Кемпфер Э. Diarium itineris ad aulam Moscoviticam  indeque Astracanum suscepti. Anno MDCLXXXIII // Аделунг Ф. Барон Мейерберг и путешествие его по России. - СПб.: В типографии К. Крайя, 1827. - С. 321- 372.

 

 

ИЗВЛЕЧЕНИЕ

из    РУКОПИСНАГО    СОЧИНЕНИЯ

 

ПОД     ЗАГЛАВИЕМ

 

ENGELBERTI    KAEMPFERI DIARIUM

itineris  ad  aulam  moscoviticam

indeque  astracanum  suscepti

anno MDCLXXXIII.

 

В предыдущем описании Мейерберговых рисунков неоднократно указываемо было на записки Кемпфера о путешествии его в Россию 1), которыя по одному имени знаменитаго сочинителя, стоят уже величайшаго внимания. Кемпфер находился в Москве спустя не более тридцати лет после Мейерберга, и замечания его во многих случаях могут служить пояснением разсказа сего последняго; а потому кажется что краткое извлечение из путешествия, по ныне еще не напечатаннаго и почти совсем неизвестнаго , будет здесь полезно и любопытно.

Энгелъберт Кемпфер родился в 1651 году в городе Лемго в Графстве Липпе. В Кракове и Кенигсберге учился он врачебной науке, и в 1681 году поехал в Упсалу, где был назначен Секретарем при отправляемом тогда от Короля Шведскаго в Poccию и Персию Посольстве, имеющем


 

З24

 

предметом своим основание торговых сношений с Персиею и исходатайствование согласия Царскаго двора на свободный туда чрез Poccию проход товаров. Пробыв несколько времени в Испагани, Кемпфер поехал в Тифлис, в качестве Лейб-Медика тамошняго владетеля, но вскоре потом является он опять в Ормус, где, застав находящийся там Голландский флот, определился на оный корабельным врачем, в каковом звании имел он случай посетить Аравию, владения Могола, Малабар, Цейлон, Батавию, Сиам и Японию. В двухлетнее свое пребывание в сем последнем Государстве, успел он сочинить известное и по ныне еще классическим почитаемое описание сего любопытнаго но мало известнаго края 2). В 1694 году возвратился он в Европу в находясь Лейб-Медиком своего Государя Графа Липскаго, скончался в 1716 году, на 65 году деятельной своей жизни.

Кемпфер был человек с великими познаниями и отличный наблюдатель 3). Неоспоримым тому свидетельством служат


 

325

 

многия   его сочинения  и   в особенности, изданныя    им   Ammocnitates  exoticae 4),  написанныя лучшим  Латинским   слогом  и  содержащия  безценное собрание   сведений,  как географических,   так   и   по   части    естественной истории (особенно ботаники), медицины , древностей  в  языков   Персидскаго и Индейскаго.   Известия   сии изданы  им так сказать только   образчиком целаго собрания всех его сочинений, которое предполагал он мало по малу составить из собранных им богатых   материалов,   но   он  не   успел привести   своего   намерения   в исполнение  и оставшияся   по   смерти   Кемпфера драгоценныя рукописи  наследниками  его проданы   известному Сир Гансу Слоану. Когда  из многочисленных   собраний  сего   последняго,   в 1753 году  составился Британский   Музеум, то и Кемпферовы рукописи перешли туда же и по ныне еще составляют yкрашение онаго. По подробному списку сих рукописей помещенному во введении к Истории и описанию Японии, оных вообще имеется до тридцати шести, из коих многия украшены собствен-


 

325

 

норучными превосходными рисунками самаго сочинителя. В сем списке равно как и в предисловии к вышеозначенному сочинению (Arnmoenitates exoticae) увидел в 1814 году что между теми рукописями находится одна под заглавием: »Diarium Itineris Engеlbеrti Каeтpferi ad aulam Moscoviticam indeque Astracaпит suscepti ао 1683.« Сочтя оную заслуживающею особаго внимания, я поспешил довести о том до сведения покойнаго Государственнаго Канцлера Графа Николая Петровичa Румянцова, который по свойственной ему склонности и готовности споспешествовать всему полезному отечественному, возложил на меня попечение о немедленном доставлении ему вернаго списка сей любопытной рукописи 5). По благосклонному содействию Г-на Контр-Адмирала Крузенштерна, который отнесся по сему к Сир Иосифу Банксу, получил я согласие сего последняго на снятие списка с того сочинения, каковой и сделан был со всевозможным тщанием и верностию, как в отношении к самой рукописи, так и принадлежащим к оной


 

З27

 

рисункам и чертежам. При сем списке приложено описание самаго подлинника, сочиненное Г. Антонином Шлихтсгролем, из коего между прочим видно, что подлинная рукопись весьма много потерпела от морской воды, и что уже многия места в оной совершенно изчезли 6). По всему видно, что cиe сочинение нечто иное есть, как составленная на скоро только памятная записка, и что Кемпфер имел намерение в последствии до издания в печать, обработать ее и смягчить многия жесткия, и даже грубыя выражения, в ней встречающияся. Впрочем с другой стороны нельзя не признаться, что самая сия необработанность, представляя читателю неискуственное, но живое выражение перваго впечатления произведеннаго на сочинителя новыми для него предметами, придает сему сочинению особой род занимательности.

Достойно замечания еще, что Кемпфер, столь отлично владеющий Латинским языком, часто весьма затрудняется выражаясь на своем отечественном, так что без-


 

328

 

престанно прибегает к первому, почему в сем сочинении находятся целыя страницы содержащия более Латинских нежели Немецких слов и строк. Незная будет ли когда нибудь вся сия рукопись напечатана, я решился приобщить здесь небольшой оной отрывок, содержащий подробности относительно прибытия Кемпфера в Москву и его там пребывания, так как оныя находятся в Румянцовском списке от стр, 4. до 85. Я непозволил себе сделать в оных ни малейшей перемены или поправки, а сообщаю оныя точными словами Кемпфера, сохранив везде совершенно оригинальное его смешение Латинскаго с Немецким языком 7).


