Кохен Х. фон. [Известия ливонскому генерал-губернатору Я.И. Гастфатеру] / Сообщ. К.А. Висковатов // Русская старина, 1878. – Т. 23. - № 9. – С. 121-129. – Под загл.: Москва в 1687-1688 гг.

 

МОСКВА В 1687—1688 гг.

[ПЕРЕВОД  С  НЕМЕЦКАГО].

 

Его п-ству г. Якову Ивану Гастферу, королевскому сенатору, генерал-лейтенанту и ливонскому генерал-губернатору, в Риге.

 

I.

23-го сентября 1687 г.

Высокоблагородный барон, королевский советник, генерал-губернатор, милостивый государь. Милостивое письмо вашего высокоблагороднаго п—ства, от 8-го сего месяца, я получил 19-го числа сего же месяца по почте, и узнал из него, что в. п—ство его королевским величеством, нашим всемилостивейшим королем и государем, назначены генерал-губернатором Лифляндии и смежных провинций, с поручением принять от тамошних жителей, именем его королевскаго величества, присягу на верность. Затем в. п—ство милостиво изволили предложить мне сообщать вам обо всем здесь происходящем. Я не только желал поздравить в. п—ство с изъявлением живейшей моей радости, но и молю Всевышняго, чтобы он по благости своей преумножил светлый разум в. п —ства, об-

 

 

122

легчил вам перенести тяжкое бремя возложенной на вас обязанности и направил ваше назначение к прославлению Бога, на отраду его королевскому величеству, на пользу отечеству и к вечной славе в. п—ства, а также к приобретению милостей вашими ближними и родственниками. Что же касается до извещения вас о здешних событиях, то я постараюсь сделать это по обязанности службы моей его королевскому величеству и в угоду в. п—ству, по мере возможности высылая вам известия обо всем здесь происходящем. Пребывая в твердой уверенности, что это мне откроет путь к милостям, я доверяю личныя мои выгоды попечению в. п—ства. Так как pyccкиe зорко следят за корреспонденцию и письмами и самое заведование почтою поручено русскому, то я буду отправлять письма к в. п—ству в конверте на имя частнаго лица, в Риге, которое будет каждый раз доставлять их в. п—ству.

Последняя новость та, что бывший генералиссимус, князь Василий Васильевич Голицын, 4-го сего числа, поздно вечером, приехал в город, а на следующий день целовал руки у обоих царей и царевны. Он все еще в прежней чести и стоит у кормила правления; к тому же царевна Софья Алексеевна, почти совсем завладевшая управлением царства, сильно поддерживает его. Все того мнения, что в последнем походе погибло от 40 до 50 тысяч человек. Всем офицерам и дворянам за их службу роздали медали весом в 1/2, 3/4 и даже в целый червонец. Последния были розданы высшим чинам (образец такой медали вам посылаю); другие офицеры, смотря по заслугам, получили медали меньшаго веса. На медалях находится изображение двух царей и правительницы, и также начальныя буквы их имен. Генерал-лейтенант Петр Гордон на сих днях произведен в генералы. Здесь все озабочены изданием за границею, на немецком и голландском языках, хвалебнаго описания похода, в котором будут изложены подробно причины безуспешнаго возвращения многочисленнаго царскаго войска. Уже поговаривают о новых налогах с крестьян и мещан и о намерении будущею раннею весною предпринять поход в Крым, при чем будет избран новый путь. Пехота отправится по Днепру на судах, а конница сухим путем. Князь Голицын, поговаривает, будто опять примет участие в этом походе. Третьяго дня царь Иоанн и царевна-правительница, по ежегодному обыкновению, отправились на богомолие в Троицкий монастырь, находящийся приблизительно в 12-ти милях разстояния отсюда. Дней чрез десять их ожидают обратно. Царь, уже Петр остался дома.

 

 

123

II.

18-го ноября 1687 г.

28-го минувшаго месяца я адресовал к в. п—ству последнее письмо мое 1).

