Компан Ш. Танцевальный словарь, содержащий в себе историю, правила и основания танцевального искусства с критическими размышлениями и любопытными анекдотами, относящимися к древним и новым танцам / Пер. с франц.  – М.: В тип. В. Окорокова, 1790. – Фрагмент – С. 161-191.

 

 

 

 

(161)

Муза! управь глас многочисленнейшаго собрания (1); представь восхищение стремительной радости; составь новой танец (2) и помести в нем разность тысячи других; разность веселящую без подлости; важную без скуки, живую вместе и величественную.

Момус с юношеством руководствуется (3) твоими правилами; искусство их и легкомысленность переменяют их на тысячу образов; стопы их и неровной бег представляют Дедала Миносовой дочери (4) ; игры , которыя на гибкой меди начертал Лемносской бог Ахиллесовым оружием.

Но попросим милостивых богов с поспешностию   возвратить нам

(1) Хор танцовщиков.

(2) Шакон.

(3) Контрданс.

(4) Афинский танц,  изобретенный по выходе Ариадны из лабиринта.

 

 

 

(162)

сии драгие дни (1), в которые твои забавы и твои праздники занимают всю вселенную: тогда приятности родятся, тогда смехи и игры; чада блаженной праздности, появляются; зефир, гонимый зимою, улетает; на место его приходит любовь, и оживляет нас своим жаром.

 

Любовь возвращает нам обманчивое и прелестное искусство (2), которое умело обмануть Помону в угодность ея любовнику; переодевая пол и лета в очах грубаго ревнителя, оно скрывает наши тайны; и естьли прячет нас от наших красавиц, то сим самим делает оно нас при них смелейшими   и скромнейшими.

 

Робкой любитель славы,   скрывшись для снискания оной!  я   буду

(1) Карнавал, или   масленица; святки и проч.

(2) Маскерад.

 

 

 

(163)

ожидать чтоб победа сама меня нашла; уже Минерва приближается; приятной ея вид и танцы успокоевают колеблющийся дух мой она говорит другим языком, сорадуяся храбрости победителя гордых тираннов.

 

Danseur. Танцовщик. Когда  кто располагается   учиться танцовать; в тех по крайней мере летах, в которых способен бывает размышлять: тогда он первое внимание устремить должен на состав своего тела. Ежели естественные недостатки, находящиеся в человеке, неизлечимы, в таком случае надобно остановить мысли,   содействовать удовольствию других; естьлиж напротив недостатки сии можно исправить рачением,   непрестанным упражнением и спасительными советами знающаго и просвещеннаго  учителя:  тогда  необходимо нужно не пропускать ни одного из усилий, могущих пособить тем несовершенствам,  над ко-

 

 

 

(164)

торыми со временем может торжествовать. Однако мало таких танцовщиков, которые таким образом о себе   судили;    одни,  ослепившись самолюбием, воображают,  что  они без порока; другие  не смотрят на те  недостатки,    которые    можно приметить  при малейшем испытании. И так, когда они  не знают того,  в чем всякой  хотя   мало просвещенной  человек может их упрекать,  труды  их  не основываются   ни  на каких   правильных и порядочных  началах. Они  танцуют не так, как  люди,  но как машины ; несразмерное   расположение членов  безпрестанно   препятствует игре  пружин,  и той гармонии, которая долженствовала  составить совокупное согласие.  Чем  более союза в шагах, нежности в движениях,  тем  больше красоты в сходных и противных выступках,  сразмерности в разстановках,   и   следовательно   твердости

 

 

 

(165)

в равновесии. Вот должность танцовщиков, которые делают, что искусство их состоит только в каком нибудь действии рук и ног, и которые скучно самим на себя смотреть во время их учения и упражнения.

Основываясь из столь ложных началах,   по   прошествии нескольких лет в столь  мучительном подвиге, они сами удивляются, по чему так худо успевают.   Hо не возможно   ни   в каком искусстве успеть, не учась его началам,   не зная его   силы,   и не чувствуя   его действий.

Недостаток  просвещения,  каковой видим между большею частию наших танцовщиков, произходит от худаго воспитания, какое   они обыкновенно    получают. Они записываются в театр не столько для того, чтоб отличить себя в нем, сколь для  избавления себя от ига зависимости;  в cие время энтузиазма они видят одне только розы

 

 

 

(166)

того дара, зa которой принимаются. Они учатся танцовать с крайнею скукою; жар их тем более хладеет, чем больше начинают чувствовать трудностей. Они выучивают только первыя самыя простыя начала; прыгают ниже или выше: они стараются только механическим образом сделать более шагов, и подобясь тем детям, которыя говорят много, но без разума и связи, делают многие шаги без способности, вкуса и приятности.