 

 

 

 

 

 

 

5-го Июля, в Четверг, до Чарникова 6 новых верст. В сей день ехали мы по большой Московской дороге идущей не лесом но с которой всюду открыт вид на луга и поля. Тучи мелких мошек и комаров, подобно дыму парили над главами нашими в над домами поселян. Здесь подчивали нас безденежно пивом из больших чаш. Оттуда ехали мы верхом, некормя до Черкизова, где обедали и вместе ужинали. Это деревня расположенная вокруг большаго пруда, где посольство по требованию приставов, остановилось впредь до получения дальнейшаго разрешения. Одна сторона сей деревни назад тому несколько лет сгорела, при чем находившийся там в то время Комиссар Кох, а особливо дворецкой его потерпели большой убыток в своем имуществе. Нам говорили, что от сей деревни до Москвы 30 старых верст; но по верстовым стол-


 

330

 

бам выходит только 12 новых. Пристав отправить отсюда одного стрельца в Московскую Канцелярию, с письменным донесением о нашем прибытии. Письма печатаются посредством протягиваемой сквозь конец письма узской бумажной полосы, к обеим концам коей приставляется восковая печать, а поверх пишется надпись; в письмах к низшим, печать ставится выше надписи. Дабы не могла быть попорчена, обкладывают оную бумажным кольцем. 6-го числа в пятницу ожидали мы возвращения посланнаго в Москву стрельца, и были посещаемы некоторыми нашими друзьями из Немецкой слободы, с пивом и медом. Ночью прибыл стрелец с приказанием идти вперед и с объявлением что в третьем часу будет все готово для нашей встречи. В следствие того 7-го числа, в субботу на разсвете мы отправились и доехав до деревни----    где построен деревянный дворец Боярина Князя Михаила Черкасского, оделись в нарядное платье и с Божиею помощию поехали далее. Здесь обыкновенно встречают боль-


 

331

 

ших  Посланников,  ибо отсюда дорога   до города просторна, весела и ровна подобно полу.   В  продолжении   нашего  шествия часто приезжали   несколько   одетых   в   красные кафтаны стрельцов к провожающему   нас старому приставу,  дабы   наведываться  об успехе в приближении нашем. Наконец прибыли  мы  в предместье   где находится ямщичья слобода, и застали  там   пятьдесят человек в красныя кафтаны   из бумажной материи   одетых   конных  стрельцов, поставленных по обе стороны дороги. С правой стороны стояли 12 лошадей рыжечалых и  рыжих,    назначенных   для   придворных дворян, долженствующих  сопровождать вшествие   в  город   Господина  Посланника, для коего заготовлен   был особо  большой белый конь. Первыя имели, седла обитыя позолоченным серебром, богатыя шитыя попоны и шелковыя с серебром уздечки. Назначенный  для Посланника конь,  не смотря  на необыкновенную его величину и толстыя косматыя ноги шел очень тихо; он был покрыт попоною с густым серебренным и


 

332

 

золотым шитьем. На переди ехал верхом один очень толстый Канцелярист одетый в кафтан из алой со цветами тафты, потом Царский стольник и Подполковник Гвардии. Они вместе сошли с лошадей, и подошед к нам, Канцелярист прочитал по бумаге весь Царский титул и изъявление к нам благоволения. По окончании сего, Подполковник подав Посланнику руку рекомендовал ему себя в качестве определеннаго к нему Пристава и предложил ему равно как и нам вышеозначенных лошадей, на коих мы и сели, а прежних наших лошадей уступили служителям нашим, до сего места на телегах ехавшим. Потом начался торжественный въезд, следующим порядком: На переди ехали стрельцы по обе стороны улицы, оставляя свободною всю ширину оной, за ними шли пешком 4 из служителей наших, потом: 1-й с правой стороны Господин Посланник , 2-й Подполковник в качестве новаго Пристава, 3. Канцелярист (который однако вскоре удалился), 4. Старый Пристав, который заключал


 

333

 

левый  ряд.   За ними чиновники Посольства имея каждый  при себя одного стрельца, потом наши служители и в заключение екипажи. Таким порядком  провели  нас из ямщицкой Слободы чрез Тверския ворота на старое посольское подворье (новый посольский двор, где ныне жительствует Датский Резидент, находится  в Китай  городе). Здесь  конные стрельцы построились в круг и  простояли   пока   Посланник  и свита  его сошли с лошадей; новый Пристав проводил нас в обитую  алым   сукном камору ,  после чего он  и  все  провожавшие нас   Pyccкие ушли. Потом замкнули ворота и как в сей так и    в   следующий   день   приставленный   к оным стрелецкий караул  не выпускал никого из нас, равно  как и к нам  никто допущен  не был. На третий однако день, по приказанию Подполковника, ворота отперли   и дозволили   нам перед  оными стоять и оглядываться; но выходить и прогуливаться не дозволяли до торжественной аудиенции , которая несколько замедлилась по причине отсутствия Боярина Князя Василия Васильевича Го-


 

334

 

лицына, заведывающаго делами иностранных посольств. По случаю предстоящаго праздника, в сей вечер и в продолжении целой ночи был безпрестанный почти колокольный звон по всему городу.

8-го числа в Воскресенье был праздник Казанския Божия Матери. Большой колокол слышен был также во всю ночь пред...

10-го Июля (Вторник); в сей день бывает праздник в честь положения ризы Девы Марии, хранящейся в одной из церквей замка. Также объявлено нам Приставом, что Князь Василий Василъевич Голицын, главный военачальник и публичных Государственных дел правитель (при аудиенции называли его Сберегателем большой печати) возвратясь из деревень своих, велел нам быть готовыми, дабы завтра в пятом часу предстать к руке Его Императорскаго Величества. В среду 11-го числа в 8-м часу (по их счету 8-ой час после восхождения солнца, что будет у нас 12-ть часов) Пристав с своею свитою повел нас во дворец. Конных провожатых в сей день было менее, неже-


 

335

 

