Исторические рассказы и анекдоты, записанные со слов именитых людей П. Ф. Карабановым // Русская старина, 1872. – Т. 5. - № 1. – С. 129-147.

 

 

Исторические разсказы и анекдоты, записанные со слов именитых людей П. Ф. Карабановым.

VII*). Царствование Екатерины II.

 

39.

Когда Екатерина, быв избранной невестой великому князю Петру Федоровичу, ехала в Poccию, для встречи ея от двора был послан в Ригу генерал-маиор Юрий Юрьевич фон-Броун, впоследствии там находившийся генерал-губернатором. Принцесса, по прибытии в город, от усталости скоро прошла в назначенныя для нея комнаты, не удостоя внимания присланнаго генерала, которому, по возвышенным его чувствам, показалось cиe оскорбительным; вскоре выслала она пригласить его в 6 часов утра для свидания. В назначенное время Броун является к принцессе, которая обласкав его, продолжала, что рожденная в малом немецком княжестве, судьбою назначена жить и умереть в великой империи; встретясь на границе с первым российским чиновником, со всею откровенностью просит (подавая перо и бумагу) безпристрастно описать ей: умы, характеры, достоинства, пороки и связи всех известных особ, составляющих двор императрицы Елизаветы, обещая хранить в тайне; что сим средством может приобресть ея доверенность и дружбу, а ложным показанием презрение. Cиe предложение исполнено в точности. Принцесса по приезде в Петербург всех удивила внимательным обхождением и вскоре успела привлечь к себе всеобщую любовь. Броун действительно был ея другом, имел

*) См. «Русскую Старину, изд. 1871 г, т. IV, сир. 583-587; 685-696

 

 

130

позволение не спрашиваясь приезжать в Петербург и во всякое время ходить к ней по малой лестнице; говорил правду и наводил страх на ея фаворитов, не исключая самого князя Потемкина.

(Сей анекдот передан покойным князем Михаилом Никитичем Волконским, московским градоначальником, изустно слышавшим от помянутаго графа Броуна).

 

40.

Когда составлялся заговор в пользу Екатерины II, многие опасались фельдмаршала графа Кириллы Григорьевича Разумовскаго, полагая его с противной стороны; наконец недоумение разрешилось следующим образом: после обеда, когда граф по привычке лег отдохнуть, докладывают ему что Григорий Григорьевич Орлов, производитель известнаго заговора, просит у него скорой аудиенции. Граф, переворотясь на другую сторону, отвечал: „не говорить, а действовать должно".

 

41.

В 1762 г. Екатерина, по принятии присяги,   решилась-было с гвардиею и прочими полками идти против Петра III. Все преданные единогласно представили, что жизнь ея подвергнется великой опасности. Тогда призвав Михаила Львовича Измайлова (1799 г.) присланнаго с поручениями, сказала: „Вы видите, что не только войско, но и народ возстал против императора; как друг возьмитесь склонить его к миру". Измаилов просил, что-б утвердили за ним село „Дедново" (знаменитая волость на Оке близ Коломны) ибо-де император обещал пожаловать  при коронации.   Измайлов поехал в Ораниенбаум и кончил  по желанию Екатерины, которая сверх назначеннаго  великаго имения, наградила еще орденом св. Александра Невскаго (28 июня 1762 г.), в последствии чином генерал лейтенанта, но политически отдаляла от себя — на вопрос для чего? сказано:   „изменя другу, верен быть не может....    не Миних, того не купишь!"...

(Изустное предание).

 

42.

В 1762 года, когда Екатерина на лошади проезжала, гвардейские полки, для принятия присяги, княгиня Екатерина Романовна Дашкова следовала за нею; в cиe время привезена была Андреевская лента, которую императрица возлагая на себя, сняла бывшую на ней Екатерининскую и передала сию последнюю Дашковой, а потом оглянувшись, увидела оную на плече княгини и разсмеявшись сказала:

 

 

131

"Поздравляю". — И я вас поздравляю, ответствовано смелой женщиной.

(Изустно от ея дочери Анастасии Михайловны Щербининой).

 

43.

При восшествии своем на престол Екатерина II дала подписку в том, что ей царствовать до 20-ти летняго возраста наследника цесаревича, которая вскоре потребована обратно чрез министра графа Панина. Когда слух о сем разнесся, то некоторые из участвовавших в заговоре против Петра III,— как-то: Федор Александрович Хитров, Николай Иванович Рославлев, Михаил Ефимович Ласунский и другие,— возроптали. Хитров, по неосторожности, сказал Надежде Андреевне Паниной, жене Василия Андреевича, которая по близости с Орловыми в миг сообщила графу Алексею Григорьевичу. В следующую ночь Хитрова с прочими участниками берут с постели к допросу, и в скором времени развозят под присмотр в собственныя их деревни. Впоследствии они освобождены, но Хитров не воспользовался, будучи уже в могиле. За сей донос дочь Паниной взята ко двору и войдя в совершенныя лета, пожалована во фрейлины.

 

44.

В скорости по восшествии Екатерины II на престол, в пирушке за бутылками, граф Захар Григорьевич Чернышев назвал камергера, что после был действ. тайн. советником, Петра Ивановича Вырубова— Зарубиным. Тот обиделся, а граф сказал: „Ну, есть-ли о чем хлопотать, что Зарубин, что Вырубов, все из одного и того же дерева".

