Хилкова Е.Г. Воспоминание об императрице Марии Феодоровне // Русский архив, 1873. – Кн. 2. – Вып. 7. – Стб. 1121-1130.

 

ВОСПОМИНАНИЕ ОБ ИМПЕРАТРИЦЕ МАРИИ ФЕОДОРОВНЕ.

1121

 

Это воспоминание написано княгинею Елисаветою Григорьевною Хилковою, урожденною княжною Волконскою. На склоне лет, и в тиши деревенскаго уединения, изложила она несколько мыслей и чувств, вызванных памятью о высоком нравственном существе, в близи котораго протекли годы ея молодости. Почитатели царственной женской доблести вместе с нами благодарны за дозволение огласить в Русском Архиве эти искренняя, задушевныя строки. Можно сказать, что величие историческаго лица измеряется долговечностью памяти о нем: по истечении почти полувека со времени кончины своей, Императрица Mapия Феодоровна еще возбуждает собою воспомивания сердечной, неизгладимой приверженности..

 

(Писано в день кончины Государыни).

Aujourd'hui 24 Octobre, c'est l'anni-versairedela mort d'une grande Princesse, de l'Impératrice Marie Féodorovna, épouse de l'Empereur Paul 1-ier et mère des Empereurs Alexandre 1-ier et Nicolas 1-ier. Elle est morte à l'âge de 69 ans en 1828. Il y a 44 ans qn' Elle n'est plus de ce monde; mais ceux qui ont éprouvé Ses bienfaits et.auxquels Dieu a donné un coeur reconnaissant, ont béni Sa mémoire tous les jours et la béniront durant toute leur vie. 'était une Souveraine insatiable de ienfaisance, une protectrice éclairée des toutes les classes de la société et une mère pour les malheureux, pour es indigène. Elle écoutait toutes les voix qui s'élevaient vers Elle, car Elle

ait de suite toutes les suppliques jen Son nom, n'en remettant jamais une seule au lendemain. Elle consolait ceux nui étaient dans les larmes et secourait ceux qui avaient faim. En obser-

1122

vant chaque jour cette activité bienfaisante et infatigable, qui vous rendait muet d'étonnement, on l'attribuait d'abord au vain amour de la renommée historique; mais à la longue, on se persuadait que cette Souveraine éprouvait le besoin de faire le bien tous les jours de Sa vie: l'admiration, l'enthousiasme vous saisissaient, et on se mettait à l'aimer de toutes ses facultés. C'est surtout dans les nombreux établissemens d'éducation que Sa Majesté patronait qu'on Lui portait une espèce de culte; c'est là quon La contemplait avec adoration. Elle aimait à y aller tous les jours, et Ses visites étaient une source de bonheur pour les enfans. D'abord Elle parcourait les chambres d'études. Les toutes petites filles attiraient toujours Ses caresses. Ensuite Elle s'asseyait pour écouter les réponses, que les plus grandes demoiselles faisaient aux questions du professeur. Les progrès de l'intelligence et de la raison appelaient Son attention et Son contentement. Celles des élèves, qui méritaient souvent Ses éloges, l'intéressaient et Lui étaient agréables. Une fois leur éducation achevée, il arrivait que l'Impératrice les prenait à la Cour, pour être placée auprès d'Elle, ou près de l'une des Princesses de Sa famille. Elle leur témoignait la même sollicitude maternelle, dès qu' elles entraient dans le monde. Si c'étaient des orphelines sans fortune, Elle leur donnait une dot, quand il se présentait un mari pour elles. Son Auguste famille l'adorait et Le vénérait, car elle avait devant elle b modèle de toutes les vertus. On pourrait citer bien des exemples de Son indulironce et

1123

de Sii générosité, de Sa piété et de Sa charité. Elle étpit de suite informée dès qu'il survenait quelque chose d'extraordinaire ou une maladie grave dans l'un de ces établissemens. Les médecins craignaient-ils pour la vie d'un enfant, l'Impératrice accourait près de son lit pour lui sourire, ou pour l'encourager dans ses derniers moments. Un de ses sourires réussit vraiment à rappeler à la vie une petite fille de huit ans, orpheline, qu'Elle aimait et caressait particulièrement. L'enfant était tombée dangereusement malade et était condamnée des médecins. Sa Majesté, à cette nouvelle, vint la voir une. dernière fois. La petite ne prenait plus aucune nouritnre, ne prononçait plus aucune parole et tenait toujours les yeux fermés. Aussitôt qu'elle entendit la voix bien aimée, l'enfant ronvrit les yeux et prononça ces mots d'une voix claire: „donne/, moi votre main à baiser". L'Impératrice en éprouva beaucoup de joie et dit: „Je suis convaincue que cette enfant guérira, elle a trop de vivacité dans les yeux". Elle a eu raison: l'enfant recouvrit la santé, et l'Impératrice lui continua toujours Ses bontés. Parvenue à l'âge de 18 ans, la grande jeune fille fut attachée à son Auguste Bienfaitrice comme demoiselle d'honneur. Elle demeura auprès d'Elle six ans, depuis 1819 jusqu'à 1825, année de son mariage. C'est elle qui écrit ces lignes et prononce ces éloges avec vénération, en les déposant aux pieds d'une tombe.