Сия многообразная смесь шагов, больше или меньше несвязных; сии безпорядочныя движения отнимают, так сказать, язык у танцования. Чем более простоты, пріятности и нежности в движениях, тем более танцовщик имел бы способности описывать и выражать.

Танцовальное искусство, ежели хотеть в нем хорошо успеть, должно   быть верный список при-

 

 

 

(167)

роды; следовательно нужно, чтоб всякой  танцовщик начинал  заблаговременно описывать разнообразности природы.    Картины   знаменитых художников весьма   способны    для    достижения сей   цели. Недовольно    быть     наставлену    в сих знаниях: надобно еще, чтоб различныя   части   тела  выражали и открывали    то,    что    воображение представляет себе естественнаго.

Глаза , руки и ноги должны споспешествовать той прелести, которая должна поразить зрителя.

Естьли танцовщики, так как и комедианты, недовольно сами,  тронуты своими ролями , и естьли они не понимают их содержания , то и не могут ласкаться  в  том, чтоб успеть и понравиться. Они должны  равно  обуздать  публику силою прельщения, и заставить ее чувствовать все те движения, коими они оживлены. Сия истинна, сей энтузиазм,  отличающий  знаменитаго актера, и составляющий ду-

 

 

 

(168)

шу искусства, есть ежели можно так сказать, подобние электрическаго удара; есть огонь, стремительно приходящий, воспаляющий в одну минуту воображение зрителей, колеблющий их душу, и понуждающий их сердце к чувствительности,

А чтоб искусство cиe достигло   до   толь высокаго степени , необходимо нужно,  чтоб танцовщики разделяли свое время между телом и   духом,    и   чтоб   сей    раздел был   также   предметом   их   размышления. Но к нещастию   стараются  только об одном  теле,   не помышляя    о   духе.    Редко   голова управляет  ногами;   и  как дух и способности   не в ногах    имеют свое жилище,   то весьма   часто  заблуждают,   человек  затмевается и   делается    нескладною   машиною, составляющею предмет  удивления глупых, и праведнаго презрения знатоков. Естьли напротив душа танцовщикова будет управлять

 

 

 

(169)

игрою и действием его пружине, тогда ноги, колени, тело, наружной вид лица и глаза будут тронуты правильными чувствованиями, и произходящими от сего искуснаго согласия действия тронут равно сердце и дух.

Танцование в Парижской   опере действительно  состоит  из осьми, танцовщиков и шести танцовщиц, которыя пляшут  поодиначке  в явлениях  и  называются    первыми танцовщиками.  Собрания в  явлениях состоят из двенатцати танцовщиков и четырнадцати танцовщиц, коих называют фигурантами; а все  танцование состоит из сорока  действующих лиц.

Искусство cие, так как речи и музыка,   имеет  нежныя,    жалостныя и гневныя движения. Сии различныя выражения   требуют  приличных  расположений  тела, более или менее  сильных;  следовательно отдаления,  падения,   присядания на ногу и протяжение колена  под-

 

 

 

(170)

вергают танцовщика падению, вывиханию ноги,   и  часто, также прерванию Ахиллесовой   сухой    жилы. Круглые   обороты   и протягание ноги могут  вывихнуть лядвею;  и естьли   танцовщик  согнет ногу, на   которой   лежит   вся   тяжесть тела,   тогда   он    может упасть и    вывихнуть    себе ногу,   или  лядвею. В оборотных скочках,   когда тело находится   на   воздухе, естьли  танцовщик  не   соблюдет равновесия,   может  упасть  на одну которую нибудь сторону, и переломить себе  руку,   или другую какую нибудь кость, или упасть   на брюхо, и  повредить грудь.

Наконец естьли случится, что танцовщик, находясь в поту, выдет на холодной воздух, или выпьет холоднаго напитку, может впасть в колотье, простуду, грудную болезнь , или в гнилую лихорадку и проч.

