на красной или зеленой курткѣ, маленькая, удобная каска, сидящая на головѣ по-военному, волосы, остриженные въ кружокъ, закрывавшіе уши и легко содержавшіеся въ чистотѣ такова была форма солдата. Одѣвался онъ въ одинъ мигъ, потому что вся одежда состояла изъ двухъ частей. Онѣ были такъ просторны, что онъ свободно могъ принимать мѣры противъ холода безъ нарушенія формы. Теперь это легкое, воинское платье мѣняютъ на старое нѣмецкое, къ

1) Такъ особымъ указомъ онъ запретилъ носить жилеты и панталоны. Академіи Павелъ запретилъ употреблять терминъ «возмущеніе» при сообщеніяхъ о движеніи свѣтилъ; актерамъ предписалъ употреблять слово позволеніе вмѣсто свобода, которое ставилось въ афишахъ. Фабрикантамъ онъ воспретилъ выдѣлывать какія бы то ни было трехцвѣтныя матеріи и ленты.    Авт.

2) И русскій солдатъ, не безъ нѣкотораго основанія, ставилъ себя гораздо выше сосѣдей. Павелъ имѣлъ глупость лишить его этой національной гордости, заставивъ рабски подражать нѣмцамъ прошлаго вѣка, которыхъ русскіе считали далеко позади себя. Павелъ поступилъ, какъ педантъ, который въ наказаніе сажаетъ за азбуку самонадѣяннаго ученика, слишкомъ быстро выучившагося читать.    Авт.

 

 

 

40

которому русскій питаетъ отвращеніе. Его заставляютъ мазать жиромъ и посыпать мукой русые волосы, которые онъ любитъ мыть ежедневно; цѣлый часъ у него уходитъ на застежку проклятыхъ черныхъ гетръ, жмущихъ икры. Русскій солдатъ громко ропщетъ. Возможно, что подвязанныя силкомъ къ прическѣ фальшивыя косы вызовутъ такое же дезертирство, какъ сенъ-жерменскія прически. «Пудра не порохъ; букли не пушки; коса не тесакъ», сказалъ старый чудакъ, фельдмаршалъ Суворовъ, получивъ приказъ о введеніи всѣхъ этихъ новшествъ и палочки для мѣрки и образца косъ и буклей. Эта довольно удачная острота оказалась по-русски рифмованной пословицей и пошла по полкамъ изъ устъ въ уста. Она-то и была истинной причиной, побудившей Павла отозвать Суворова и дать ему отставку. Русскій солдатъ боготворитъ стараго вояку.

Вышесказанное относится и къ перемѣнамъ по гражданской части: цѣль Павла измѣнять, а не улучшать. Все существовавшее при его матери уже въ силу только этого должно было уничтожаться. Всѣ суды были преобразованы, а губерніи подверглись новому распредѣленію: Екатеринославская, названная въ честь Екатерины, была уничтожена. Позоръ чувствамъ Павла въ такомъ безчестіи памяти матери 1). Судите сами о тѣхъ разореніяхъ, о томъ замѣшательствѣ, несправедливостяхъ и несчастьяхъ, которыя повлекли за собой подобныя перемѣщенія въ Россіи. Стремясь къ полному возрожденію французская революція не вызвала того, что создало восшествіе Павла: больше двадцати тысячъ дворянъ осталось безъ должностей.