Je demande pardon d'avoir appelé l'attention sur moi, et je poursuis.

L'Impératrice, outre qu'Elle patronait de nombreux établissemens d'éducation, était aussi la protectrice de plusieurs établissemens de bienfaisance. Parmi ces derniers le principal était l'Hôpi-

1124

tal de S-te Marie pour les pauvres, qu'Elle avait Elle-même fondé. Elle y allait souvent. Aucune maladie ne la rebutait. Quand une opération dangereuse devait y avoir lieu, Elle ne manquait jamais d'exhorter le patient à la subir avec courage. Si l'opération réus-sisait, Sa Majesté ne manquait pas de revenir lui en faire Son compliment, accompagné d'un présent" pécuniaire. Je me rappelle entre autres une scène bien touchante à ce même hôpital. Un jeune paysan, travaillant au toit d'une haute maison, était tombé sur le pavé et n'avait plus que quelques heures à vivre. Dès que l'Impératrice en cul connaissance, elle vint voir le malheureux. „Avez vous une mère?" lui demanda-t-Elle.Oui, répondit-il, elle habite le village. „Envoyez lui cet argent," et Sa Majesté lui donna deux cent roubles. Le malade les prit, et d'abondantes larmes de reconnaissance coulèrent de ses yeux. Sa Majesté ne connaissait pas le repos, qui est si doux, si nécessaire à toute existence vouée à la représentation. Quand on admirait Sa grande activité, Elle assurait, qu'Elle était née avec une grande disposition à l'indolence et au repos, mais qu'Elle était parvenue à la vaincre à force de travail et de peine.

L'Impératrice passait toujours l'été à la campagne. Elle aimait la nature avec enthousiasme et les fleurs comme un enfant. A la promenade Elle s'arrêtait au chant du rossignol, et je l'ai vue se baisser pour aspirer le parfum d'une toufl'e de violettes.

La campagne était splendide, et l'on s'y reposait de toutes les fatigues de la ville, et pourtant ce bien-être si nécessaire à la santé, Sa Majesté le quittait toutes les quatre semaines pour aller faire la ronde de Ses élablisse-mens à St. Pétersbourg. Elle y pas-

1125

sait toute une journée et la nuit. Voici comment cette journée se passait. Départ de la campagne à sept heures du matin, arrivée à St. Pétersbourg à neuf heures. Pendant la route l'Impé-notrice commençait par lire un chapitre de l'Evangile selon Son habitude et puis s'occupait des papiers du jour avec son secrétaire qui l'accompagnait. Arrivée en ville, pour ne pas perdre de tems en courses inutiles, Elle commençait par voir l'établissement le plus rapproché de la barrière. C'était l'école des filles des soldats de la garde Semenovsky; ensuite l'institut des orphelines militaires au pont de Ealinki-ne; puis venaient le grand établissement des enfans trouvés et celui des sourds-muets à la Moïka; l'école des filles des soldats de la garde Préobragensky à la rue des Ecuries, l'hôpital des pauvres à la Litéina et l'institut de S-te Catherine à la Fontanka, enfin vers cinq heures au couvent Smolnoy, où l'on dinait, après avoir pris un léger déjeuner ailleurs vers midi. Après le diner Sa Majesté prenait une heure de repos, puis remontait en voiture et allait à Kainenoy-Ostrow, faire visite à l'Empereur Alexandre et l'Impératrice Elisabeth. De là Elle allait passer la nuit à son château de Elaguine. Avant de se retirer, Sa Majesté tenait cercle, écoutait une lecture et soupait. Le lendemain Elle retournait avec grande satisfaction à la campagne, sou délicieux Pavlovsk, sa création. Elle y séjournait pendant six mois, entourée de Ses Enfans et y invitait une société choisie. Le monde venait avec empressement à l'invitation de cette aimable et bienveillante Princesse, comme on était heureux de La contempler, de Lui plaire.