И так   не можно   довольно  не одобрить ему благоразумнаго поведе-

 

 

 

(171)

ния;   оно только   в безчисленных случаях, могущих его постигнуть, может уменьшить его опасность, и  облегчить   лечение оных.  Большая   часть танцовщиков живут весьма   непорядочно; а потому-то и   редко   наслаждаются   они   совершенным здравием; в старости их постигает лом  во всех  костях, поносы   и  параличи.    Будучи   сотворены   для составления   удовольствия другим,     они      сами      во  зло его употребляют, и цветущее их юношество не дозволяет им и подумать о  слабости престарелых будущих их лет.

Danseur de corde.  Пляшущий по канату, или человtк, ходящий, пляшущий и вертящийся по веревке, Искусство cиe есть весьма древнее, и было известно у Греков с самаго учреждения  публичных их игр. Ученые, старающееся узнать произхождение и начало вещей, утверждают, что искусство прыгать по канату было изобретено спустя ма-

 

 

 

(172)

ло времени после игр, называемых от Греков  doxalia,    по Латыне cernualia, на которых Греки  прыгали  по  кожаным  мехам,  и   которыя были  учреждены  в  честь Вакха зa 1345 лет до Рождества  Христова.   Справедливо или нет cиe мнение, однако  то правда,   что не можно сомневаться о древности прыгания по веревке, из чего Греки сделали весьма  опасное искусство, и  довели  его   до  знатнаго степени разности и  совершенства.

В консульство Сулпиция Петика  и Лицения  Стагона помнились некоторые  в Риме,   кои  первые   ввели   в употребление сценически игры. Хотя    прыгающие    по  веревке   и   не считались    между    публичными   актерами, ниже   составляли   их корпус; однако были  в большой чести  в  Риме,   а  особливо   во время Императоров, которые великое принимали  удовольствие в проворных их  оборотах. Повествуют  о некотором знаке   милости   Maрка

 

 

 

(173)

Аврелия в  разсуждении их. Сей Государь приказал подстилать тюфяки под канатами;   потому  что один мальчик,  прыгавший  некогда по канату, упал  с онаго. Танцовщики сего  рода  разделяются на  четыре рода:  первые  были  те,  которые вертелись около  веревки на   подобие  колеса,    вертящагося     около своей оси,  и висели  на одних   только ногах, или  на  шее;  другие, ноги  и руки протянувши, качались  на веревке, укрепившись на ней одним только брюхом;  третьи  бегали  по веревке,   протянутой   горизонтально;   четвертые   не   только   ходили ло растянутой веревке, но еще делали   на ней  многие скочки  и  обоpoты. См. слово  Schenobates,  Acrobates, Neurobates,  Oribates.

Меркуриел в своей Гимнастике дал нам знать изображения танцующих по веревке, которыя он списал с древних  каменных статуй. У Римлян назывались они

Funambuli, и Теренций упоминает об

 

 

 

(174)

них в  предисловии своей Гециры. В сем случае можно  читать  разсуждение одного ученаго Немца, Г. Гродекка,   напечатанное в Данциге  I702 года в 8.   Что до меня касается, то  надобно  будет присовокупить, что Кизикиане выбили в честь Императора Каракаллы медаль, о  которой говорит Г. Гипон  в древних своих изследованиях. Сия одна медаль довольно доказывает, что танцущие по веревке составляли в cии времена  одно из главных увеселений черни и дворянства.

Аббат де Шоази в журнале своего путешествия в Сиам говорит о чрезвычайном прыгании по веревке, как он видел в Сиаме. „Прыгающие по веревке, говорит он, делают много чуднаго; они ставят три долгие шеста, один аконец другаго, вышиною в три тамошние дома, и становятся на верьх их без равновесия, иногда еще вверьх ногами; они ложатся

 

 

 

(175)

также на вострее мечей, и взрослые люди ходят у них по спине."

Découverte. Открытие. Сей танец известен Сакам  и Отаграм, народам, живущим в северной Америке. Сей род пляски действительнее и гораздо лучше  Калуметовой выражает то, что хочет представить. Сей танец есть естественное выражение всего  того,   что делается в  воинских походах; и как дикие обыкновенно стараются только нечаянно напасть   на неприятеля, то без сомнения по сей причине и называется découverte.