 

45.

В первую Турецкую войну (1770 г.) от графа Румянцева предписано было князю Репнину с корпусом его идти на помощь к Вейсману, но князь не успел подкрепить сего генерала, который разбит Турками и пал на поле сражение. Фельдмаршал в первом жару написал Репнину: "Прибавляйте силы вашему ползущему корпусу.... если вы это сделали при Минихе, вас повесили бы! Не подумайте, что  я не могу сделать подобнаго... мое великодушие вас прощает".

 

 

46.

Александр Гаврилович Замятнин, любимец Румянцова, острый и забавный, во время Турецкой войны, за обедом у фельдмаршала

 

 

132

бился об заклад с товарищами своими, что назовет его плутом.... Вскоре Румянцев, посмотря на него, спросил: „отчего такая задумчивость?"—Давно тревожит меня мысль, отвечал Замятнин, что в человеческом роде две противоположныя крайности: или дурак или плут.— „К какому же классу людей, мой батюшка, меня причисляешь?" разсмеявшись продолжал Румянцов.—Конечно, не к первому, отвечал проказник.

 

47.

В 1-ю турецкую войну (1770 г.), во время перемирия граф Румянцов потребовал чиновника по дипломатической части. Назначенный к отправлению, сведав, что Задунайский любит курить из глиняных трубок, из ycepдия расположился поднести целый ящик, но не позаботился уложить их. — Фельдмаршал обрадовался ибо трубок оставалось не много и приказал раскрыть при себе ящик; а когда увидел одни обломки, то разсердился и сказал, указывая на свое сердце: „тут-то много", а потом на голову: „да здесь нет".

 

48.

В 1771 г. вовремя моровой язвы в Москве и последовавшего возмущения, для водворения спокойствия отправлен был из Петербурга императрицын приближенный гр. Григорий Орлов, который презрел все опасности и водворил порядок. — Государыня, по его возвращении, приказала в честь ему выбить медаль с надписью: „таковаго сына Росия имеет". — Орлов не принял самою императрицею вручаемыя для раздачи медали и стоя на коленах сказал: „я не противлюсь, но прикажи переменить надпись, обидную для других сынов отечества".— Выбитыя медали брошены в огонь и появились с поправленною надписью: „таковых сынов Россия имеет".

 

49.

Князь Николай Сергеевич Волконский, еще гвардии офицером, приезжает к главнокомандующему Москвы к князю Михайлу Никитичу Волконскому *), сидевшему уже за обедом и не имея времени извиниться, слышит его голос: „знаете ли пословицу:—„мы  к обедне,—там отпели; мы к обеду,—там отъели; мы в кабак,—только так".

 

50.

В начале 1774 г. с приобретением Белоруссии, предположено было учредить Полоцкую губернию, которая по времени перешла в

*) С 21 ноября 1771 г. по 11 апреля 1780 г. Умер в 1788 г.

 

 

133

Псковскую. Императрица определила в оную губернатором Михаила Никитича Кречетникова *) и вице-губернатором Федора Леонтьевича Карабанова**). Прежнее их знакомство обратилось в дружескую связь, которая много послужила к водворению порядка в крае вновь приобретенном. К несчастию последняго, девица Мавра Сергеевна Давыдова, обоим понравившаяся, произвела между ними холодность, обратившуюся в настоящую ссору. Карабанов, испрося четырех-месячный отпуск, не захотел служить более, и был уволен от сей должности. Императрица знавши причину, воспользовалась ею к испытанию Кречетникова, находившагося в Петербурге по делам службы; государыня в кабинете при графине Брюсовой***), продолжительно разговаривая с ним, слегка коснулась его образа мыслей на счет сослуживца и была довольна его умным и справедливым ответом; оставшись с Брюсовой сказала: „знаешь ли их ссору?.. Кречетников, говоря правду, увеличивает мою доверенность".

(От статс-дамы графини Брюс).

 

51.

Гвардии капитан Петр Михайлович Лунин, на пути из Москвы в Петербург в 1774 г. съехался с князем Лобановым****), родственником графа Петра Ивановича Панина, посланным от него с известием о взятии Пугачева*****). На ночлеге в Новгороде Лобанов открылся о сем Лунину, который заплатя большие прогоны, в ту же ночь наскоро ускакал в Петербурга, и прямо явился к князю Потемкину с уведомлением; а он побежал к императрице (которая была крайне встревожена успехами Пугачева). В ту же минуту Лунину объявлен чин полковника. Чрез короткое время приезжает Лобанов с оффициальными донесениями; тогда

*) Род. 172... f 9 мая 1793 г.

**) Род.1 февраля 1738 г. ум.  бригадиром I9 мая 1813 г.  Женат  на Анастасии Григорьевне Кисловской, р. 17 окт. 1731  г.   ум.  29 окт.  1791  г. Отец собирателя этих разсказов.

***) Гр. Прасковья Александровна Брюс, рожд. граф. Румянцева, сестра фельдмаршала, р. 7 октября 1729 г ум. 22 августа 1786 г.

****) Кн. Александр Иванович Лобанов-Pocтовский род. 1754 ум. 1830 г

*****) Это донесение гр. Панина к импер. Екатерине, от 18 сентября 1774 г., напечатано в «Сбор. Рус. Истор. Общ.» 1871 г. т. VI, стр. 149. Кн. Лобанов догнал, Лунина, посланнаго накануне в донесением, от 17 сентября 1774 г.; смотр. там-же стр. 145 и записки Рунича в «Русск. Старине» т. II стр. 345-346.