Tous les jours de ma vie je pense à Elle, je regarde avec amour Son image

1126

vénérée. Certainement bien des personnes font comme moi. Mais c'est peu de l'avoir dans son coeur, il faut glorifier de bouche cette grande et sainte Impératrice. Il y a longtems que je le médite, ce n'est qu'aujourd'hui que le courage de la parole m'est enfin venu. Ceux qui l'ont connue me tendront (j'en suis sïîre) la main, et ceux qui ne l'ont pas connue l'admireront avec moi sans doute. 0 Vous, notre modèle dans le bien, regardez-nous d'en haut, apprenez - nous à penser chrétiennement, à agir avec conscience, et inspirez nous le courage de supporter avec résignation les malheurs de la vie.

Paix à Votre belle âme, Impératrice Marie Féodorovna!

 

ПЕРЕВОД.

Сегодня, 24-го Октября, день кончины великой Государыни, Императрицы Марии Феодоровны, супруги Павла Перваго и матери Императоров Александра Перваго и Николая Перваго. Она скончалась шестидесяти девяти лет в 1828-м году. Вот уже сорок четыре года что Ея нет на свете; но те, которые испытали на себе Ея благотворное влияние и которым Бог даровал благодарное сердце, каждый день благословляют Ея имя и не перестанут благословлять Его в продолжении всей своей жизни.

В отношении благотворительности Императрицу можно было назвать ненасытимою. Она была просвещенной покровительницей всех сословий и матерью всем несчастным и неимущим. Ни один из голосов, взывавших к ней, не был отвергнут Ею: у Нея было правило немедленно прочитывать все прошения, адресованныя на Ея имя, никогда не откладывая этого дела до другаго дня. Она утешала плачущих и помогали всем нуждающимся. Ежедневно наблюдая за этой неутомимой и бла-

1127

готворной деятельностью,   которая возбуждала   удивление.    сначала   невольно приписывали ее тщеславию; но со временем нельзя было не убедиться, что в этой Государыне была какая-то потребность   посвящать   каждый   день   своей жизни добрым делам; тогда все, следившие за нею, исполненные восторженнаго   благоговения,   привязывались   к ней всей душой. Но нигде так не ценили   Императрицу   как в многочисленных   заведениях   и   институтах, состоявших под Ея высоким покровительством. Там Ее просто боготворили. Она любила бывать в них каждый день, и Ея посещения были истинною  радостию  для   детей.   Тотчас   по призде туда, она проходила все классы. Девочки всегда вызывали Ея ласки. Потом Она садилась   н выслушивала ответы   взрослых   девиц  на   вопросы. предлагаемые профессорами.  Bcякий успех   в образовании   и науке тотчас привлекал   Ея   внимание   я   вызывал одобрение. Те из учениц, которыя часто   заслуживали   Ея похвалу,   интересовали Ее и становились Ея любимицами. По окончании воспитания, Императрица иногда брала их во дворец, оставляя их  при   своей   особе,   или   при одной из Великих Княгинь. При вступлении их в свет,   таже    материнская   заботливость следила за ними. Сиротам, без  состояния,   при выходе в замужство, Она давала приданое. Императрицу любила  безпредельно   вся Ея Августейшая семья, для которой Она служила образцем всех добродетелей. Много можно привести примеров Ея редкой доброты   и великодушия,   Ея высокаго благочестия и благотворительности. Как только  где либо в Ея заведениях приключалась   болезнь, или случалось что либо   необыкновенное,   Ее немедленно о том уведомляли. Как скоро доктора находили, что кто из воспитанниц при смерти, Императрица тотчас спешила к постели больной, чтобы ласковым взглядом и добрыми словами   ее ободрить   или  усладить ей по-

1128

следния минуты. Одной из Ея улыбок действительно удалось возвратить к жизни 8-ми летнюю сироту, которую Государыня особенно любила и ласкала. Этот ребенок был опасно болен, и доктора уже произнесли над ним смертный приговор. Узнав, об этом, Государыня приехала, чтобы в последний раз взглянуть на малютку. Девочка уже не принимала никакой пищи, постоянно держала глава закрытыми и не произносила ни одного слова. Услыхав дорогой голос, она раскрыла глаза и твердо выговорила: "Дайте мне поцеловать Вашу руку." Императрица душевно обрадовалась и сказала: "Я убеждена, что этот ребенок выздоровеет, еще так много жизни в его глазахъ." Она была права: девочка действительно поправилась и не переставалась пользоваться покровительством Государыни. Достигнув 18-ти летняго возраста, она была назначена фрейлиной при Своей Августейшей Благодетельнице, и в этом звании оставалась при ней шесть лет, от 1819 до 1825, когда она вышла замуж. Она-то самая и пишет эти строки и с чуством благоговения воздает должную хвалу памяти покойной Государыни. Извиняясь в том, что на минуту обратила на себя внимание, продолжаю свой разсказ.