Здесь за верное передают, что старший сын бывшаго гетмана, Ивана Самойловича, в Севске пытан и затем казнен за распространение неуместных речей. Скоро ожидают польскаго резидента, который будет иметь постоянное местопребывание в Москве, а со стороны их царских величеств будет отправлен резидент к польскому двору. Здесь говорят о постройке на реке Самаре крепости, в которой будут расположены царския войска, под предлогом препятствовать крымским татарам производить набеги на Украину. Большинство того мнения, что сооружение крепости имеет целью держать в повиновении казаков и отрезать всякия сношения их с татарами. Говорят, что эта мера указана новым гетманом Мазепою и что казакам понравилась мирная жизнь, которую они испытывали, живя в течении 20-ти лет по сю сторону Днепра; многие из них нажили богатства, которыми желают мирно пользоваться. Относительно будущего похода пока еще не слышно ничего достовернаго. Недели две тому назад, вода в Москве реке, вследствие больших снегов и наступившей вслед затем оттепели с дождями, так поднялась, что снесла четыре моста как в самом городе, так и в его окрестностях, через что дворяне и мещане, торгующее лесом, понесли вновь большой убыток, так как в нынешнем году внезапным повышением уровня воды в Москве реке уже четвертый раз сносились мосты. Здешние старожилы не запомнят, чтобы подобное несчастье повторялось несколько раз сряду в одном и том же году.

 

III.

16-го декабря 1687 г.

18-го истекшего месяца я отправил к в. п—ству мое последнее письмо. Слух, будто старший сын бывшаго гетмана Ивана Самойловича был пытан в Севске и затем 1-го ноября казнен—подтверждается. Разсказывают, что отец и младший брат его будут сосланы в Пустоозерск. Из оставшегося после их имущества одна половина отбирается в царскую казну, а другая половина будет отдана новому гетману, о чем уже сделано распоряжение.

Недели две тому назад, казаки опять прислали сюда двух пленных татар, которые будто бы заявили, что татары намереваются еще нынешнею зимою сделать набег на русскую границу, и здесь одни уже поговаривают, что татары подошли к городу Тор и оттуда сделали на-

1) Этого письма нет.

 

 

124

бег, а другие утверждают, будто город этот ими вырезан, причем погибло 17 тысяч человек убитыми и пленными. Дальнейших об этом сведений надо обождать. Дня три тому назад, семи пехотным полковникам приказано отправиться в Украину и оставаться с их полками на крымских границах русских владений. Белгородскому и Севскому ополчению также приказано быть готовыми к походу. Боярину Борису Петровичу Шереметеву, бывшему посланнику при римском императоре, приказано отправиться в Севск и принять начальство как над тамошним войском, так и над всею местностью; завтра он отправляется к месту своего назначения.

Князь Петр Семенович Прозоровский на прошедшей неделе отправился воеводою в Новгород, на смену Петра Васильевича Шереметева; 10-го этого месяца польский резидент был встречен здесь в качестве посланника; сегодня или завтра он будет допущен к аудиенции, после чего уже сделается известным—будет ли он иметь здесь постоянное местопребывание. Теперь царя Петра стали ближе знать, так как первый министр, князь Голицын, обязан ныне докладывать его царскому величеству о всех важных делах, что прежде не делалось; говорят, что в течение наступающего января месяца его царское величество вступит в брак.

 

IV.

2-го февраля 1688 г.

5-го истекшего месяца послано было мною письмо к вашему сиятельству 1). После того не происходило ничего замечательнаго; теперь же могу сообщить следующее: 28-го прошедшаго месяца здесь официально объявлено генералитету о предстоящем походе в Крым, и указаны те, которые на будущее лето поведут войска. На первом месте боярин князь Василий Васильевич Голицын и с ним товарищ его боярин Иван Федорович Волынский, также окольничий Венедикт Андреевич Змеев и думный дьяк Емельян; они поведут главную, или так называемую, Московскую рать; за ними следует боярин Алексей Семенович Шеин, с товарищем князем Федором Юрьевичем Барятинским; они поведут Новгородскую рать. Рязанскую рать поведет князь Владимир Дмитриевич Долгорукий; Севскую рать—окольничий Леонтий Романович Неплюев и думный дворянин Григорий Иванович Косагов. Рать из казанцев и астраханцев поведет окольничий Иван Юрьевич Леонтьев. Всем означенным войском будет начальствовать князь Василий Васильевич Голицын, в качестве генералиссимуса; при этом дано приказание,

1) Письмо это утеряно.