 

 

134

Лунин, потребованный к ответу, сказал, что, услышав столь приятное и к спокойствию императрицы служащее известие, не мог воздержаться, чтобы не сообщить онаго. Государыня узнала и сказала: „что сделано, того не поворотишь".

 

52.

По изданному в 1775 г. учреждению о губерниях, в 1776 г. определенным был генерал-губернатором Яковом Ефимовичем Сиверсом открыта  Новгородская губерния. Избранный губернский предводитель дворянства генерал-поручик Димитрий Михайлович Будкевич  с прочими особами отправлены в Петербург для донесения императрице.  Депутация представлена была 27-го декабря месяца и губернский предводитель затруднился в продолжении; говоренной им речи.  Екатерина, желая вывести его из смущения, подала руку, а Будкевич отвечал: „государыня я договорю." Генерал-адъютант  Пассек засмеялся  и мгновенно почувствовал в  движении  лица неудовольствие императрицы,  которая пройдя  за кавалергардов  с гневом  сказала  ему:   „никогда  не  воображала, чтоб  вы могли  иметь  столь дурное сердце:   что подданный пред государем ошибся, это, сударь, достойно слез".

(От обер-гофмаршала князя Федора Сергеевича Барятинскаго).

 

53.

В январе  месяце 1775 года  весь двор  прибыл  в Москву, по случаю предполагаемаго мирнаго торжества  с Турками.  В самое короткое .время  в прошедшем году выстроено  было огромное из брусьев деревянное здание,  соединяющее дом  князя  Голицына (что ныне кн. Сергея Михайловича)  со многими другими. Кабинет императрицы  помещен возле парадных комнат на большую улицу и по вышине был очень холоден. Не смотря на сие она всегда очень продолжительно занималась делами; однажды заметила, что секретари ея Григорий Николаевич Теплов и Сергей Матвеевич Кузъмин*) очень прозябли, для сего приказала подать им кофию. какой всегда сама употребляла. (Екатерина чай употребляла только в болезненном состоянии, а кофий ей подавали самый крепкий, называемый  мокка;   его ровно фунт варили в вызолоченном кофейнике,   из котораго  выливалось  только две чашки, чрезмерная  крепость  умерялась  большим  количеством сливок). Когда помянутые секретари по чашке онаго выпили,   то от непри-

*) Тайн. сов. 13 марта 1777 г., кав. св. Александра Невскаго.

 

 

135

вычки почувствовали сильный жар, биение сердца и дрожание в руках и ногах, отчего приведены были в робость; а императрица расхохотавшись сказала: „теперь знаю средство согревать вас от стужи".

(От действительнаго тайнаго советника Ив. Ив. Козлова).

 

54.

Екатерина  за большим обедом,   разговаривая с послами,   с горячностию поддерживала мнение несвойственное ея разуму. В некотором отдалении Григорий Николаевич Теплов*) сказал, что сожалеть надо  о сем  разговоре  предосудительном  ея  уму и сердцу.  Государыня, имея тонкий слух, поняла разговор, и обратясь  к Теплову, спросила  о чем  он говорит?   Теплов, к удивлению всех, отвечал ей сущую правду. Императрица замолчала, но приметны были на лице пятна и в губах движение. После кофию, по обыкновению подойдя к дверям, откланялась  и ушла во внутренния комнаты. Теплов, окруженный толпою царедворцев сказал, что, зная нрав государыни должен был говорить истину, а в противном случае, невозвратно бы лишился хорошаго о себе мнения. Вскоре приходит за ним камердинер Попов и все придворные с нетерпением ждут развязки.  После продолжительной конференции Теплов возвращается с богатой табакеркой осыпанной крупными бриллиантами;   он получил  ее из рук Екатерины при следующем  приветствии:   „вот  знак признательности  за данный урок,   но прошу быть снисходительнее в большом обществе;  открывайте табакерку  мне  в осторожность,  когда заметите ошибки в моих суждениях".

(От князя Барятинскаго).

 

55.

В царствование Елизаветы Петровны между придворными служителями был обычай, что ежели они в первый раз входили к ней в комнату, то поставя принесенное, молились Богу, низко кланялись и подходили к монаршей ручки, а потом выполняли свою должность; сей обычай продолжался при Екатерине и уже между новыми служителями неприметно изменился. Старый и заслуженный мундшенк, Осип Петрович, котораго Екатерина всегда отличала, уволив от дежурства кроме некоторых торжественных дней. Сей мундшенк, при фаворите Завадовском**) войдя с кофием, по

*) Род. 1719 г. ум. 30 марта 1779 г., статс-секретарь.

**) Род. 1738 г.,  ум. 10 января 1812 г. В случае с   ноября   1777  г. по 8 июня 1778 г.

 

 

136

обыкновению заставил императрицу, с примерным терпением, смотреть на его продолжительныя движения. Завадовский удивляется ея снисхождению, а Екатерина отвечает: „безразсудно огорчать тех, которые верно и усердно служат; всякий обычай от долговременной привычки становится необходимым".

(От действительнаго тайнаго советника, сенатора, бывшаго генерал-рекетмейстера Ив. Ив. Козлова).

