[Григорьев И.Г.] Современные записки надворного советника Ивана Григорьевича Григорьева, им самим написанные. С.-Петербург, 1802 г. Детям моим. // Лященко А. Записки И.Г. Григорьева. – Спб.: Типография Р. Голике, 1899. – С. 11-18.

 

 

Современныя  записки надворнаго советника Ивана Григорьевича Григорьева, им самим писанныя. С.-Петербург. 1802 года.

Детям моим.

 

Детство в Суздале.— Первоначальное обучение.— Экзамен у-еп. Симона в Москве для занятия пономарской вакансии.— Совместное обучение, с братом Петром, чтению и письму. — Леность обоих учеников. — Обучение пению.— В xopе еп. Порфирия Крайскаго.— Временное пребывание в Москве.— Обучение иконописанию.— Смерть отца.— Семинария в Суздале. — Митрополит Сильвестр Головицкий.— Переплет и чтение их.— Еп. Геннадий.— Его книголюбие.

 

Отец мой был уроженец Суздальскаго уезда, сын села Тумы священника Якима Федотова 1), происходящаго, как по запискам его значилось, от древней дворянской фамилии Пожарских; но непредвиденными случаями дворянских тогдашняго времени хитростей, а наиболее по фанатической ревности к Bере предков его, во времена ли России смутныя избег гонения, перешел из воинственнаго в духовное звание, именовался Григорий Святуха; потомки же его начали называться детьми Григорьевыми; а мать — того же города церкви сватых апостол Петра и Павла диакона Петра Максимова Поморцева дочь, Дарья Петрова. И по сочетании браком, город Суздаль был их жилищем, который состоял прежде Московской губернии провинциальным, по учреждении ж наместничеств — Владимирскаго наместничества уездным городом,

1) Но родной брат моего отца и родной мой дядя Филипп Якимович и брат мой Василий Григорьевич, быв в  военной службе, писалися сей древней фамилиею, Пожарскими, а брат  Григорий Григорьевич — Поморцевым.


12

от Москвы 180, а от Владимира 30 верст. Отец мой в то время, как я родился (по своеручной его записке, сентября 9-го дня 1738 года), был при церкви святого Иоанна Златоуста, что на Сполье, диаконом. Воспитание мое в самом младенчестве, как я чаю, было обыкновенное, и мать меня кормила своею грудью; по порядку же прежде меня родившихся я был четвертый.

Между тем родитель мой в том же городе в 1742-м году июля 4 дня посвящен в церкви святых равноапостольных царей Константина и Елены священником. А как я был уже шести лет, то усмотрели родители мои во мне собственную охоту к учению чтения книг. Почему начал отец мой учить меня азбуке, которую я скоро и выучил с похвалою моей прилежности. Но по неимению в готовности других учебных книг, учение, а с ним и охота, к стыду моему, прервалися. Ибо праздность и ребяческия игрушки больше ласкают малым детям, нежели полезное, соединенное с трудами учение. Когда же прежде начатое учение продолжать стали, неохотность моя чрез леность, уклонение от онаго и вымышленныя отговорки очень ясно оказались. При всем том, во время учения моего книги Часослова при означенной царя Константиновской церкви была понамарская вакансия, и прихожане, доброжелательствуя своему духовнику, а моему родителю, советовали просить бывшаго тогда епархиальнаго архиерея, епископа Симона 1), который в то время был членом в конторе Святейшаго Синода и жил в Москве, о определении меня на упомянутую понамарскую вакансию. Итак родитель мой принял cиe нaмерение и, изготовившисъ к пути, поехал со мною и с дядею моим, села Мордова священником, Иваном Федотовым, имевщим с собою сына Ивана для такой же надобности, как и мы, в Москву.