 

 

125

под страхом смертной казни, чтобы все названныя войска в начале или половине, а последняя рать в конце февраля, собрались к сборному пункту в Украйне, в Сумах, Обояне и Рыльске. На этой неделе приказано всем главным начальникам ехать вперед, чтобы собрать сложенное в прошедшем году в украинских городах оружие, привести его в порядок и раздать войскам. Патриарх, приглашенный для совещания по поводу предстоящаго похода, предложил прежде всего попытаться завладеть Азовом и уволить всех иностранных офицеров, не принадлежащих к греческой церкви, и чтобы народу и войску иметъ единую церковь и единую веру. На это ему отвечали, что большая часть военных сведений приобретается от иностранцев, что и прежние цари находили необходимым иметь их на службе, и потому им и вперед оставаться на службе. Третьяго дня, в ясную лунную ночь, здесь было замечено на небе явление: пять огненных столбов, из коих четыре имели направление к северу, а один к югу, подвигались друг к другу и сталкивались с такою силою, что видны были искры. Три из северных столбов, казалось, были сдвинуты южным столбом; наконец, оставшийся последний северный столб одолел большой южный; а через два часа все явление исчезло.

 

V.

10-го февраля 1688 г. 1).

27-го истекшаго месяца было послано в. пр—ству мое последнее письмо 2). С сегодняшнею почтою должно отправиться в Новгород к тамошнему воеводе царское послание, адресованное его королевскому величеству; содержание этого послания состоит в том, чтобы его королевское величество в письмах и сношениях с его царским величеством впредь употреблял титул: пресветлейшаго и вседержавнейшаго, и чтобы об этом было дано знать всем начальствующим на границе лицам. Это прибавление к царскому титулу стали употреблять со времен заключения последняго  вечнаго мира с Польшею, и так как кордийским миром положено как каждому государю титуловаться, то здесь предполагают, что титул этот не будет оспариваем... Сегодня или завтра отправится, по приказанию царя, к воеводе Псковскому дьяк посольскаго приказа Алексей Васильев (тот самый, который два года перед сим приезжал к его королевскому величеству в качестве чрезвычайнаго посла). Из Пскова он с писъмом отправится к ревельскому начальству по поводу новаго освящения русской церкви в Ревеле; с этою целью

1) Получено в Пернове, 25-го февраля 1688 г.

2) Письма этого нет.

 

 

126

вместе с ним отправляется священник с иконами и, сколько мне известно, он между прочим будет жаловаться на постройку близ церкви конюшни и потребует снесения ея. Его царское величество царь Петр прилежно посещает думу и, как говорят, недавно ночью секретно разсматривал все приказы. Дней восемь тому назад ночью были найдены наклеенными к воротам записки с угрозою против лиц, стоящих у кормила правления. Дай-то Бог, чтобы все сошло благополучно.

Казаки прислали сегодня пленнаго из крепости Кизикермена, который разсказывает, будто новый турецкий султан писал к крымскому хану, чтобы он воздерживался от всяких неприязненных против русскаго царя действий, за исключением того случая, если на него самого будет произведено нападение, и чтобы по возможности защищался. Впрочем,  здесь все пока тихо и о вторжении татар ничего не слышно. P. S. Голландский резидент барон фон-Келлер получил от своего правительства письмо с жалобою на посланника его царскаго величества в Гааге.

 

VI.

6-го апреля 1688 г.1).