Но новое царствованіе пагубно не только для арміи и бѣднаго дворянства, оно еще гораздо пагубнѣе для несчастныхъ крестьянъ... Павлу слѣдовало бы взять примѣръ съ Пруссіи въ ея обращеніи съ поляками, отданными подъ ея владычество. Можно сказать, что прусское правительство даетъ польскимъ рабамъ большую свободу, чѣмъ могь бы имъ даровать Косцюшко въ случаѣ побѣды 2). Екатерина и Павелъ раздавали рабовъ вельможамъ и тѣмъ самымъ отдавали ихъ во власть еще болѣе невыносимой частной тираніи. Далекій отъ подражанія имъ, прусскій

1) Нѣтъ тѣхъ пустяковъ, до которыхъ бы не добрался этотъ мелочной государь, завидовавшій памяти своей матери. Близкія государынѣ лица носили кольца съ эмалированной датой ея смерти, сынъ ея безстыдно выразилъ свое недовольство этимъ и изъявилъ желаніе, чтобы всѣ носили кольца со словами: «Павелъ меня утѣшаетъ»; утѣшеніе было такъ хорошо, что всѣхъ насмѣшило. Въ своемъ сыновнемъ безстыдствѣ онъ зашелъ такъ далеко, что осудилъ богатое русское общество, образовавшееся подъ покровительствомъ русской миссіи въ Гамбургѣ для постановки поэтическаго памятника Екатеринѣ...    Авт.

2) О Поланецкомъ универсалѣ Косцюшко относительно крестьянъ см. ст. Рябинина въ «Голосѣ Минувш.» 1915 г. № 4, 71—81.   Ред.

 

 

 

41

король обратилъ частныя имѣнія въ королевскія помѣстья, и теперь участь рабовъ несравненно легче, чѣмъ раньше 1).

Большія надежды среди народа въ столицѣ породилъ слухъ, что Павелъ ограничитъ власть господъ надъ крѣпостными и дастъ помѣщичьимъ крестьянамъ права государственныхъ. Въ это время одинъ офицеръ поѣхалъ въ свой полкъ, въ Оренбургъ. Дорогой его разспрашиваютъ о новомъ императорѣ и о его распоряженіяхъ; онъ разсказываетъ, что видѣлъ и слышалъ, и между прочимъ о милостивомъ для крестьянъ указѣ, который долженъ скоро появиться. При этомъ извѣстіи тверскіе и новгородскіе крестьяне заволновались, что было принято за признакъ мятежа. Помѣщики жестоко расправились съ ними. Докопались и до причины ихъ заблужденія. Павелъ немедленно послалъ стараго фельдмаршала Репнина съ войсками въ тѣ деревни, гдѣ несчастные жители нѣсколько шумно возрадовались, услыхавъ, что новый императоръ захотѣлъ облегчить ихъ оковы. Офицеръ виновникъ всѣхъ этихъ ложныхъ надеждъ, наивно разсказывавшій о столичныхъ новостяхъ, былъ скоро привезенъ обратно, закованный въ кандалы, какъ поднявшій мятежъ преступникъ и проповѣдникъ свободы. Кто не содрогнется отъ негодованія, узнавъ, что петербургскій сенатъ призналъ его заслуживающимъ смерти и приговорилъ къ разжалованію, наказанію кнутомъ и каторгѣ въ случаѣ, если онъ вынесетъ наказаніе, и все это за то, что на нѣсколькихъ почтовыхъ станціяхъ по дорогѣ изъ Петербурга въ Оренбургъ, онъ говорилъ, что новый императоръ, преисполненный человѣколюбія, ограничитъ власть господъ надъ крѣпостными! Павелъ конфирмовалъ этотъ нелѣпо-жестокій приговоръ. Это и было первое обнародованное уголовное дѣло и, конечно, оно только показываетъ, что извѣстный остатокъ стыдливости заставлялъ до сихъ поръ держать въ тайнѣ подобныя посягательства. У сената хватило безстыдства скрѣпить печатью правосудія и законности кровавый актъ, который, безъ сомнѣнія, совершился бы и при Екатеринѣ, но въ тайнѣ и молчаніи, какъ преступленіе 2). Впрочемъ довольно о жестокости Павла, вернемся къ его чудачествамъ.