Как бы то ни было, в сем роде мущина всегда пляшет один, и сперва он тихо выходит на средину зрелища, где несколько времени стоит неподвижен, по том представляет отшествие вооруженных, поход и ставку; тут идет к открытию, приближается, останавливается,  и  удерживает дух; после чего вдруг приходит в такую ярость что хотел бы всех

 

 

 

(176)

перебить; после сего наступления ухватывает он одного из собрания, как будто бы его берет в плен; другому разбивает голову; третьяго бьет по щеке; наконец все свои силы прилагает к побегу; по том останавливается, и приходит в чувство; и так тот же, которой сперва стремительно бежал, идет по том спокойно. Тогда он помощию различных положений, в каковых находился дух его во время последней баталии, и оканчивает повествованием храбрых своих подвигов.

Desulter. Тот, которой перескакивает с одной лошади на другую. У Скифов, Иидейцов и Нумидян конные, служившие на войне, были в сем роде весьма искусны, то есть, они на сражении водили с собою по крайней мере по две лошади; и когда одна под ними упадет, тогда с крайним проворством и поворотливосию перескакивали на другую. Греки и Римля-

 

 

 

(177)

не взяли cиe  обыкновение от помянутых варваров;   но упражнялись в сем искусстве только на играх и   конских   рыстаниях,   а   не   на войне, или сражениях. Тож  самое произходило у  них  и в  случае великолепных погребений. И так что у реченных Азиатских и Африканских народов составляло войско, то у Римлян были  прыгальщики и танцовщики. Иногда у них не по две,  но по четыре или шести лошадей было с ряду, на которых они с первой  на четвертую или   на    шестую прыгали , что однако   было    весьма   трудно. Си. Гомера, Геродота, Тита - Ливия и пр. Diane.  Танц в честь Дианы. Аристомен Миссенянин,   преходя чрез Карт,   увидел всех  девочек той   страны собранных в сем городе, где оне  песнями и плясками  торжествовали   праздник Дианы. Cия пляска  Карийских краcoт была  изображена, по  свидетельству Павзания, на славном Клеарховом перстне.

 

 

 

(178)

Divertissment. Дивертиссеман. Сим именем навывают известныя собрания танцов и песен,  которыя обыкновенно в Париже помещают в каждое действие оперы, балета, или  трагедии. Cиe продолжение плясания произходит без всякаго порядка, связи, и начальнаго действия. Сей порядок не столько принадлежит к театру, как к пиру, в котором каждой актер сыграл свою ролю, ежели развеселил самаго себя, и где зрители  довольны бывают без намерения действующих лиц. Но сей недостаток связи и начала никогда не может быть терпим в театре, ниже на балах, где все  содержание должно быть связано каким нибудь неизвестным  действием, которое бы поддерживало ожидание и составляло забаву зрителя.

 

Е.

Effet. Действие. Приятное и трогательнее впечатление, производимое правильным танцованием, и дей-

 

 

 

(179)

ствующее на глаза и сердце зрителей. Долговременное упражнение может научить узнавать сии дейcтвия, но одна только природная склонность их находит.

Тщетно будут надеяться представить наши балеты в новом чувсивительнейшем виде, естьли еще будут рабами стараго метода. Не надобно учиться делать одни только простые шаги: должно знать страсти. Приобучая душу нашу их чувствовать, можем избежать трудности их выражать; тогда наружные знаки лица получат все свои впечатления от движения сердца, изменятся тысячью различными образами , придадут сил внежним движениям, и опишут живейшими красками безпорядок чувств, и смущение, находящееся внутрь нас самих.

Еlеvsines. Праздник, которой отправляли в честь Цереры и Прозерпины ея дочери в городе, на-

 

 

 

(180)

зываемом Элевзис. Он был самой знаменитейнший праздник у Греков, и продолжался девять дней, из которых в первые четыре отправляли священнослужение, и некоторые частные обряды. На вечер четвертаго дня начинали ход, в котором везли ковчег на колеснице, запряженной волами, и последуемой множеством Афинских женщин, кои все несли ящики, покрытые виноградными листами; и содержащие различныя вещи, до обряда касающияся. Притом несли богинину статую, увенчанную миртом, держащую в руке факел, за нею шло безчисленное множество торжествующаго народа, так что обыкновенно бывало не менее тридцати тысяч челевек. В продолжение пути пели гимны, и плясали при звуке труб, бубнов и других орудий с живейшими знаками веселия и радости. В сем-то празднике отправлялись славныя Церерины таинства.

 

 

 

(181)

у Элевзинских жителей был колодезь, называемой Каллихори; около сего колодезя женщины производили свои танцы, и музыкальные хоры в честь богини.