ли в первый раз; но со включением идущих возле наших лошадей, и едущих взад и вперед между нами и Царским дворцом всех находилось в семь шествии до пятидесяти человек. Непосредственно пред Господином Посланником шли: Господин Клингстерн, несущий с подъятыми руками Королевскую верующую Грамату, и я, неся таким же образом письмо Царицы Грузинской. По всей дворцовой площади от больших ворот где находятся боевые часы, до Императорской аудиенц залы поставлены были с обеих сторон стрельцы. Оружие их состояло из ружья, коим отдавали они честь, бердыша имеющаго вид полулуния, воткнутаго пред каждым в землю, и сабли к боку привешенной. Кафтаны их были довольно нарядны, у однаго полка из светло зеленаго, а у другаго из темно зеленаго сукна , застегнутые по Русскому обычаю на груди золотыми снурками длинною в одну четверть. Сначала стрельцы поставлены были только в один ряд, но по мере приближения нашего ко дворцу ряды прибавлялась; у самаго двор-


 

336

 

ца стоял целый отряд, состоящей из двух полков, по две тысячи человек, (есть также полки в четыре тысячи человек). Знамена их, коих нащитал я только шестнадцать, величиною более наших; почему знаменоносец на боку имеет привешенный кошель (на подобие как у Польских гусар) в который ставит древко знамени когда марширует. Между прочим видел я три знамя белых с четырьмя черными звездочками и широкою белою, черною и красною полосою; в средине написано изображение Архангела Михаила. Прочие знамена украшены были предметами из священной Истории, изображением желтаго или краснаго льва и проч. По обеим сторонам дворцовой площади находится девять церквей, которыя с лежащею на правой стороне церковью Ивана Великого, составляют, открытую четвероугольную площадь, на которую въехали мы с левой стороны возле самой Ратуши. Здесь мы сошли с лошадей, и отдав шпаги наши служителю, взошли вверх по лестнице в пышное здание, украшенное златыми башня-


 

337

 

ми; потом, чрез открытую каменную галлерею, в одну большую залу, а из оной в приемную палату, обложенную Турецкими коврами, где предстали пред ясныя очи обеих Царских Величеств. 8) Оба Их Величества сидели не по средине, а несколько к правой стороне залы, близ средняго столба , на двухъ серебренных Епископских креслах, поставленных на возвышенном в несколько ступени рундуке, который так как и вся сия часть залы обложен был красным сукном. Над каждым креслом повешена была икона. Их Величества, сверх обыкновенных своих кафтанов имели мантии из золотой и серебренной парчи со цветами, несколько похожия на священническая ризы, вместо скипетров они держали в руках длинные золотые жезлы имеюшие вид Епископскаго посоха ; сии жезлы, равно как и шапки и застежки мантии на груди богато украшены зелеными и другими драгоценными камнями. Старший сидел почти неподвижно с потупленными, совсем почти закрытыми глазами 9), отпущенною низско шапкою; млад-


 

338

 

ший на против того взирал на всех с открытым  прелестным   лицем,  коем   при обращении   к  нему речи безпрестанно играла кровь юношества; дивная  его красота пленяла   всех  предстоящих,   так, что  еслиб это была простого состояния девица, а не Царская особа, то без сомнения все бы должны влюбиться  в него. Первому было тогда 17 а второму 16 лет от роду. Возле старшаго стоял его наставник Боярииъ Родо -------

Матве--- Трезнов, а возле младшаго ------, которые их безпрестанно поправляли так что даже досадно было смотреть. За ними с обеих сторон стояли по два молодых Князя (Рынды) с накрытыми головами, держа в руках на плечах своих, большие посеребренные мечи, как бы готовые для поражения подходящих к руке. Кроме их по сторонам стояло еще много Бояр и Княжеских сыновей, особенно с правой стороны (относительно нас, а относительно Царей с левой). В переди стояли Канцлер Посольскаго приказа и Князь Василий Васильсвич Голицын, который именем Царей управлял


 

339

 

аудиенциею. В недальном разстоянии от Царей, по правую и левую сторонам до половины залы двадцать три Сенатора в великолепнейшей одежде. На правой стороне от нас стоял Царский переводчик Ченскогурский, который, быв у нас накануне взял наши предложеня для перевода оных. Господин Посланник поклонясь Их Величествам, произнес на Немецком языке речь, которую переводчик немедленно повторил по Русски; потом дозволено было   подать Королевския   Грамоты, причем старший Царь протянув внезапно и преждевременно   руку   свою   (для   целования), привел нас в немалое замешательство. После того оба Царя встали, и приподняв несколько   шапки  свои,   спросили о здравии Его Королевскаго Величества. При   сем   молодой наставник старшаго Царя поднял его руку и так сказать взял оною шапку его. Младший  же Царь   по живости  своей   поспешил встать  и   сделать   вопрос,   так  что его старый наставник  принужден   был   удержать его, дабы дать старшему брату время встать и вместе с ним   вопросить. После


 

340

 

вопроса о здравии нашего Государя наведывались также о нашем здоровье. Потом были мы допущены к руке, которую держали они вдоль по колену, так что весьма затруднительно было коснуться ея не упираясь на ступени. За сим Канцлер держа в руках бумагу, прочитал с разстановкою (дабы дать время переводчику повторять читаемое им, по Немецки) »что к Их Царским Величествам от Его Величества Короля Шведскаго отряжен Посланник Лудвиг Фабрициус с двумя верующими Грамотами; что их Царския Величества приняли его поклон и выслушав донесение его, приказали cиe последнее перевести, дабы учинить ответ Его Величеству Королю.« По прочтении сей бумаги спросили Посланника не имеет ли еще о чем нибудь донести, на что он отвечал что желает о том объясняться при испрошенной им частной конференции. В заключение Князь Голицын объявил нам, что мы в сей день будем угощаемы от Царскаго стола, но по причине поста cие было выполнено только на следующий день.


 

341

 

Когда мы подходили к руке, то стоящие возле нас придворные держали нас под руки; я не знаю делалось-ли это в почесть нам, или из осторожности для Царских особ, но только провожатые наши так крепко нас держали, что казалось будто завидуют нам в чести сего поцелуя.