Кроме учебных заведений, многия благотворительныя заведения также находились под ведением Государыни. В числе последних первое место занимала Марьинская больница для бедных, которую Она сама основала. Государыня часто посещала ее. Никакая болезнь не внушала Ей ни страха, ни отвращения. Когда наступало время для какой нибудь опасной операции, Она всегда ободряла страдальца, убеждая его терпеть с твердостью. Когда операция удавалась, Императрица посещала больнаго еще раз, чтобы передать ему свои поздравления и денежное вспомоществование. Помню я одну из таких трогательных сцен, происшедшую в этом

1129

самом госпитале. Молодой плотник, чинивший крышу на высоком доме, упал на мостовую, и ему оставалось лишь несколько часов жизни. Как только Императрица узнала об этом, Она поспешила навестить несчастнаго. „Жива ли твоя мать"? спросила Она его. „Да, сказал он, она живет в деревне",—„Пошли ей, вот эти деньги", и Государыня дала ему двести рублей. Больной принял их, и ручьи благодарных слез потекли из глаз его.

Государыня не знала отдохновения, столь драгоценнаго и столь необходимаго для существа, обреченнаго жить на показ. Когда кто нибудь удивлялся Ея необыкновенной деятельности, Она всегда уверяла, что родилась с большим расположением к безпечности и лени и лишь трудом и усилиями победила в себе эту наклонность.

Императрица   проводила  каждое лето в деревне. Они восторгалась природой и как дитя  любила  цветы.   Во время прогулки Она любила слушать соловья, и я сама однажды видела, как Она низко наклонялась над пучком фиалок, чтобы насладиться их ароматом. Деревня были великолепна, и там можно было отдохнуть от утомительной городской жизни;  однако каждый месяц Государыня покидала это место и лишала себя столь необходимаго для Ея здоровья   отдыха, чтобы   объехать все свои заведения в Петербурге. Там проводила Она целые сутки.   Вот в каком   порядке обыкновенно совершались эти  поездки.  Выезжала Она в семь часов утра, а в Петербург приезжала в девять. Дорогою Государыня сначала, по Своему обыкновению,  прочитывала   одну   главу из Евангелия, и потом занималась делами с своим секретарем, который Ей сопутствовал. Приехав  в город, чтобы не терять напрасно  времени, посещала Она заведение первое на Ея пути: школу солдатских дочерей Семеновскаго полка; потом   институт военных сирот у Калинкина моста; затем следовали воспитательный дом и заведение

1130

для глухо-немых на Мойке, школа солдатских дочерей Преображенскаго полка в Конюшенной, чернорабочая больница на Литейной, и Екатерининский институт на Фонтанке. Наконец, около пяти часов, Императрица приезжала обедать в Смольный монастырь, слегка где нибудь позавтракав около полудни. После обеда, Ея Величество отдыхала около часу, потом снова садилась в карету и отправлялась на Каменный Остров посетить Императора Александра и Императрицу Елизавету Алексеевну. Оттуда Она уезжала ночевать в Свой Елагинский дворец, где сначала принимала, слушала чтение и ужинала, а потом уже ложилась отдыхать. На следующий день Императрица с радостью возвращалась в прелестный Павловск, который Она любила как Свое создание. Там Она проживала шесть месяцев, окруженная Своими детьми и избранным кругом общества. Все с радостию спешили на призыв этой милостивой и благосклонной Государыни; всякий чувствовал себя счастливым, если мог видеть Ее и угождать Ей.

Каждый день моей жизни вспоминаю императрицу и с любовью и благоговением смотрю на Ея изображение. Без coмнения многие делают тоже; но недостаточно хранить Ея образ в душе: надобно благодарным словом вспоминать о Ея добродетелях. Давно уже я помышляю об этом и только нынче наконец отважилась написать.

Те кто знали Ее одобрит меня, a те которые Ея не знала, станут почитать Ее без сомнения вместе со мною.

О Ты, Которая в этом мире служила для нас образцем всего прекраснаго, приникни к нам Своим взором, научи нас мыслить похристиански, действовать по законам совести, и внуши нам твердость переносить с покорностию все горести и пспытания здешней жизни.

Мир прекрасной душе Твоей, Государыня Мария Феодоровна!