Emboenture. Так называется третиe из пяти положений тела, нужных в танцовании. Cиe полжение принадлежит к соединенному шагу и другим. Его называют также Emboiture; поелику cиe положение тогда только совершенно, когда ноги стоят вместе одна с другою протянуты, так что между ими нет ни малаго разстояния. Амбоатюр составляет одно из необходимых в танцовании положений. Оно научает стоять твердо, протягать колена, и во всем поступать с тою правильностию, которая составляет всю красоту искусства.

Endematie. Aрия некотораго роду пляски, которой был известен Аргивцам.

 

 

 

(181)

Entrechat. Говорится о скочке, в котором нога об ногу ударяется три раза в то время, как тело бывает на воэдухе. Слово cиe произходит от Италианскаго Capriola intreciata. Антраша бывает назад, вперед и в сторону.

Mногие танцовщики, говорит Г. Hоверр, думают, что можно сделать антраша опускаясь, и следовательно многие из них обманываются. Я не говорю, продолжает сей автор, чтобы совершенно не возможно было сделать движение в ногах посредством крайняго усилия кости, но такое движение не может почесться приличным в антраша, или в танце. Я сам чрез себя довольно о сем уверен, и не прежде, как после многих опытов, осмеливаюсь прекословить тем мыслям, которых бы вовсе не держались, естьли бы большая часть танцовщиков не упражнялись в сем искусстве одними только глазами.

 

 

 

(183)

Отец  Meнестрие утверждает, что надобно   писать Entrechas,*   a   не Entrechat; и вот чем даказывает: начало сего выражена есть Сhas, деревянной продолговатой и четвероугольной кусок, служащий гирькою. или отвесом  некоторым железным, свинцовым и другим металлическим орудиям; таким образом говорят бросить Chas, a не Chat, в ноги, когда хотят сказать, сделать какое нибудь препятствие, так как кидают палкою в ноги идущаго или бегущаго человека, в намерении его уронить. Из сего слова произошел  термин   Casses; и как именем Entrelas называют нитки или веревки переплетенныя, или перепутанныя между собою, то, и словом Entrechat называют решетки деревянныя, что по  Латине значат Сапсеlli: таким образом антраша в танцовании называются перепутывания, или перемешивания ног, как будто бы перепрыгивали чрез пустыя места в какой нибудь решотке.

* Занятно, что Людвиг Петровский в своем учебнике переводит слово «антраша» иначе, называя этот прием «кошачьим входом» - «entrée chai» (Петровский Л. Правила благородных общественных танцов... – С. 22).

 

 

 

(184)

Entrée. Вход, явление. Обыкновенно все балеты разделяются на пять действий: каждое действие состоит  из трех, шести, девяти, а иногда и двенадцати явлений. Именем антре называют одну или многия кадрили танцовщиков, которые своими шагами, телодвижениями и оборотами представляли часть главнаго действия, которая к ним принадлежит.

Сим также именем называют ту арию в симфонии, с которой начинается балет.

Наконец антре значит оперу целаго действия в оперных балетах, которых каждое действие составляет особенной предмет; так антре Вертумна и Помоны, в стихиях; антре инкас, в любовной Индии.

Epaule. Плечо. Движения плеч приметны только в так называемых Па Томбе. Когда руки протянуты, то надобно их опустить

 

 

 

(181)

несколько пониже вертлугов, не сгибая ни локтей, ни кулаков; а когда оне опущены, тогда поднять надобно до той же самой высоты, с которой опущены, что делается помощию движения плеч.

Equilibre. Равновесие. Тело тогда находится в равновесии, когда стоит на одной только ноге; но поднимаясь надобно протянуть колено, и приближить к левой ноге; a особливо, ежели надобно, чтобы обе ноги были протянуты, когда стоишь на ножных пальцах, а по том становишься пятою на землю, чем оканчивается шаг, и доставляет вам удобство тож самое сделать другою ногою, наблюдая теж самыя правила.

Expression. Выражение. Качество, помощию котораго танцовщик живо чувствует, и действительно сообщает другим свои понятия и чувствования, каковыя должен выразить, называется выражение. Есть одно выражение в сочинении,

 

 

 

(186)

а другое в представлении, и от сего-то стечения выходит сильнейшее и наиприятнейшее действие танцования. Чтобы выразить порядочно, нужны в сем случае картины танцования , знаки главных частей, сильные характеры, смелые поступки, и противоположения столькож отважныя, как и самое сочинение.