 

56.

Иван Николаевич Корсаков (1778г.), войдя в силу при Екатерине, пленил ее своим приятным голосом. Государыня увидела князя Орлова и сказала ему, что не могла довольно наслышаться, а тот отвечал:

„Эти соловьи недолго поют,—только до Петрова дни".

 

57.

1779 года, когда императрица конфирмовала полезное предприятиe снабдить Москву водою из так называемаго „Громоваго источника" при селе „Больших Мытищах" по Троицкой дороге—устройство и главное смотрение за работами водопровода препоручила генерал-инженеру Федору Вильямовичу Бауру, человеку честному и искусному по сей части и дозволила ему свободный доступ для личнаго объяснения.

 

58.

Главнокомандующий в Москве, князь Василий Михайлович Долгоруков-Крымский *) получа имянной указ о доставлении князю Кантемиру**)  20 т. суммы, приказывает исполнение магистратскому судье, статскому советнику Терентию Ивановичу Черкасову, который возвратясь доложил, что светлейший наградил его сотнею рублей. Долгоруков с видом презрения сказал ему: „Терентий обирай денежки", и обратясь к правителю канцелярии довершил: „Попов не зови его ко мне обедать".

(Василий Степанович Попов, умерший действ. тайн. советн.).

 

59.

Екатерина в 1780 году путешествуя чрез Белоруссию для свидания с римским императором Иосифом II, известилась, что он уже в Могилеве и ожидает ся прибытия. Первое свидание двух

*) С 11-го  апреля 1780 г. iio свою кончину 30 января 1782 г. **) Кн. Дмитрий Констант. Кантемир р. 1749 г., ум. 1820 г., внук молдавскаго господаря прибывшаго при Петре Великом в Россию.

 

 

137

столь славных монархов было весьма любопытное. В продолжение вечера знатнейшие вельможи, свиту императрицы составлявшее, под предлогом усталости, разошлись по своим комнатам. Когда доложили о вечернем столе, Екатерина сказала, что не ужинает; — так позвольте мне остаться с вашим величеством", отвечал Иосиф. На вопрос: кто всех старее за ужином?—докладывают о Василье Ивановиче Левашеве и князе Николае Сергеевиче Волконском; приказано сказать им, чтоб не спешили. Тут-то великая Екатерина умом своим обворожила Иосифа, который безпрекословно принял все ея политическия предложения. По сигналу встают из за ужина; государыня, по обыкновению приветствуя каждаго разговором, подошла к Левашову с Волконским и вполголоса по французски сказала: „Он в моем рукаве" (по русски— кармане).

(Изустно от князя Волконскаго).

 

60.

Когда германский император Иосиф II приехал в Петербург, императрица Екатерина II, представляя ему вельмож, составлявших ея общество, о графе Александре Сергеевиче Строганове сказала: „Он так богат, что не может придумать средства промотаться".

 

61.

Генерал-маиорша Марья Дмитриевна Кожина, рожденная Философова, по жительству в Псковской губернии имела короткое знакомство с недостаточным домом Ланских. Обстоятельства переменяются: сын *) попал в случай при дворе, а три дочери пожалованы во фрейлины. Кожина, быв в Петербурге обласкана последними, часто у них бывала во дворце. Ланския сказали ей, что брат их заказал прекрасную дорожную карету сделать, а Кожина по нескромности открылась в городской молве, что Петр Яковлевич Мордвинов **) попадат при дворе в силу. Гвардии Преображенскаго полка маиор Федор Матвевич Толстой (любимой чтец Екатерины во время ея отдыха, и котораго жена***) получила в подарок богатыя бриллиантовыя серги)

*) Александра Дмитиевич род. 1758 г.,  ум. 25  июня  1781  г.,  был в силе с 1780 г. по кончину.

**) Служил в конной гвардии, 29 июня 1778 г. из вахм. произведен в корнеты; 1787 -в ротмистры; 7-го января 1704 г. переведен в армию полковником.

*** ) Наталья Федоровна рожд  Лопухина.

 

 

138

из зависти к князю Потемкину рекомендовавшему Ланскаго, заплатившаго ему неблагодарностью, действительно искал, с помощию других, выдвинуть Мордвинова. Ланские передают брату, а тот императрице. Научают гвардии офицеров Александра Александровича Арсеньева *) и Александра Петровича Ермолова**) жаловаться на Толстаго в дурном его поведении; хотя Екатерина сие знала, но к нему всегда благоволила, а тут из расположения к Ланскому переменилась. Толстой впадает в немилость. Мордвинов из гвардии увольняется***), а Кожина подвергается гневу. Екатерина приказывает начальнику тайной канцелярии Шишковскому за невоздержность наказать Кожину, примолвя: „она всякое воскресенье бывает в публичном маскараде, поезжайте сами, взяв ее оттуда в тайную экспедицию, слегка телесно накажите и обратно туда же доставьте со всею благопристойностью" ****).

 

62.

К московскому главнокомандующему, князю Долгорукову-Крымскому (f 1782 г.) в викториальный день на обед приглашен был только-что приехавший, служащий генерал-поручик, Каульбарс*****) и опоздал. За столом началось движение стульев, чтоб поместить его, а князь с неудовольствием громко сказал: „не безпокойтесь! разве неизвестна русская пословица, что немец (везде) место сыщет".