1) Всѣ государи, хотѣвшіе для упроченія авторитета правительства возвышеніемъ народа принизить высшіе классы, всегда стремились присоединять къ своимъ доменамъ земли дворянъ. Русскіе самодержцы идутъ инымъ путемъ. Они отдаютъ дворянству государственныя земли, чтобы сдѣлать его ближайшимъ соучастникомъ чудовищной тираніи, несравнимой даже съ феодальной. Эта ужасная система лишаетъ ихъ возможности дать когда-либо свободу рабамъ.   Авт.

2) См. ст. Шубинскаго въ его «Историческихъ очеркахъ и разсказахъ», изд. 2-е и слѣд.; Трифильевъ. «Очерки изъ исторіи крѣпостного права». «Царствованіе Павла I». Харьк. 1901. Павловъ-Сильванскій. «Волненіе крестьянъ при Павлѣ I». Журн. Мин. Нар. Просв. 1905 г. №№ 2 и 12. Ред.

 

 

 

42

Первое мѣсто среди нихъ занимаетъ его манія къ солдатскому ученію и формѣ, манія, проявлявшаяся съ юности и постепенно развивающаяся. Такая страсть въ государѣ такъ же мало гарантируетъ, что онъ будетъ хорошимъ генераломъ и героемъ, какъ въ дѣвочкѣ любовь къ постоянному одѣванію и раздѣванію куколъ вовсе не показываетъ, что она будетъ хорошею матерью семейства. Извѣстно, что самый ученый полководецъ своего времени, Фридрихъ Великій, съ дѣтства питалъ непреодолимое отвращеніе ко всѣмъ капральскимъ мелочамъ, къ которымъ отецъ хотѣлъ его принудить. Это было даже поводомъ къ непріязни, всегда царившей между отцомъ и сыномъ. Молодой Фридрихъ могъ только тайкомъ заниматься съ своимъ наставникомъ Ганомъ исторіей и литературой. Фридрихъ-Вильгельмъ считалъ безполезными и опасными всѣ книги, кромѣ псалтыря Давида и своихъ военныхъ регламентовъ, а когда онъ увидалъ, что молодой Фридрихъ, не ограничиваясь гвардейскимъ маршемъ, захотѣлъ мѣнять свой маленькій барабанъ на клавесины, а военный рожокъ на нѣжную флейту, онъ запретилъ ему заниматься музыкой. Результаты родительской тираніи оказались совершенно противоположными тому, на что разсчитывалъ Фридрихъ-Вильгельмъ: подавленныя желанія Фридриха сказались только съ большею силою. Онъ учился, онъ сталъ героемъ, отецъ же его былъ только капраломъ...

До сихъ поръ, даже въ царствованіе Екатерины, всякій, дерзнувшій подать прошеніе въ руки его императорскаго величества, попадалъ въ тюрьму 1). Павелъ съ перваго же дня своего воцаренія, казалось, отмѣнилъ эту жестокость и принялъ нѣсколько поданныхъ ему челобитныхъ. Онъ даже велѣлъ поставить на лѣстницѣ дворца ящикъ, куда всякій могъ опускать письма; онъ объявилъ, что самъ будетъ ихъ читать и, послѣ необходимыхъ справокъ, класть свою резолюцію. Вслѣдствіе этого онъ запретилъ впредь безпокоить его подачею просьбъ на вахтпарадѣ и велѣлъ арестовывать смѣльчаковъ, приближавшихся къ нему съ бумагой въ рукахъ. Между тѣмъ ящикъ наполнился, а Павлу, испуганному количествомъ писемъ, быстро прискучило оказывать справедливость, тѣмъ болѣе, что вопреки ожиданіямъ, тамъ оказалось больше просьбъ, чѣмъ доносовъ. Онъ не сообразилъ, что количество ихъ умень-

1) Подавать прошеніе въ ея собственныя руки императрица разрѣшила только въ одномъ случаѣ: если проситель будетъ недоволенъ рѣшеніемъ сената, или когда, несмотря на то, что его дѣло долго не рѣшалось въ высшихъ судебныхъ учрежденіяхъ, проситель не находилъ никакого удовлетворенія у генералъ рекетмейстера. См. указы 1762 г., въ Полн. Собр. Зак. т. XVI №№ 11, 606 и 11718.   Ред.