12-го Июля в 1-м часу мы с Господином Клингстерном отправлены были к Князю Голицыну, для отблагодарения его за благосклонную присылку к нам Канцеляриста и вообще за содействия его к скорому допущению на аудиенцию, при чем поднесли ему в подарок 12 свежих лимонов. Мы застали там несколько Канцлеров и Генералов, которые ожидали допущения к Князю; но когда только сей последний нечаянно чрез двери нас увидел, то немедленно к нам вышел прежде нежели явился наш переводчик; тут однако вскоре явился другой называемый Спатариус, который объяснялся на Латинском языке, почему и приветствие наше учинено на оном. Это самый тот Спатариус, который во времени Гу-


 

342

 

лемона (Илулемона?) был отправлен в Китай 10). Князь был весьма ласков, подавал нам два раза руку и извинялся в том, что вчера невоспоследовало  Царское  нам угощение, которое принесено было к нам сегодня в полдень в следующем порядке: напереди шли восемь человек Царских  надзирателей кухни и погреба, а за ними двое несущие водку; потом несли   в двенадцати   больших открытых блюдах кушанье,  а в заключение восемь   больших  кувшина  и   два меньших; в первых было,  в двух  пиво,  в двух красный   и в двух  белый мед, в одном Французское а в другом Гишпанское вино; из последних же кувшинов  один был с белым, а другой с красным медом. На краях серебренных блюд были вырезаны   Славянския буквы, а на дне вес : 3 Фунта 5о лотов. Блюда   все были   так  грязны,  как будто никогда нечищены; их только ополаскивают водою, ибо найдено,  что от частаго чищения убывал вес  серебра.   В числе  кушаний были две похлебки с крошенною говядиною; одну  совершенно  нельзя было есть,   другая


 

343

 

была довольно вкусна и сладковата, но самый мягкий в оной кусок говядины походил на......и был жестк как старая кожа. Жаренное, изготовленное без масла и приправы, было так сухо, что никто есть онаго не мог. Прочия все почти блюда состояли из пирожнаго, начиненнаго творогом, печенкою, курицами, крошенною говядиною и т. п. но все было очень сухо и без масла; тесто же хотя и сделано на масле, но так скудно, как будто занято оное у мужика на крестинах. Принесшим нам сей обед подарено четыре рубли.

В субботу  14 го числа повели нас обыкновенным порядком на конферснию, по левую сторону дворцовой площади , перед приемною Палатою, над которою ныне производится строение. Переводчик опоздал пришестсвием, почему приглашен Полковник Минезиус Скат (бывший прежде в Посольстве Российскаго Царя при Папе Римском) который находясь при конференции, исправлял должность переводчика; ибо хотя Господин Посланник довольно сведущ


 

344

 

в Русском языке, но не  менее  того предпочел трактовать о делах своего Государя на   Немецком; по  окончании же  оных, о своих собственных объяснялся сам по Русски. Между тем расматривал я находящияся в   сем   же  здании    Канцелярския  комнаты; оне все под сводами, с маленькими  окнами и   похожи   на  темницы. На сей   раз тут находились одни лишь Канцеляристы,  которые  сидели  по   два  человека   на   ящиках, стульях, и скамейках, иные выше,  другие ниже ,  без   всякаго порядка;  я даже  видел одного стоявшаго на коленах.  Они все занимались письмом или перебиранием свитков бумаг, которые развивали  и свертывали с такою ловкостию, что казалось со всем незатруднительным   что либо в деле отыскивать.   Сии   свитки   суть  длинные   полосы составленныя  из   листов бумаги вдоль разорваных    и склееных   один    к   другому мучным или иным клеем, на коих пишут с одной только стороны,  а другая остается белая; но дабы нельзя было сделать какого либо подлога вклеиванием иных листов, то


 

345

 

на белой стороне на каждом спое что то написано.

В пятницу 20-го числа был праздник Пророка Илии,: в сей день Царь разрезывает первое яблоко, по каковому случаю был великолепный крестный ход от церкви за ворота, а всю ночь пред тем по всем церквам колокольный звон. С самаго утра уже народ начал собираться; женщины были почти все нарумянены и разряжены в желтыя камчатныя платья. Около девятаго часа прибыло духовенство в богатыхъ ризах, и шествие началось следующим порядком:

Девять человек рабочих   с лопатами   и метлами.

Два священника с хоругвями.

Около пятидесяти весьма неуклюжих молодых парней в церковном одеянии особаго покроя из краснаго бархата с желтыми цветами.

Двадцать церковнослужителей несущие образа в маленьких кивотах, со створными дверцами.

Несколько священников и мальчиков пою-


 

346

 

щих с разстановкою разные стиха на Славянском языке.

Великолепный образ Богоматери украшенный драгоценными жемчугами.

Другой таковой же, на коем на противной стороне изображен Спаситель.

За сим следовал Митрополит, коего с обеих сторон вели под руки, также по бокам у него носили два образа. Пред ним несли его посох, окованный золотом и серебром, и предшествовали два священника несущие каждый блюдо; на одном лежал небольшой толстый крест длиною в 1 ½  четверти, осыпанный алмазами, и еще нечто содержащее вероятно мощи. На другом блюде находилось что-то завернутое в белый флер. Митра сего Первосвященника сделана совсем иначе нежели у наших Епископов, она сделана из чистаго серебра, густо позолочена и имеет вид осьмиугольной шляпы у коей обрезаны края.

За Митрополитом следовали еще три священника с митрами и в таких же ризах из краснаго и желтаго с цветами бархата,


 

347

 

и множество таким же образом одетаго духовенства, всего до 130 человек, a за ними в несметных толпах теснился народ, как идя туда, так по возвращении процессии продолжавшейся около четырех часов. Между толпою народа слышны была там и сям свечные продавцы, которыя нося пред собою привешенный к шее их лоток или столик с тонкими восковыми свечами, кричали : »меняйте на деньги свечи и дарите их Святому Пророку Божиему.« Вечером и до глубокой ночи улицы были покрыты возвращающимся народом; все почти были так пьяны что даже женщины падали по всем сторонам дороги, а сидящее на телегах едва в состоянии были поддерживать головы свои. В заключение всего и нищие, составляющее арриер-гард, до того были пьяны, что слепые с хромыми повсюду шатались.