Окончив наш путь, приехали в город Москву, стали в доме одного из наших родственников, и по отдохновении от дорожных безпокойств, когда пришло время подать прошение apxиepeю, то по обыкновению должно было меня представить к

 

1) Епископ Симон, из архимандритов Саввино-Сторожевскаго монастыря, хиротонисан во епископа Суздальскаго и Юрьевскаго 21 ноября 1739 г. Умер 15 декабря 1747 года и погребен в Суздальском соборе. (А. Л.).


13

нему для слушания в чтении книжном. Почему родитель мой, взяв меня с собою, поехал с извозчиком на роспусках, называемых ныне дрожками. На дороге извозчик из любопытства спросил: «Батюшка, куда вы везете мальчика?» На что он, шутя сказал, что в школу. Я, это услышав, пришел в такой страх и бешенство, что не только ревел из всей силы, но рвался, чтоб уйти с роспусков; почему родитель мой принужден был держать меня, а я, как он мне сам сказывал, кусал ему руки, подобно собаке. Вот как ложное воображение действует в слабых детских умах с одного имени, — где полезныя учения преподаются,—школы, к чему бы с ранним радением стремиться надлежало. И сколько чувствуемаго мною тогда было от учения отвращения, то столько, или еще 6oлее потом, как стал я несколько различать полезное от вреднаго, о потере онаго драгоценнаго к научению времени имел и ныне еще имею сожаление; но уже минувшее время невозвратно.

Потом, как привезли меня в дом архиерейский, отец мой уверил меня, что привез не в школу, как он шутя сказал, а что меня сделают пономарем, где мне изъяснил, я думаю, все онаго звания выгоды; отчего сделался я спокойнее. Причем напоминал он мне, как должен я явиться пред лицо святого владыки; отчего вместо прежняго страха вселилось в меня любопытство, наполненное многими великолепными воображениями. Я чаял тогда увидеть святого владыку во всей их человеческой присвоенной духовным чинам славе, одетаго златотканными одеждами, со множеством предстоящих служителей. Но это было напрасно; когда я увидел его в монашеском нелепом одеянии, то по глупости моей, вместо, чтоб читать то. что я почти с месяц учил, глядя на него улыбался. Apxиepeй, приметив оное, сказал мне: «Не смейся, мальчик, читай!» И я, исполняя приказание его, прочитал то место из следованной Псалтири, которое учил, а именно молитву «Возведох очи мои ropе, отнюдже придет помощь моя». И по окончании таким образом слушания моего, как вышли из келии его вон, то как служители духовные святого владыки, то есть иподиаконы, из коих один нам был свой, также и отец мой спрашивали, чему я смеялся. На сей вопрос сказал я им следующее: «Говорили мне, что увижу apxиерея, а он такой же, как и прочие, старец». Сему они все до-


14

вольно смеялись. После того был я, при помощи моего родителя, зрителем московских огромных строений, великого множества тамошних рядов и прочих примечания достойных мест, которыя, в сравнении маленькаго нашего города, казались мне; до безконечности великолепными. По окончании в Москве о опредълении моем дела, отправились мы обратно в Суздаль, и приехав домой благополучно, начали продолжать начатое мною учение чтения книг, которое я не так уже охотно принимал, как прежде. В то же время привезли из села Тумы двоюродного мне брата Петра для того ж, и чтобы мне с ним вместе охотнее было учиться. Итак я с ним стал обще ходить к мастеру, живущему на Сполье, в златоустовском приходе, купцу Степану Кувшинникову, который, сверх учения нашего, шил рукавицы для продажи в лавке. В продолжение учения делил я с братом Петром поровну как леность к учению, так и отбывание от онаго к гулянью... Bcкopе брата Петра взяли домой, а я уже один окончил учение русской грамоте, также и писать.