 

 

 

43

шится, если онъ введетъ большій порядокъ и быстроту въ отвѣтахъ. И все пришло въ прежнее хаотическое состояніе; секретари, которымъ поручено разбирать эти бумаги, являются, какъ и раньше, властителями несчастныхъ, надѣющихся на своего повелителя 1).

Государственные финансы, истощенные расточительностью, вѣрнѣе мотовствомъ Екатерининскаго царствованія, нуждались въ быстромъ исцѣленіи, и Павелъ сначала какъ будто подумалъ объ этомъ. Съ одной стороны надежды, съ другой страхъ нѣсколько подняли курсъ ассигнацій. Очевидно, думали, что великій князь всея Руси, хоть по принужденію, а выучился экономить, проживъ въ теченіе тридцати лѣтъ съ стотысячнымъ годовымъ доходомъ; но онъ очень скоро началъ умножать свои богатства и расточать милости съ такой же щедростью и съ еще меньшимъ разборомъ, чѣмъ его мать. На останкахъ несчастной Польши продолжали обогащаться и безъ того состоятельные люди 2). Надо знать неизсякаемые источники, изъ которыхъ черпаетъ русскій самодержецъ, чтобы не восхищаться его огромными дарами вельможамъ возмущаться тѣмъ малымъ, что онъ удѣляетъ общественному благу, правосудію, справедливымъ на градамъ и истинной благотворительности 3).

1) Иногда Павелъ давалъ приказы въ зависимости отъ полученныхъ писемъ, но на нихъ онъ не отвѣчалъ. Я самъ написалъ нѣсколько короткихъ прошеній, ясныхъ и справедливыхъ, по просьбѣ нѣкоторыхъ угнетенныхъ, они остались безъ отвѣта. Теперь онъ велитъ печатать въ петербургскихъ газетахъ отказы на получаемыя просьбы. Такимъ образомъ монархъ, который долженъ относиться къ подданнымъ, какъ духовникъ къ исповѣдующимся, обнародоваетъ самъ семейныя тайны и обманываетъ довѣріе своихъ подданныхъ.    Авт.

2) Я только что узналъ, что по случаю коронаціи Павелъ, кромѣ другихъ наградъ, роздалъ двадцати человѣкамъ (болѣе ста лицамъ. Ред) восемьдесятъ двѣ тысячи душъ (болѣе ста тысячъ душъ. Ред). На человѣческомъ языкѣ это значитъ, что онъ подарилъ пространство земли, заселенное и обрабатываемое восмидесятью двумя тысячами рабовъ мужского пола, потому что въ Россіи женщина еще не душа. Этимъ даромъ самодержецъ уступаетъ всѣ свои особыя права надъ несчастными людьми и надъ землею, которую ихъ силой принуждаютъ обрабатывать; за собой онъ оставляетъ только верховную власть. А принимая во вниманіе, что крѣпостная душа, или крестьянинъ, по умѣренному разсчету приноситъ чистыхъ семь рублей серебромъ сословію или дворянину, владѣющему имъ, можно считать, что императоръ подарилъ пятьсотъ семьдесятъ четыре тысячи рублей (болѣе семисотъ тысячъ рублей. Ред.) вѣрнаго и чистаго дохода съ государственныхъ волостей, что, въ виду особыхъ качествъ имущества, составляетъ неисчислимый капиталъ. Екатерина почти истощила свои помѣстья подобными щедротами, но теперь источникомъ для великодушнаго Павла служатъ польскія староства и конфискованныя тамъ земли. Нечего и говорить, что въ Россіи или Польшѣ населеніе въ восемьдесятъ двѣ тысячи мужскихъ душъ занимаетъ огромную площадь.  Авт. О всѣхъ другихъ пожалованіяхъ населенныхъ имѣній при Павлѣ см. статью В. И. Семевскаго. въ «Русской Мысли» 1882 г. № 12. Ред.