 

63.

В 1782 г. Екатерина в эрмитаже за игрою на биллиарде а 1а guerre, получила известие о смерти московскаго главнокомандующаго князя Долгорукаго-Крымскаго; в слезах отдавая маз свой князю Барятинскому, сказала: „Потеря невозвратимая!... Кто

*) Род. 1756 г. ум. ноября 1784 г,  впоследствии сенатор.

**) Род. 1754 г. ум. 1836 г. был в силе при дворе после Ланскаго с 1785 г. по июнь 1786 г.

***) Неверно: оставался в конной гвардии до 1-го января 1794 г.

****) Шишковский, Степан Иванович, род. 21 декабря 1719 г. ум. 12 мая 1794 г., Жена Алена Петровна N. N., ум. 7 авг. 1805 г. Единственная дочь Шишковскаго, Mapия Степановна была за тайн. сов. сенатором Петром Митусовым, отцем сенатора же действ. тайн. сов. Григория Петровича Митусова, умерш. в июне 1871 г., 84-х лет от роду;—оставил наследство, состоящее в 300,000 руб. капиталу, трех домах въ Спб. и загородной дачи, все эго наследовал он исключительно от матери своей; - имение его перешло к детям роднаго его брата. О Шишковском см. в «Русск. Старине» 1870 г., т. II, заметку П. А. Ефремова, стр. 637-639.

*****) Карл Иванович Каульбарс пожалован в генерал-поручики только 22 сентября 1786 г.

 

 

139

будет объявлять сыну?... Поберегите его". Распечатав пакет, удалилась и в тот вечер не выходила.

(От кн. Федора Сергеевича Барятинскаго).

 

64.

1783 г. когда Екатерина получила от графа Орлова-Чесменскаго уведомление о смерти его брата князя Орлова, собственноручно написала ему следующее: „я имела в нем друга; вместе с вами оплакиваю его; чувствую в полной мере цену потери и никогда не позабуду его благодеяний".

(От князя Федора Сергеевича Барятинскаго).

 

65.

Игуменья весьма малаго Крестовоздвиженскаго Нижегородскаго монастыря, по случаю храмоваго праздника просит преосвященнаго Дамаскина *), только что прибывшаго в епархию, служить обедню. Грубый apxиepeй отвечал: „Что ты затеяла... Как мне служить? — весь твой монастырь — (с лукошко)!"

 

66.

Императрица в 1785 году предприняв путешествие в окрестность Вышняго Волочка, для обозрения водяной коммуникации, проезжая Чудово, вспомнила, что день воскресный и вздумала идти к обедне приходской деревянной церкви; престарелый священник встретил ее со крестом, но церковников нигде отыскать не могли и на клиросе поставлен был школьник недоросль, который от страха чуть шевелил губами. Лев Александрович Нарышкин**) на клиросе начал подпевать и проказничать; императрица подозвав исправника Рыкачева, приказала напомнить ему, что здесь не место; но когда единственный певец ушел ударять к „достойно" и пение остановилось, то сама государыня, всегда смешливая, очень расхохоталась. По окончании обедни сказала исправнику: „сообщить начальству, что такие безпорядки в церкви Божией не должны быть терпимы''.

(От исправника Рыкачева).

 

67.

Императрица в 1785 года, в мае месяце из Вышняго Волочка вздумала внезапно посетить древнюю столицу. За обеденным сто-

*) Дамаскин (Дмитрий Семенович Руднев) один из ученнейших наших Иерархов, р. 1737 г. ум. в декабре 1795 г. Архиепископом Нижегородским был с 1784 г. по 1794 г.

**) Обер-шталмейстером с 21 апр. 1773 г.; род  26 февр  1733 г., ум. 10 дек. 1799 г.

 

 

140

лом в селе „Городне" спросила у губернскаго предводителя Федора Леонтьевича Карабанова о разстоянии до вновь сотвореннаго ею, из казенной волости, города „Корчевы" и пожелала узнать подробности; на ответ, что положение города выгодное и полезное для торговли, но что по новости не может еще придти в цветущее состояние, Екатерина сказала: „припомните, и  Москва была деревня".

(Домашнее сведение).

 

68.

1785 г.   когда Екатерина II  обозревая  водяную  коммуникацию, вдруг решилась из Вышняго Волочка ехать в Москву, директор капеллы Марко Федорович  Полторацкий,   из малороссийских певчих   взысканный   императрицею  Елизаветою,   обще  с  женою Агафоклеей  Александровной   просил  монархиню   осчастливить присутствием известное их село „Грузины", близ Торжка находящееся, некогда удостоенное посещением Елизаветы. На вопрос о разстоянии,  было упомянуто  о ближней дороге,   которая была неисправна, а повезли по дальней. Императрица, заметя cиe, была уже в скучном pacпoлoжeнии; войдя в дом полюбопытствовала узнать об одном селении и тотчас припомнила о поданной от крестьян жалобе по спорному о земле делу;  к тому же забыли приготовить свежаго молока, которое она летом в жажду употребляла, и котораго не дождавшись, скоро уехала. В шестиместной карете сидел с государыней Тверской генерал-губернатор Архаров; не любя Полторацких,  и  желая развеселить монархиню, начал шутить на их счет; когда она сказала, что услуга не соответствует прочему, Архаров подхватнл,   что помещица,  по склонности к малороссийским волам, находит выгоднее при винокуренном заводе содержать их,,нежели коров; но и их немного и все стельны. Государыня развеселилась и во всю дорогу не могла воздержаться от смеха, а войдя в подъездный дворец в Торжке, спросила:   „Николай Петрович! есть-ли у твоих коров молоко?" На другой день, чрез камер-фрейлину Протасову *)   объявлено Полторацким приехавшим благодарить,  что   государыня,  по  причине усталости, принять их не может.