Потом родитель мой, по совету одного из его прихожан, купца Федора Гостева, который до церковного пения был великий охотник и пел басом, по усмотрению обще с ним во мне к тому способности, отдал меня для обучения партеснаго пения славному тогда из купцов во всем городе Исааку кузнецу, у котораго я с прочими и обучался. И когда я узнал тоны нот, бемоли и диезы, также по приобретенной в том привычке, мог уже с другими петь в хоре, то имел в их компании второго дисканта. А в 1750-м году в октябре месяце взят я был бывшим в то время архиереем Порфирием Крайским 1), по представлению его иподиакона Ивана Семенова, нашего свойственника, в apxиeрейской дом и определен в певческий хор. В 1751-м году посвящен в стихарь, а в 1752-м году взят с прочими в

 

1) Еп. Порфирий Крайский, из архимандритов Донского монастыря, был епископом Суздальским с 30 мая 1748 по 9 октября 1755, когда переведен в Коломну; умер в 1768 г. в Белгороде. Он был в заиконоспасской академии учителем Ломоносова. О его проповедях см. в ст. Ц. A. Попова "Придворныя проповеди в царствование имп. Елизаветы Петровны," в „Лет. Р. лит. и древн." т. II, отд. III, стр. 19. (А. Л.)


15

Москву, где и жили мая с первых чисел — следующаго года февраля по 2-е число.

Выехав из Москвы, приехали мы в Суздаль благополучно, исключая одну зимнюю и морозную стужу, которую мы в продолжение дороги очень чувствовали.

По приезде же домой, между прочими по должности упражнениями, по некотором времени начал было я учиться иконному писанию, имея в том наставление от главнаго тогда в городе иконописца Семена Носова. Я уже приобрел привычку—по взгляду на образец — рисовать, смешивать краски и делать происходящее из того цветы или колера, а напоследок и сам собою писал несколько изображений, кои называются иконами, но совершенство в сем художестве чем-то воспрепятствовано, — теперь подлинно сказать не могу.

В 1754 м году (13 октября) родитель мой скончался, оставя как родительницу нашу, так меня, братьев моих Василья, Сергея, Григорья, Матвея и сестру Авдотью в крайней горести и беднейшем сиротстве, а притом и без всякого достатка....

Сей apxиepeй (еп. Порфирий) доброе сделал только то, что завел по своему желанию чрез выписаннаго им учителя Дамиана, а в монахах Димитрия Грозинскаго 1), в Суздале семинарию, в которую и малым певчим, в том числе и мне, по воле ходить учиться приказано; что несколько времени и исполнено было, но негодная  леность воспрепятствовала пользоваться таковым похвальным благодеянием.

В 1757 году приехал на его место назначенный из Тобольска митрополит Сильвестр, по фамилии Головицкий 2), человек уже пожилых лет, однако, как видно, довольно ученый; ибо он вступя в нашу епархию, говорил раз до трех изустныя проповеди, имел изрядную библиотеку, также покупкою новых книг приумножал оную. Провожавшая же его из Тобольска свита дожи-

 

1) Димитрий Грозинский, впоследствии архимандрит Спасскаго монастыря в Новгороде Северском, умер в 1771 году. О нем см. „Словарь" Геннади Т, 302, „Обзор духовной литературы" Филарета, изд. 3 C.-П6. 1884, стр. 342. (А. Л.)

2) Сильвестр Гловацкий переведен из Тобольска в Суздаль 9 октября 1755 г. Умер 20 мая 1760 г. и погребен в Суздальском соборе (А. Л.)


16

далась в Суздальском архиерейском доме, до посвящения к ним новаго архиерея1), с которым, они и поехали туда обратно, прожив в Суздале довольное время.

В cиe время получил я возобновившуюся прежнюю охоту переплетать книги, происшедшую от склонности к чтению оных. И для того, разбирая старыя книги, чрез примечание старался достигнуть своего намерения, и спрашивая знающих оное, сделал в том начало и производил cиe ремесло, — так что оно мне современем и некоторою пользою служило, a особливо в разсуждении бывшаго тогда аpxиepeя, митрополита Сильвестра, которому я тем служил и получал награждение за труды, что продолжал я при последовавшем потом apxиepeе.