В четверг 26-го числа меня вместе с Нолкеном отправили к Князю Голицыну, проживающему с другими Боярами и со всем двором при Его Царском Величестве на


 

348

 

воробьевых горах в трех верстах   от Москвы. Таковую   поездку   наэывают   здесь auf der Pajodde. По окончании   препорученнаго мне дела, я был приглашен к Княжескому столу.  Блюда  подаются  одно после  другаго и ставятся на   верхний конец  стола;  когда хозяин и почетные  гости довольно   кушали онаго, то подвигали блюдо далее   к низу, и ставили  другое.  Пока Боярин   кушал  одно блюдо, служители держали прочия в руках, ожидая   повеления   ставить оныя  на   стол. Таким образом начатое в  верхнем  конце стола кушанье доходило постепенно  к нижнему   концу онаго,  где  официянты   и служители   стоя    съедали  остатки.   Все кушанья вместо чесноку   были    крепко   приправлены луком.   Блюда были   все оловянныя,   но похлебки подавали в медных вылуженных- - - - - . Один только хозяин и его сын имели ложки серебренныя, а нам положили деревянныя. Между кушаньями пили пиво и водку , а после обеда мед. Первое блюдо была   невареная баранья голова в уксусе,  коей кожа   для прикасы вырезана была в виде бахрамы ы обло-


 

349

 

жена кругом. В заключение обеда подали дыни и вишни.   Пить никому   не предлагали,  а каждый  пил  сколько   кто хотел   из широких круглых плосковатых серебренных чаш  или ковшей. Сын Боярина во   все продолжение обеда ни слова не говорил, а только  иногда вздыхал, и в полголоса в нос напевал,  от чего отец  унимал  его знаками. Между прислуживающими за столом и по вышесказанному у нижняго конца стоя обедающими,  находился   также   один   обедневший Татарский Князь. Я имел случай  часто видеть таковых Ханов   или Князей, которые   пришед в  упадок, принуждены  были служить у Бояр. Перед обедом, кроме многих других, находился у Князя также Государственный Канцлер, который хотя и сидел при нем, но прощаясь при выходе,   подобно  простому   просителю поклонился  ему в землю руками и ногами, между тем как Князь  невставая с своего  стула отблагодарил ему только словами. Сего утра весь двор был   в    церкви,    где   Митрополит  слу-


 

350

 

жил обедню,  при чем Царские певчие весьма согласно и приятно пели.

В субботу 28-го числа, по случаю большаго праздника было торжественное шествие в Девичий Монастырь где находился двор, а потому младший Царь был в шествии. В прошедшую ночь, со втораго часу после захождения солнца до самой зари, во всех церквах производим был такой колокольной звон, какого еще не слыхала во все время нашего здесь пребывания. В Стрелецкой Слободе видел я на телеге везомаго беднаго мальчика лет около четырнадцати, коего голова была в трое более обыкновеиной, почему и немог он ее поддерживать.

31-ro Июля, будучи послан к Князю Голицыну в загородную его мызу или сад, я видел на площади человека держащаго отсеченную у него по законному приговору руку. Человек сей находился в услужении у священника, и не получая за то следующей платы, покусился украсть у него лошадь, но быв пойман, приведен в приказ, и приговорен к сему наказанию. В предместьи, встре-


 

351

 

тил я похороны. Тело положено было в простой деревянной гроб, каковые в великом множестве продаются готовые во всех местах. Гроб сей поставлен на обыкновенную телегу, за которою на таковой же ехали пять женщин, старавшияся изъявлять притворную печаль свою ужасным воплем и криком; за ними шла толпа соседей или родственников покойницы, которую везли не на кладбище, а просто на поле, где и зарыли, потому что она сама себя лишила жизни, по причине жестокаго с нею обхождения сестры ея.

В среду 31-гo числа. Сегодня наступил новый  четырнацати дневный пост. До восхождения солнца я был опять отправлен в загородный дворец Князя Голицына, который принял меня в своей часовне или молильне во время богослужения. Там находились только он и сын его, да несколько священно служителей, которые, как кажется по произвольному напеву, пели стихи из двух больших славянских книг, пред ними на столе лежавших, а впереди стояла бо-


 

352

 

гато украшенная икона Богоматери, с зажженою толстою восковою свечею. После того нас повезли на четырех Царских лошадях, но впрочем без церемонии, в сопровождении только Пристава, на вторую конференцию во дворец означеннаго Князя Голицына. Зала, в которой нас приняли, была наполнена придворными и просителями; посреди оной стоял стол, у верхняго конца коего посадили Посланника на стул обитый зеленым сукном. Князь сел на стул по левую руку Посланника, а по правую сели Государственный и еще два Канцлера, потом уже велено было и нам сесть. После немногих объяснений чрез переводчика, Посланник , Князь и Канцлеры , встав , отошли в особую комнату для секретных переговоров. Между тем я возпользовался случаем разговаривать с Господином Спатарием о путешествии его чрез Сибирь в Китай, 11) куда он был отправлен покойным Царем в качестве Посланника, по совету Царскаго Советника Князя Артемона. Сей Артемон, в последнем гнусном


 

353

 

мятеже стрельцов убит со многими другими Боярами.

6-го числа был опять праздник, в который Царь разрезал первое яблоко.

Во вторник 14-гo Августа ездили мы, с обыкновенным торжеством, на пяти белых конях для прощания, в посольский приказ, где объявлено нам было, что на обратном пути следует опять сюда заехать для целования рук Царских.

Сегодня я осматривал типографию; оная расположена в трех комнатах, из коих в каждой находятся четыре станка, подобно нашим; но набор идет здесь весьма неуспешно. При каждом станке находится одна только касса (typorum repositorium) состоящая из 64 ящиков, по 8 с каждой стороны; каждый ящик разделен на две части, потому что некоторыя литеры полныя а другия посредине имеют вырезку для постановления ударений. Литеры лежат по порядку как то: а, б, в, и так далее; оне не имеют сигнатуры для познавания верхней части оных, а потому при набирании


 

354

 

надобно разсматривать каждую букву особенно, от чего набор идет чрезвычайно медленно. Касса не наклонена, а стоит перпендикулярно и содержит весьма мало букв. Возле типографии в маленькой комнате отливаются буквы, каждая особенно. Сею работою занимались три человека, двое отливали, a третий очищал буквы. Над типографию находится школа, где в первом отделении или классе было около пятидесяти мальчиков, которые обучались Славянской грамоте; в другом отделении сидело десять больших мальчиков, которые только что читали. Учитель, в изорванном кафтане, не в состоянии был чего либо объяснять. При чтении они хорошо наблюдали ударение, произнося О какъ Ф, В между Б и В, У как И, Ov какъ У) О как Ю; большия заглавныя буквы у них имеют вид иной нежели наши.