3) Всѣ распоряженія Павла для возстановленія нѣкотораго равновѣсія между приходомъ и расходомъ свелись въ концѣ-концовъ къ чудовищному налогу, которымъ онъ обложилъ всѣ классы своихъ рабовъ. Подушная подать съ несчастныхъ крѣпостныхъ была удвоена, да и налогъ

 

 

 

44

Быстрота, съ которою Павелъ захватилъ бразды правленія, ужасъ, который внушала его строгость и энергія, уничтожили сначала темныя интриги мошенниковъ и плутовъ, расхищавшихъ казну……  Весьма вѣроятно, что при общемъ обновленіи воры должны будутъ пріостановить временно свои операціи; но потомъ, узнавъ направленіе дѣятельности Павла, они приноровятся къ нему, откопаютъ новые источники и найдутъ новые выходы; грабежи и преступленія, преобразовавшись, выльются опять въ опредѣленную систему. Воровство порокъ, присущій русскому правительству, и зависитъ онъ отъ національнаго характера, отъ недостатка нравственности, честности и общественности.

Надо сказать, что въ моральномъ отношеніи Павелъ лучше окруженъ, чѣмъ его мать, и тѣмъ преступнѣе будетъ онъ, если при немъ будутъ царить тѣ же безпорядки. Правда, Екатерина утверждала, что сама ведетъ своихъ глупцовъ, а Павелъ, наоборотъ, предоставляетъ вести себя лакеямъ, а не государственнымъ людямъ. Причина этого его грубое самолюбіе; ему кажется унизительнымъ слѣдовать совѣтамъ человѣка, который пожелалъ бы выказать себя болѣе образованнымъ, чѣмъ онъ. Ни министры, ни даже любовницы никогда не будутъ имѣть такого огромнаго непосредственнаго вліянія на его поступки, какъ камердинеръ его, турокъ по происхожденію, съ дѣтства отданный въ рабство и воспитанный у него. За этимъ-то туркомъ, прозваннымъ Иванъ Павловичемъ, ухаживаютъ теперь и генералы, и вельможи, какъ за главнымъ источникомъ особыхъ милостей Павла. Любовь самая сильная и простительная страсть; ея эксцессы и злоупотребленія не кажутся такими гнусными, но никогда правленіе фаворитовъ или любовницъ не будетъ такъ унизительно, какъ правленіе лакеевъ. Кромѣ дурного воспитанія, которое отталкиваетъ отъ нихъ, въ довѣріи къ нимъ государя есть всегда что-то низкое и противное, отдающее гардеробомъ 2).

 

 

Пер. П. Степановой.

 

 

 

на дворянство опять-таки легъ на тѣхъ же крестьянъ.  Авт. По указу 27 іюня 1794 г. подушная подать въ разныхъ губерніяхъ равнялась 80 коп. 1 руб. Въ 1797 г. она была повышена на 26 коп. Оброчный сборъ при Екатеринѣ II возросъ до 3 руб. съ ревизской души; указомъ 18 дек. 1797 г. онъ былъ повышенъ до 3 руб. 50 коп. 5 руб. въ разныхъ губерніяхъ. При Павлѣ на дворянство были возложены расходы на содержа ніе присутственныхъ мѣстъ (общая сумма ихъ равнялась 1.640.000 р.). При Александрѣ I они были переложены на помѣщичьихъ крестьянъ, а съ 1807 г. и на крестьянъ государственныхъ и удѣльныхъ. Алексѣенко «Дѣйствующее Законодательство о прямыхъ налогахъ». Спб. 1879 г., стр. 9, 13—14, 222. Ред.

1) Этотъ Иванъ Павловичь (Кутайсовъ) теперь статскій совѣтникъ и имѣетъ титулъ сіятельства...   Авт.