(От князя Барятинскаго, сидевшаго с государыней; еще тут были камер-фрейлина  Протасова,  Ермолов  и  Л.. А.  Нарышкин).

 

69.

Екатерина   в   продолжении   достославнаго   своего  царствования много занималась строением, но не обладая знанием и вкусом, по-

*) Анна Степановна Протасова род. 1745 г. ум. 12 апреля 1786 г.

 

 

141

правками много портила.—Славный Баженов приводил к окончанию отличный готический дворец в селе „Царицыне", когда императрица в 1785 г. внезапно посетила древнюю столицу. Назначен день для обозрения здания и с отличным благоволением приказано Баженову представить там жену и детей. Дворец не понравился: государыня, в гневе возвращаясь к экипажам, приказывает начальнику Кремлевской экспедиции, Михаилу Михайловичу Измайлову, сломать оный до основания. Баженов останавливает ее: „Государыня! Я достоин вашего гнева, не имел счастия угодить вам, но жена моя ничего не строила". Императрица, оборотясь, допустила все семейство к руке и не сказав ни слова, уехала. В своем роде редкое здание вскоре сломано *).

(Изустное предание сенатора Ивана Ивановича Козлова при сем бывшаго).

 

70.

В исходе 1786 г. Екатерина, готовясь к зимнему путешествию, чрез Белоруссию в Тавриду, для дорожной шубы приказала принести пред себя множество дорогих собольих мехов с образцами богатых парчей и выбрала самую блестящую с битью. Марья Савишна Перекусихина**) сказала:

  Матушка государыня! ведь вы ручки исцарапаете.

   „Чтоже делать голубушка, возразила Екатерина, я должна быть одета так,   чтобы с перваго взгляда  всякой  мог  узнать,  что я императрица".

*) Василий Иванович Баженов род. 1 марта 1737 г., ум. в С.-Петербурге 2-го августа 1799 г. Сперва адъюнкт Академии Художеств, потом в 1765 г. академик, а за несколько месяцев до кончины, указом от 26 февраля 1799 г., первый вице-президент академии. По поручению императрицы Екатерины II, в селе Царицыне, начата постройка готическаго дворца, но оставлена в 1787 году, так как сооружение найдено государынею «слишком мрачным». Баженов был одним из деятельнейших членов масонскаго общества, в которое, как уверяют, привлек и великаго князя Павла Петровича. По поручению великаго князя, который после немилости Баженова при высочайшем дворе, принял его под свое покровительство, Баженов воздвигнул множество построек в Гатчине, в Павловске, в Кронштадте и в Петербурге. По восшествии на престол император Павел пожаловал его из коллежских советников прямо в действительные статские советники 8 ноября 1796 г. и подарил ему 1,000 душ; потом —26 февраля 1799 г.—назначил его первым вице-президентом академии.

**) Род. 174. г., ум. апреля 1826 г.

 

 

142

71.

Присланный от прусскаго двора, с уведомлением о кончине Фридриха II, барон Келлер, 4 октября 1786 г., представлен был камергером князем Колъцовым-Масалъским*).Екатерина приняла Келлера в Тронной у окна. Масальский по отдании трех поклонов подвел его к императрице, а сам отошел; по окончании аудиенции, посланник выведен был тем же порядком и камергер остановился у дверей ожидать отпуска. Екатерина, подозвав его сказала: „знаете ли что покойный Фридрих не послал бы его ко мне, а поставил бы в первую шеренгу".

(От князя Кольцова-Масальскаго).

 

72.

В 1787 г. на одном ночлеге, во время путешествия в Тавриду, Марью Савишну Перекусихину поместили в комнату, наполненную чемоданами и дорожными припасами. Государыня, войдя к ней, с сожалением сказала: „Неужели ты позабыта!"—Сколько та ни старалась ее успокоить, но Екатерина, потребовав князя Потемкина, сделала ему выговор: „заботясь обо мне, не забывайте моих ближних, особливо Марью Савишну; она мой друг; чтоб ей также было покойно, как и мне". Потемкин крайне был встревожен сею оплошностью.

(От князя Николая Сергеевича Волконскаго, находившагося в свите).

 

73.

В 1788 г. Екатерина, не подозревая короля шведскаго в намерении объявить войну России, располагалась большую часть флота отправить в Средиземное море противу турок; сколько ни убеждали ее остановиться исполнением, но она оказывалась непреклонной. Наконец упросили ее, чтоб дозволила во дворце составить совет, на котором она не присутствовала. Все единогласно сказали, что последствия могут быть пагубны для Петербурга, но никто не хотел идти к ней с докладом. — Граф Валентин Платонович Мусин-Пушкин**), известный твердостью духа, вызвался на это. При входе его государыня спросила: „Что скажете, батюшка?" — Совет поручил донести вашему величеству, что он находит исполнение воли вашей не токмо неудобным, но и опасным, а потому и невозможным по многим обстоятельствам.