В четверг 16-го Августа был опять праздник и первый день мясоеда.

В субботу 18-гo был праздник Св. Флора, покровителя скота и лошадей, почему привели безчисленное множество лошадей к


 

355

 

главному входу церкви сего Святаго у Мясницких ворот, где одетый в красныя ризы священник окроплял их по нескольку раз святою водою.

В  среду   15-го Августа   был   большой праздник Девы Марии в соборной   городской церкви, куда шли оба Царя, в сопровождении многих   Бояр   и   Господ.    Старший   шел впереди,   а за ним   его Министры   в  великом безпорядке,  потом младший.  Их поддерживали   с   обеих   сторон,   и руки   их возложены были на подставленную руку провожатаго.    По   древнему   обычаю   Патртарх после богослужения  пригласил обоих  Царей к себе на обед. Для Царевен   кушанье отнесено было в верхние   палаты ;   на сие употребили    более    ста   человек   стрельцов одетых  в белое платье,  которые в сей день караул содержали.   Роскошь и достоинство  сего обеда  состояли  не ве качестве а только  в   великом  множестве  блюд. Напитки принесены были в трех золотых кувшинах.

В среду   22-го  я  осматривал  остатки


 

356

 

пожара виденнаго нами в прошедшую ночь. Место, опустошенное  сим пожаром,  было вдвое более  города Нарвы;   на оном   стояла не одна тысяча домов и две церкви, которые однако, кроме повреждения крыш, мало от огня  потерпели,   потому  что у всех каменных   зданий имеются железныя ставни длиною в три а шириною в две четверти аршина,  которыя в случае   пожара  для защиты  притворяются.  Сего дня уже   на   одном месте начинали вновь ставить дом, а а по прошествии   двух  дней строились  таковые  в нескольких местах.  Пожар сей сделался  от  того  что один   из   тамошних жителей, по случаю престольнаго праздника близлежащей церкви, угощал своих друзей, при чем от людей его заронен огонь- - - - -В пятницу   24-го,   осматривал другой   пожар, в предыдущую ночь бываший, который начавшись  выше,   мало   по   малу  дошел до того места  где был первый.  Нас  уверяли что погорело  до трех   тысяч   домов;  но кажется   что их  было не более  двух тысяч. Я нащитал в том числе  две церкви


 

357

 

и около десяти каменных домов. Хотя пространство объятое сим пожаром было менее прежняго, но домы здесь построены очень близко один от другаго, потому что хозяева оных были все знатные Бояре, которые по причине близости у дворца, в великом множестве на сем месте селились. Говорят, что тут погибло много людей. Пожар сделался от винокурни. Таким же образом четвертая или по крайней мере шестая часть города за Москвою рекою превращена в пепел; там сгорело более трех сот дворов. На другой день в сем же месте сгорело еще десять домов, но сей пожар случился днем и потому скоро был потушен.

В субботу 25-го были похороны Полковника Стаде, бывшего Маршалом посольства Герцога Голстинскаго при Шахе Персидском. Его провожали все находящиеся здесь перекрещеные немцы из Слободы в церковь, близ которой и похоронили его по Русскому обряду, чему я сам был очевидцем. В поставленной на дворе дома палатке находились


 

358

 

священники,  из коих   трое   были   в полных, а трое в пестрых простых ризах, прочие же в обыкновенных  своих   красноватых  рясах  и  в лаптях. Между тем по принятому общему обычаю на скоро сделали носилки из простых жердей. В 12-м часу по нашему щету, началась процессия; на перед пошли  священники и певчие,  из коих двое несли дымяшияся кадильницы, потом два человека   несли  крышу гроба  покрытую алою тафтою, которая остается в пользу церкви. Двое  из священников с кадильницами  в руках  отступая безпрестанно   на несколько шагов назад и поклонясь, окуривали гроб несомый шестью человеками от времени   до  времени  переменявшимися.   Для означения  траура они имели узскую черную тафтяную   ленту,   повешенную   с  леваго плеча на правый бок.   За гробом следовали ближние покойника, а потом дочь его и другия женщины, как перекрещеныя, так оставшияся при своей вере, все  за гробом следовавшие шли пешком с обнаженными  головами, неся в руках каждый по зажженой восковой


 

359

 

свече. Гроб был открыт, а тело закрыто скатертью. В таковом благоустроенном безпорядке пришли в церковь; которая была хотя и не очень велика, но заключала более 800 икон, из коих половину почти составляли изображения Пресвятыя Девы Марии. Вошед в церковь, поставили гроб пред дверьми алтаря и открыли покойника по грудь; потом прилепили три свечи у изголовья и столько же у ног, на которых по здешнему обычаю надеты были красные башмаки.

Главный священник стал у изголовья, а у ног поставили налой с иконою Благовещения Богоматери обращенной ко гробу. Прочие священники (иные в простых своих рясах) стали по два вместе с обеих сторон гроба. С правой стороны дверей священник положил большую книгу и начал читать из оной несколько глав, между тем как другие священники троекратно повторяли свое пение, a певчие более ста раз воспевали: Господи помилуй! Они также приветствовали покойника, называя его по имени и желая


 

З60

 

ему благополучия. Один из священников с кадилом безпрестанно обходил вокруг, окуривая старшаго священника, равно как и всех предстоящих. Старший священник входил несколько раз в алтарь и становился пред престолом (это каменный стол с стоящею на оном большою иконою Бого-Матери) и потом опять возвращался ко гробу. Наконец священник читавший из книги, по видимому устал и вместо его начал читать другой. 11) --------.