Письмо вашего сиятельства от 15-го прошедшего месяца я получил 27-го числа того же месяца, и узнал из него между прочим весьма радостную весть, что его королевское величество, наш всемилостивейший король и государь, возвел вас, по великим заслугам и способностям вашим, в графское достоинство; спешу принести вашему графскому п—ству нижайшее и должное поздравление; молю Всевышняго, чтобы такое заслуженное возвышение послужило к благу и процветанию вашего дома; присовокупляю при этом просьбу, чтобы ваше сиятельство как до сих пор были, так и впредь остались бы моим милостивым покровителем. При сем доношу, что, по получении вашего письма, я содержащуюся в оном приписку тотчас сообщил первому министру, князю Голицыну, который видимо был обрадован и хотел оставить его у себя; но как я неохотно разставался с ним, то велел перевести его и вчера возвратил мне его обратно, причем вновь повторил, что все обстоит хорошо и чтобы ваше сиятельство продолжали радеть о делах. Впрочем, до сих пор в общественных делах все тихо и не заметно ни малейшаго движения, исключая разве того, что русские, как я уже упомянул в моем последнем письме 2), намереваются выстроить две крепости на Самаре (некоторые упоминают лишь об одной крепости).

1) Получено в Риге,19-го апреля 1688 г.

2) Письмо это утрачено.

 

 

127

Самое правительство находится in statu quo ante, и потому известие из Польши о происшедшей перемене правительства есть пустой вымысел. Если бы что произошло, то я по обязанности не преминул бы тотчас уведомить о том в. п—ство. Также покорнейше благодарю за новости, которыя вы удостоили мне сообщить касательно Швеции и других земель. Весьма благоразумно, что ваше графское п—ство ничего не предпринимает относительно царскаго титула, не испросив на то разрешения его королевскаго величества, и я, до получения мною особаго приказания по сему предмету, придерживаться буду того же самаго; меня уже здесь разспрашивали по этому поводу; впрочем, не могу не упомянуть, что несколько дней тому назад приходили ко мне три брата князя Якова Долгорукова, что ныне посланником во Франции и Испании, и говорили мне, что брат их на возвратном пути, вероятно, направится через Ригу, Ревель и Нарву. При этом они обратились ко мне с просьбою написать к вашему графскому п—ству и покорнейше просить вас от их и моего имени, чтобы вы, если брат их приедет в означенныя места, оказали им высокоценимыя ими дружбу и одолжение, сделав распоряжение к безпрепятственному продолжению его пути. В этом прошу вас не отказать им, как благовоспитанным и одним из лучших здесь людей и оказавшим дружбу г. Спарвенфельду и другим шведским подданным, здесь проживавшим.

Прошу ваше сиятельное п—ство о благосклонном исполнении моей просьбы относительно оказания посланнику князю Долгорукову всякаго рода содействия и внимания по приезде его в означенные города; он и братья его с признательностию примут подобную услугу и везде будут разглашать об оказанном ему шведами внимании.

 

VII.

11-го мая 1688 г.

Последнее всенижайшее письмо было отправлено мною к вашей светлости, высокографскому п — ству 4-го сего месяца 2). Сегодняшним же письмом я почтительнейше доношу, что в начале будущей недели выезжает упомянутый мною в предъидущем письме фон-Келлерман, нарочно отправленный к его королевскому величеству; как слышно, он везет два письма к его королевскому величеству; в одном письме испрашивается coгласие его королевскаго величества на испрашиваемый его царским величеством титул пресветлейшаго; другим письмом Келлерман уполномочен получить пожалованныя покойному Бюхлингу после последней войны деньги.

1) Получено в Риге, 30-го мая 1688 г.

2) Письмо это утрачено.

 

 

128

Относительно донских казаков, поговаривают, будто они возмутились. Причиною этого бунта жестокое и несправедливое обращение с некоторыми казаками, приехавшими сюда с Дона с целью выпросить у правительства некоторое пособие по случаю их крайняго раззорения от сильных пожаров; но, вместо выдачи пособия, первый министр и другие сановники обошлись с ними сурово, обозвали их изменниками, и тогда же некоторые казаки были пытаны; это озлобило донцов. Другие находят истинную причину возмущения в том обстоятельстве, что донцы не соглашаются на нововведения в церковной службе, и пророчат из этой искры великое пожарище. Вчера пятеро из пытанных по настоящее время казаков казнены. Впрочем сильно поговаривают, что его царское величество думает зимою собрать большое войско, чтобы будущею весною, с первою травою, повести оное в Крым к Перекопу. В этих видах спешат постройкою крепости на Самаре, чтобы ее сделать складочным местом для войска на время этого похода.