Трагической род более всех приличен выражению в танцовании: он доставляет великия картины, благородныя положения, и щастливыя поражения зрителей; притом поелику страсти сильнее и приметнее в Героях, нежели в простых, посему и подражать им легче, и действие пантомима бывает горячее, истиннее и внятнее.

Но по причине нещастной привычки, или невежества, мало видно таких балетов; танцуют только для того, чтоб танцовать, думая, что исполняют цель особ, имеющих вкус к балетам, когда

 

 

 

(187)

гда наполняют их действующими лицами, которыя ничего не делают, как только мешаются, прыгают, сталкиваются, и представляют одне только хододныя и смешенныя картины, нарисованныя без всякаго вкуса и приятности, и не имеющия ни малаго согласия ни сего выражения, произтекающаго от чувствования, которое одно может украсить искусство, дая ему жизнь.

Балетмейстер должен стараться дать всем танцовщикам действие, выражение и характер различной; все они должны достигать одной цели различными путями, и споспешествовать единодушно совокупному описанию не притворными своими телодвижениями и подражанием действию, которое сочинитель старался им начертать. Естьли в балете видна единообразность, а не приметно сего различия выражения, силы и оборотов, находящихся в самой природе; естьли cии легкие, но неприметные оттенки , описы-

 

 

 

(188)

вающие одне и те же страсти неразличествующими почти красками, и более или менее приметными знаками, ие искусно употреблены, или без всякаго вкуса и нежности разсыпаны: тогда картину едва ли можно назвать посредственным списком превосходнаго подлинника; и так она ничего истиннаго не представляет, то и не имеет ни силы ни права трогать и преклонять.

Толпы народа,  посещающия ныне наши зрелища,   могут   только верить   тому,   что   видели.    Будучи довольны   нежною ,   благородною   и скорою  пляскою , которая  их обманывает, и  может  еще им понравиться, они без сомнения  скажут, что   все,   что   ни   повествуют   о танц вании  Греков  и Римлян, есть только   одна   чрезмеру   умноженная сказка,   и будут   продолжать еще мыслить,   что   и   у нас   есть,  все то , что можноиметь;  поелику понятия их не могут простираться далее предмета,   какой бы   он   ни был, их поражающаго.

 

 

 

(189)

Так пусть же они знают, что в Афинском театре танц Евменидов имел столь разительные знаки, что производил ужас в душах всех зрителей. Ареопаг стенал от ужаса и страха; мужи, состарившиеся под оружием, трепетали; множество разбегалось; беременныя женщины выкидывали не донося; думали, что сходят к ним немилосердыя божества, горящия небесным мщением, казнить беззакония на земле.

О сем историческом месте говорят нам те самые авторы, которые повествуют, что Софокл был Гений; что ничто не противилось Демосфенову красноречию; что Фемистокл был Герой; что Сократ был премудрейший из всех смертных; в сии то славныя времена Греков, над сими привилегированными душами, и при глазах сих достоверных свидетелей танцовальное искусство производило столь чудныя действия.

 

 

 

(190)

В просвещенныя времена Римлян все чувствования, кои выражали танцовщики, имели столь истинные признаки, столь великую силу, и такое влияние, что несколько раз множество зрителей, пришедших в восхищение, механическим образом следовали различным движениям картины, которою были тронуты, так что испускали крики, проливали слезы, разделяли нежную горесть Гекубы, или бешенство Аякса. Зрители, пришедши в такоеж свирепство, как и сам актер, представлявший сего Героя, скидывали с себя платье, дабы удобнее сражаться, и часто доходили до жесточайшаго побоища.

Над кем же производимы были сии живыя выражения? Над современниками Мецената, Лукулла, Августа, Горация и пр.

 

F.

Festins. Военныя пирушки и пляски диких Канадян. Как скоро

 

 

 

(191)

решатся итти войною на неприятеля, то и начинают помышлять о запасах и экипаже военном, и cиe не много требует времени. Пляски , песни , пирушки и некоторые обряды, которые очень различны в различных народах, требуют гораздо больше времени.

Тот, которой должен начальствовать, не прежде начинаеть думать о наборе солдат, как пропостившись несколько дней, в которые он ходит в черном платье, не имеет ни с кем обращения, и призывает день и ночь духа своего хранителя, и пр.

После сих приуготовлений, производимых в отдаленности места, а часто также в банях, начальник сообщает свое намерение совету, которой о сем думает, не допуская никогда до своего присутствия начальника намерения.