Когда таким образом и сей последний окончил свое дело прочитав все вышесказанныя главы, то один из священников принес свидетельство для покойника и вручил оное старшему священнику, который удостоверясь что оное написано и подписано как следует духовным его отцем, свернул опять бумагу и вложил ее в правую руку покойника. Потом вновь начали, как прежде описано , ходить вокруг гроба, прикладываясь к образу Благовещения который держим был одним священником, а потом все целовали холодныя и бледныя уста


 

361

 

покойника стоявшаго уже три дни во гробе, против обычая Русских, которые обыкновенно хоронят мертвых до истечения 24 часов после смерти. По окончании сего обряда все предстоящие в великом безпорядке пошли на кладбище, куда принесли также и гроб, покрыли опять тело белым шелковым платком и наложив на гроб крышу без гвоздей или закреп, опустили оный на шестах в могилу. Священник держа в руках икону обращенную к покойнику и став наперед у ног, а потом у головы его, дал ему благословение. Старший священник взял лопату и бросил на гроб трикратно земли (что и у нас в Стокгольме делается), тоже самое сделали руками и все провожавшие тело, а потом уже совершенно зарыли могилу. После того пошли опять в церковь и приложась там к иконам, чем кончился весь обряд похоронный, все гости равно как и священники оправились верхом или на телегах в дом покойника для продолжения пирования. При сих похоронах не было обыкновенных нанимаемых для


 

362

 

оплакивания женщин, потому что распорядительница оных , дочь покойника была реформатскаго исповедания. Полковник Стаде принял Грекороссийскую веру назад тому несколько лет на семидесятом году своей жизни, во избежание гнева Царскаго по случаю преступления брата, его, Генерал Maиopa, служившего Полякам ; здесь обычай, что все однофамильные родственники подпавшего под гнев или наказание Царя , должны непременно быть высланны за границу.

В воскресенье 26-го числа мы были у Г-на Пастора Менкена в школе при новой церкви, где исповедывались и приобщались святых таин, что да благословит Господь наш Иисус Христос ! В пятницу 31-ro поехали верхом к Боярину Голицыну и распростились с ним. Там было более ста просителей ожидающих принятия на дворе и в передней.

В субботу 1-го Сентября по случаю наступавшаго у русских новаго года был в присудствии обеих Царей на дворцовой площади молебен, который служил сам Па-


 

363

 

триарх. Будучи приглашены к сему торжеству , мы поехали туда на пяти белых конях в сопровождении двенадцати красных стрельцов, и заняли показанное нам место возле Датскаго Посланника, против Царскаго Места, под большим сводом церкви Св. Архангела Михаила, где погребены тела Царей. В сей день нас угощали от Царскаго стола. Обед состоял из двадцати блюд и одиннадцати сосудов с напитками. Кушанье принесли с большим торжеством; впереди шли восемь кухонных и мундшенкских оффициантов, а за ними длинный ряд стрельцов, несущих каждый отдельно по одному блюду, сосуды же с напитками несли по два человека. Пир наш был составлен следующим образом: 1-е Пять небольших пастетов с крошеною бараниною. 2-е Маленькие пирожки с говядиною. 3-е Хлебенное в виде шариков, на подобие Шведскаго кушанья называемаго Krause Strusen. 4-е Пастет с курицею и печеными яйцами. 5-е Большой пастет с рубленою говядиною. 6-ое Пастет с кури-

.


 

364

 

цею. 7-е Пирог или пастет  с  тертым вонючим сыром. 8-е Круглые блины, сложенные и начиненные творогом. 8-е  Блины новые без малаго длиною в тричетверти локтя а шириною в ладонь, 10-е Жаренный гусь, 11-е Жаренная  утка,   12-е Жаренный  поросенок. 13-е Жаренная курица. 14-e Вареная индейка с рисом и изюмом. 15-е Похлебка молочная с перловою крупою и курицею. 16-e Салат из сырых   огурцов  взрезанных   в кружка и положенных в   виде пирамиды,   под коею находилась разложенная утка. 17-е Поросенок в студени с хреном и уксусом. 18-e Соленые лимоны изрезанные в кружки и сложенные в    виде  пирамиды,   19-e   Фрикассе  из говядины с изюмом. 20-е Большой   круглый каравай. Напитки: 1.   Один   оловянный кувшин в три шведских штофа, с гишпанским вином. 2. Таковой   же в  два  штофа с сладким  Французским вином 3. Таковой же в четыре  штофа   с  смородинным медом. 4.   Таковой  же в четырнадцать штофа   с  малиновым   медом.   5.  Таковой   же в пять штофов с белым сладким медом


 

365

 

6. Таковой же в 3 ½  штофа с смородинным медом. 7. Таковой же с белым сладким медом. 8. Таковой же в 3 ½ штофа с горьким пивом. 9. Таковой, же с кислым пивом. 10. Один штоф анисовой водки. 11. Два штофа - - - - водки. — Принесшим все сие, поднесено было несколько ковшей водки, а на другой день, когда пришли для взятия блюд и посуды, наградили их деньгами и другими подарками. — Некоторые из находящихся при Посольском подворье служителей, потребовали себе часть присланнаго нам пива.

В понедельник 3-го Сентября у Тверских ворот (чрез которые мы имели въезд свой в город) близ шведскаго подворья сделался пожар, но так как это случилось днем, то вскоре потушили огонь и сгорело только десять домов. При прежнем большом пожаре стрелцами убито несколько человек, пойманных в похищении вещей им не принадлежащих, как то наприм. один слуга нашедший драгоценный сосуд и унесший оный.

Во вторник 4-го Сентября был пожар на прачешном дворе, также и в Слободе.


 

366

 

В сей же день отправили ладию нашу за пять верст к новому Спасу, куда и мы поехали на другой день.

В среду 5-го Сентября в девять часов выехали верхом из Слободы в сопровождении друзей наших чрез реку Яузу, мимо пороховых заводов, куда назад тому несколько лет не позволяли никому приближаться. Сим путем проехали мы также мимо Софрониевскаго монастыря, окруженнаго каменными стенами с бойницами, и прибили в Ново-Спасский монастырь, так названный для отличия от Спасскаго, внутри города находящегося (Спас значит изображение Спасителя). Монастырь сей весьма хорошо устроен и обнесен также каменною стеною с бойницами и башнями. Здесь мы сели на свое судно, в отобедав отправились в путь.

 

При сем дневнике находится еще нисколько листов отдельных замечаний под заглавием: »Fragmenta Notiliarum Russiae,« из


 

367

 

коих взяты следующия статьи, относящаяся к пребыванию Кемпфера в Москве.