На днях я был у перваго министра, князя Голицына, и читал ему, по желанию графа Шперлинга, записку относительно бревен; он был очень вежлив и ласков и обещал дать благоприятный ответ; он отзывался также хорошо о правлении его королевскаго величества. При этом случае я узнал, что он весьма доволен хорошим приемом, сделанным его королевским величеством Борису Михайлову, и везде относится с похвалою об очищении местности вокруг русской церкви в Ревеле; затем он изъявил готовность оказывать самое дружеское внимание шведской короне, и что он всегда все касающееся до Швеции представляет их царским величествам с самой хорошей стороны. Кажется, что любимцы и сторонники царя Петра отныне тоже примут участие в управлении государством; несколько дней тому назад, брат матери его, Лев Кирилович Нарышкин, пожалован в бояре. В делах правительственных все пока тихо. Оба царя проводят большую часть времени за городом, в потехах, в своих летних дворцах.

 

VIII.

1-го июня 1688 г. 1).

Милостивое письмо вашего высокоблагороднаго п—ства от 16-го прошлаго месяца я получил 28-го того же месяца и все, что в нем относилось до отправленнаго отсюда к шведскому правительству Иоанна фон-Келлермана, я докладывал первому министру Голицыну, который был очень доволен, что ясно выражалось как на его лице, так и в словах его, при чем он еще раз повторил обещание оказывать полное расположение шведскому правительству и его подданным. Помянутый фон-

1) Получено в Риге, 20-го июня 1688 г.

 

 

129

Келлерман отправился отсюда 18-го мая утром и надо полагать, что путешествие его, вместе со свитою, начиная от Пскова, будет своевременно сообщено земскому начальнику Таубену, который должен его встретить и направить в дальнейший путь. 27-го апреля я выслал просимыя вами 24 жемчуга на имя Иоанна Магнуса Гольста.

Так как в последнем письме вашем вы ничего не упоминаете о них, то я начинаю безпокоиться относительно получения вашим сиятельством посылки, и желал бы очень быть на этот счет поставлен в известность. Новаго здесь ничего нет, разве только, что польский резидент имеет от своего короля поручение протестовать против здешняго бездействия относительно Крыма, вопреки последняго мирнаго трактата, отчего поляки терпят много от татар, и дать заметить, что татары стараются склонить польское правительство к тому, чтобы соединенными силами напасть на Россию. Относительно сообщеннаго мною в последнем письме мятежа донских казаков, из коих некоторые казнены, а другие находятся в опале, здесь говорят, что они ничего не предпримут, потому что ими выданы те, которых у них требовали цари. На-днях распространился здесь слух, будто хан лично поднялся со всею ордою, чтобы препятствовать постройке крепости на Самаре; однако этот слух опять умолк. Здесь в короткое время в разных местах были сильные пожары: раз, около Покровских ворот, в Басманной, в продолжение двух часов сгорело 280 домов; другой раз—в Сретенской улице, при чем сгорело 20 домов.

 

Пребываю на веки вашего высокоблагороднаго п—ства покорный слуга

 

Христоф фон-Кохен.

 

Примечание. Христофор Кохен был шведским посланником при московском дворе. В апреле 1686 г. он прислал в государственный посолъский приказ, на имя Иоанна и Петра Алексеевичей, просительное письмо, с приложением долговой росписи, в коем он объясняет, что король шведский прислал его в Россию для ходатайствования за шведских подданных во всяких случаях; на сем основании он просит, «дабы для взаимной продолжающейся между царским и королевским величествами дружбы указали доправить долги по кабалам, и по письменным крепостям, и по судным вершеным делам московскаго государства разных чинов на людях». Сведения эти взяты из приказных дел 1686 г.

 

Сообщ.  К. А. Висковатов.