*) Кн. Николай-Андрей Александрович Кольцов-Масальский, впоследствии обер-гофмейстер род. 4 декабря 1758 г., ум. 16 апреля 1843 г.

**) Впоследствии,  при  императоре  Павле, фельдмаршал, род. 6 декабря 1735 г., ум. 8 июля 1804 г.

 

 

143

Екатерина в гневе, по обыкновению засучивая рукава платья своего, сказала: „Кто дал право совету так дерзко противиться предприятию мною обдуманному?"

  Осмеливаюсь  вещать истину вашему императорскому величеству, продолжал Пушкин.

— Вы забываетесь, с сердцем сказала она...

  Любовь к славе вашей и пользам отечества тому виною, со слезами повторил Пушкин.

  Оставьте меня!

Отворотясь, чрез краткое время Екатерина одумалась и отменила повеление готовить флот к отпуску. Открылось злобное намерение короля  шведскаго и война объявлена. Пушкин, над не многочисленной и наскоро собранной армией, назначен главнокомандующим; доведя оную до шведской границы остановился. Государыня многократно чрез эстафетов понуждала его идти далее, но он не повиновался, доколе не получил достаточнаго подкрепления. (От графа Алексея Ивановича Мусина-Пушкина).

 

74.

В 1788 г., когда уже начинали угадывать намерение короля шведскаго объявить войну России, командующий лейб-гвардии конным полком, любимец императрицы Петр Иванович Боборыкин*) имел неосторожность выводить полк для учения в ту заставу, в которую долженствовало выступить назначаемое в поход войско. В одно утро обер-полициймейстер, такой же ея любимец, Николай Иванович Рылеев, по обыкновеннию доводя до сведения государыни всякаго рода происшествия, не сообразясь доложил ей: „репортую вашему императорскому величеству, что конная гвардия в поход выступила".

Что ты сказываешь! в сильном волнении сказала Екатерина.

*) Боборыкин—2-го  июня 1788 г.   из премьер-маиоров  лейб-гвардии семеновскаго  полка  назначен   командиром  лейб-гвардии  коннаго  полка. 17-го мая 1789 г.,  по воле императрицы,  сдал  полк секунд-маиору  Александру Римскому-Корсакову, а когда сей последний отправился в финляндскую армию,   то снова вступил — 18 июня 1789 г.— в командование конной гвардией, каковую должность исправлял по 5-е марта 1792 г. При Павле— 7-го января 1797 г. - по словесному приказу—исключен из списков конно-гвардейскаго полка.   Его сестра,  Анна Ивановна,  была матерью графа Мамонова,  бывшаго при дворе в случай.  Любопытную характеристику  Боборыкина делает Добрынин в своих записках, под 1800-м годом   См "Русскую Старину», 1871 г., т. IV, стр. 334 — 338.

 

 

144

— Чернь во множестве проводила полк чрез Калинкин мост за заставу, и все о том толкуют, продолжал Рылеев.

— Какой вздор! повторила императрица, и сейчас приказала послать за Боборыкиным.

При входе его с досадою сказала:—„Боитесь ли Бога?., в такое критическое время, какая неосторожность! Вы, сударь, дали повод к народному  волнению, чего от вас неожидала..." И приметно уменьшила благоволение, что и продолжалось до полкового праздника; а в сей день императрица после обедни во дворце, указывая на поставленную водку и завтрак, сказала: „Помиримтесь, Петр Иванович! Кто старое вспомнит, тому глаз вон!" (древняя поговорка).

(От Николая Петровича Архарова).

 

75.

В 1788 г., в последнюю турецкую войну при Екатерине,—контр-адмирал Воинович, родом из Черногория,—за отличие представлен был к награждению — орденом св. Георгия 3-го класса.

Безбородко—22 октября 1788г.—поднося императрице граммату для подписания, не заметил, что в попыхах по ошибке Войнович в ней назван графом.

Сей случай открыл Войновичу возможность просить государыню об утверждении в сем достоинстве.

Безбородко, находя себя виновным, стал на колени, а Екатерина сказала: „Мы оба не правы, где рука тут и голова—должны согласиться". Марко Войнович вступил в службу в 1770 году, а впоследствии был адмиралом, директором Черноморских училищ; св. Анны, св. Георгия 3-го класса и св. Владимира 4-й степени кавалером.

Умер Войнович в 1808 году.

 

76.

В исходе 1789 г., князь Потемкин расхваливал государыне адъютанта своего князя Алексея Ивановича Горчакова *), с намерением удалить от двора Зубова, возведеннаго графом Николаем Ивановичем Салтыковым, и котораго Таврический не любил. Она не знала Горчакова и захотела увидеть. Потемкин прислал его во дворец с картиной. Екатерина разсмотревши со вниманием, сказала: „Картина не дурна, но не имеет экспрессии".

(От Николая Петровича Архарова).

*) Род. 20 мая 1769 т. впоследствии военный министр с декабря 1815 г по ноябрь 1819 г.

 

 

145

73.