 

»Кто отважится продавать водку, пиво или табак, тот за первый раз, если он тамошний житель, наказывается батожьем и платит пени пять рублей. Во второй раз наказывается кнутом и платит также пять рублей пени. В третий раз конфискуют все его имение, а сам ссылается в опал или заточение.«

 

»Из Сибири привозят ревень (так называемый по Русски и по Турецки). Посему видно что оный растет в одной только  России; примером сему служить может купец пришедший в Россию с ревенем, который обменял на Китайские товары, от чего вышло, что всего лишился по причине монополии; посланный же Русский переводчик много за него хлопотал 12).«

 

»Черныя   лисицы весьма редки   так как и   гронастей   или горнастай,   т, е.  Белые


 

368

 

гермелины с черными хвостиками, которые почитаются главною прикрасою сего меха и потому не обрезываются, но расположены и нашиты порядком по всему меху. Таковая шуба лучшая стоит от 20 до 30 рублей.«

 

»Название Москва происходит от Мосоха (Mosocso) перваго Князя (Imperatore) Poccиeю назвалась от Великаго Князя Рюрика, пришедшаго из Руссии. Первый Великий Князь в России был племени Августа, ибо и по сие время Цесарями подобно Августу называются; и прежде Ивана Васильевича, о котором говорит Гомий что он первый принял название Царя, уже были Цари. Я прибавлю к сему что в Славянской Библии Давыд назван Царем, т. е. Король; еще прибавлю что и Узбека, Князя Татарскаго, Россияне называют Царем.«

 

Извлечения   сии  оканчиваю  я расказом неимовернаго почти происшествия, не за долго


 

369

 

до прибыппя Кемпфера в Астрахани будто-бы случившегося.

 

»Письменных законов, говорит он на стр. l62, Россияне не имеют, кроме соборнаго уложения, т. е. их каноническаго права; и всякий Воевода, Губернатор, и Apxиepeй решает дела по своему разумению , на пр. За 15 пред сим лет, случилось в Астрахани, что одна замужная женщина, по имени Дунька....., тайно   оставленная   мужем, который, соскуча от любодеяний ея с другими, на купеческом судне отправился в Москву, подпала подозрению в его убийстве; причем найдено ----- и удавленное тело, которое, сколько по трупу заключить  было можно, или походило только на мужа ея, или был точно он. Она допрашивана была пыткою и нещастная не вытерпя мучений призналась в умерщвлении его с помощию своих любовников, почему судом приговорена на зарытие живою в землю, что и исполнено, не смотря ни на беременность ея, ни на отрицание от всего того, что будучи в страшных муках, говорила. Ее по самую шею зарыли в землю,


 

370

 

в каком   положении  среди зимы,   пробыла она три дня, претерпевая холод и голод. На четвертый день отправлялось поминовениe в память Царицы, матери Царя Иoaнна, именем коей высунувшаяся  на поверхность земли голова молила о помиловании, ежели не во уважение к невинности ея, то по  крайней мере во уважение невиннаго  младенца коего должна она родить.  В дни же  тезоименитства, рождения и памяти Царских, легко было выпросить  какую  либо милость, а посему и успела она упросить жену Воеводы за нее вступиться; ходатайством коей будучи  освобождена и родила, а между   тем к   доказательству ея  невинности   явился и муж. Дунька сия как вытерпевшая такую казнь, иыне слывет у простолюдинов под именем схоронки   (окопачка) т. е.  погребенной, и в наше   время была   по неволе монахинею в Монастыре.«


 

371

 

П P И M Е Ч A H И Я.

 

1) О путешесивии Кемпфера упомянуто также на стр. 502 — 505 сочинения: Siegmund Freiherr von Herberstein von Friedr. Adelung.

2) Engelbert Kaempfer's Geschichte und Beschreibung von Japan, aus den Original Handschriften des Verfassers herausgegeben von Christ. Wilh.   Dohm. Lemgo 1774.  4-° 2 B-de mit Kupfern und Karten.

3) Великий Галлер  в своей   ботанической библиотеке   Ч. II стр. 23. говорит об нем: »Nulli peregrinatorum secundus. Immensam pulcherrimarum adnota tionum vim in eo itinere collegit, ipse delineandi peritus, ad   omnem  laborem impiger,  neque sibi parcens quoties veri detegendi spes erat.«

4) Подробное заглавие сего любопытнаго сочинения, следующее: Amoenitatam exoticarum Politico-Physico-Medicarum, Fasciculi V, quibus continentur variae relationes, observationes et descriptiones rerum Persicarum et ulterioris Asiae,   multa attentione in peregrinationibus per universum orientem    collectae    ab autore   Engelberto Kaempfero, D. Lemgoviae  1711 4. 912. стр.

5) К крайнему сожалению  моему, я тогда не заметил  упомянутой в том же списке на стр. L. No 3 другой без сомнения столько же любопытной для нас рукописи Кемпфера под заглавием: Res Moscoviticae.  Желательно чтобы cиe известие о том подало повод к отысканию того сочинения и сообщению онаго публике.

6) Таковыя   места  находятся и в  следующих листах,   где оныя  означены точками.


 

372

 

7)   Сего  никак   нельзя было   показать  в Русском   переводе ;   но   трудившийся    над оным держался сколько возможно ближе  собственных  слов   подлинника.    То  же  самое соблюдено им  и при  переводе  предыдущего сочинения о Мейерберге, где не позволял он себе никаких отступлений от подлинника, кроме пропущения некоторых только замечаний, исключительно  для   иностранных читателей прибавленных.

8)   "Unter   beider   Majestäten   klare   Augen.« — Иоанн   и Петр   Алексеевичи.

9) Известно что Царь Иоанн Алексеевич страдал глазами.

10) Николай Гаврилович Спафарий был Царским Посланником в Китае 1675 года.

11) Здесь несколько строк совершенно изтерты.

12) Смысл сей статьи не совсем понятен, почему помещается оная здесь в подлиннике , для показания вместе а обращика странной смеси Немецкаго и Латинскаго языков, встречающейся как сказано выше, по всему сочинению: »Ex Sibiria kompt Rhabarbег, Reven Russice et Turcice, unde certum, quod non alibi crescat nisi in Russia, exemplo potest esse mercator, qui veniens in Russiam cum Rhabarbaro, quod er mit chinesischen Waaren vertausehet, ex qua venerat, alles verlohren, ob monopolium legatus Russicus interpres multa pro eo interpretatus.«