Екатерина после обеденнаго стола тотчас уходила для отдохновения на короткое время; случилось, что все служащие при ней удалились к Mapье Савишне Перекусихиной и занялись игрой в ла-муш. Государыня, не могши заснуть, позвонила в колокольчик, потом подошла к сонетке— все нет никого; наконец отворяет дверь к Перекусихиной и говорит: „Не безпокойтесь!... Захар Константинович! сходи с запиской к графу (Зубову *), я приму твои карты". После нескольких вздач сказала: „довольна, что вспомнила игру, в которую давно не играла".

(От Перекусихиной).

 

79.

В 1790 г., по отражении шведов адмиралом Крузом, Екатерина водой отправилась осматривать укрепления у Красной-горки и шла пешком по значительному разстоянию, до дома приготовленнаго для обеда и отдыха; разговаривая с адмиралом (Федором) Петром Ивановичем Пущиным, спросила, кто мог бы удовлетворить сведениями о шведском флоте, из подначальствующих при адмирале Грейге. Тут же представлен был контр-адмирал Евстафий Степанович Одинцов, находившиеся у него в доверенности. Екатерина, занявшись разговором, подошла к дому и при входе на лестницу подала ему руку, а за столом посадила его так, чтоб можно было продолжать разсуждение. Одинцов, сообщая императрице подробности неприятельскаго морского вооружения, довершил, что шведский флот гроша не стоит. В чертах государыни замечено было удовольствие, сими словами произведенное. На другой день он получил золотую табакерку, наполненную червонцами, с собственноручной запиской: „гроши контр-адмиралу Одинцову".

 

80.

Честному и справедливому московскому главнокомандующему князю Прозоровскому, по подозрению, не нравился вице-губернатор Небольсин. На званом пиру  у последняго,  когда  хозяин пригласил к поставленной водки, Прозоровский сказал: „Изволишь видеть, Василий Александрович: за хлебом да за солью лучше говорят правду; по резону потому   нам   не ужиться,   сиречь   я   с тобою розно думаем".   На другой  день Небольсин подал бумагу об отставке.

*) В случае при дворе с 1789 по 1796 г.

 

 

146

81.

В 1792 г. в Mocкве составилось общество из большого числа известных особ и имело собственный дом, где ныне Спасския казармы; председательствовал в оном человек обширнаго ума, отставной армейский поручик Николай Иванович Новиков. (Cиe общество в публике именовано было: мартинистами). Екатерина с негодованием смотрела на сии совещания в посмеяние писала комедии и провербы, как-то: „Обманщик", „Обольщенный", „Сибирский Шаман", „Разстроенная семья" и проч. Наконец поручила главнокомандующему Москвы, князю Прозоровскому*) произвесть следствие и разрушить оное. Новиков сперва выслан из Москвы, а потом посажен в шлиссельбургскую крепость. В продолжение помянутаго следствия, государыня в Петербурге Николаю Петровичу Архарову сказала: „что всегда успевала управляться с турками, шведами и поляками, но, к удивлению, не может сладить с армейским поручиком!

(От Архарова).

 

82.

Генерал-прокурор князь Вяземский, по случаю паралича, отпущен был к водам, и надеялся по возвращении опять вступить в должность**), но узнавши, что назначен ему преемником граф Самойлов, сказал своему подчиненному Борзову: „Обул нас Иван Карпович! обул из сапог в лапти."

 

83.

В 1793 г. Екатерина, отправляя кн. Николая Сергеевича   Волконскаго к прусскому двору с препоручениями, много разговаривала с ним о посторонних предметах и коснулась графа Александра Романовича   Воронцова***).   „Он  не   имеет  настоящаго  ума государственнаго, сказал Волконский.

   „Почему вы так заключаете?" возразила  императрица.

   „При отличном воспитании, обширных сведениях, он много читал, слышал и видел, но для русскаго этого недостаточно; потому что он не знает ни отечества, ни свойств своих подчиненных,  с

*) Князь Александр Александрович Прозоровский, главнокомандующий Москвы с 19 февраля 1790 по 21 марта 1795 г., впоследствии фельдмаршал, ум. 1809 года.

**) 17 сент. 1792 г., ум. 8 янв. 1793 г.

***) Впоследствии государственный канцлер (8 сент. 1802 г.); род. 4 сент. 1741 г., ум. 2 дек. 1805 г.

 

 

147

которыми имеет частыя сношения, то должен ошибаться", отвечал князь.

  Очень справедливо, довершила императрица.

(От помянутаго кн. Волконскаго,   бывшаго в числе  избранных  в обществе императрицы).

 

84.

В 1793 г. Яков Борисович Княжнин за трагедию „Вадим Новгородский" выслан был из Петербурга. Чрез краткое время обер-полицеймейстер Рылеев, докладывая императрице о прибывших в столицу, наименовал Княжнина. „Вот как исполняются мои повеления", с сердцем сказала она, „поди и узнай верно — я поступлю с ним, как императрица Анна". Окружающие докладывают, что вместо Княжнина приехал бригадир Князев, а между тем и Рылеев возвращается. Екатерина с веселым видом встречая его, несколько раз повторила:

  „Николай Иванович!... ты не мог различить князя с княжною" *).

(Изустное предание Николая Петровича Архарова).

 

 

*) О степени достоверности этого разсказа можно узнать из статьи П.А. Ефремова в «Русской Старине» 1871 г., т. III, стр. 726-732. В «Русской Старине» 1871 г., т. III, стр. 733-781 напечатана упоминаемая Карабановым трагедия Княжнина "Вадим Новгородский".         Ред.