В 1758-м году в феврале месяце брат   Василий   с приехавшею к нам из Санкт-Петербурга теткою Домною Петровною, (бывшею в замужестве Петропавловской крепости за дьячком Иваном Аргеевым, чтоб повидаться с сестрою своею, а нашею матерью — взяв паспорта из консистории, поехал с теткою   в Петербург, с надеждою для  приискания  там  себе  церковническаго места;  по приезде котораго и старались о нем находившиеся тогда дяди с отцовской стороны, капитан   Филипп   Якимович Пожарской, а с матерней Яков Петрович Поморцев. Но как в то время таковой вакансии не   случилось,   срок   же   паспорта уже вышел, то cиe и понудило его, чтоб не возвращаться домой в разсуждении бывшаго тогда набора для укомплектования Голстинскаго полка, вступить в военную службу; в оной полк был он принят и послан с прочими в Голстинию для обучения тамошней экзерсиции и немецкому языку.

В 1759-м году зимою в последних числах генваря товарищ мой и друг Петр Петрович Чижев, — по некоторым притеснениям от бывшаго тогда при архиерейском доме поддиакона Василия Львова за то, что он имел дружеское обхождение, обще и со мною, суздальской провинциальной канцелярии с канцеляристом Петром Андреевым сыном Патрикеевым, что якобы духовнаго чина людям с статскими обходиться не пристойно; главнейшею причиною было то, что Петр Петрович не соглашался взять по никоторым объстоятельствам сестры его себе же-

 

1) Митрополита Павла Конюскевича, хиротонисаннаго  23 мая 1758 г.


17

ною, — взяв, хотя и с великою трудностию, паспорт, ибо оный хотели отобрать от него насильно, уехал в С.-Петербург и по некотором времени определился в военную коллегию, где и дослужился трудами своими и особливо прилежностию до штаб-офицерскаго чина.

В 1760-м году в мае месяце митрополит Суздальской Сильвестр умре; на место котораго в 1761-м году назначен из Волоколамскаго монастыря архимандрит Геннадий.1),

В 1762 г. прислан в консисторию указ, чтоб для встречи новопроизведеннаго в Суздаль архиерея присланы были в Москву для составления свиты его иеромонахи, певчие и потребное число церковной ризницы для служения его, также и карету с лошадьми. Между отправленными певчими и я помещен был. По приезде нашем в Москву, что было в марте месяце, дожидались новаго владыки недель около двух, который приехал в провожании иepoмонaxa Евстафия, бывших в Петербурге певчих, и двух любимых келейников. Мы предстали лицу его с крайним почтением, смешанным со страхом. Он не преминул потом чрез иеромонаха Евстафия узнать о состоянии всех нас или лучше сказать, ему описали нас каждаго, кто каков есть. Между прочими мне послужило счастием рекомендации, так что я во время жития его в то время в Mocкве, удостоен был при выездах его для посещения некоторых духовных и светских знакомых персон в услуги — к принятию его из кареты, также трости и муфты. А отправясь из Москвы и по приезде в Суздаль, прочая свита поехала в город, а он поехал в состоящий не далее от города трех верст, в Красном Ceле, загородный дом для отдохновения; оттуда же в воскресный день въехал в город. И в церковь входя, в Иерусалим, облачась к священнослужению, шел к дожидавшимся у той церкви и в оной служил литургию, по совершении которой в доме apxиepeйском в большой крестовой семинарии учителем Димитрием Грозинским и учениками говорены были архиерею похвальныя речи; что все и окончилось хорошим обедом, так что один запах от кушанья возбуждал желание к пище.

 

1) Епископ Геннадий Драницын умер 11 апреля 1775 г. в Москве. О нем см.   Словарь Геннади 1. 204. (А. Л.)


18

Я не могу описать всех подробностей, какия при вступлении новаго командира требуются. Довольно сказать, что новый apxиepeй в разсуждении ученых его качеств был великий охотник до книг, и для того выписывал из Петербурга и Москвы на латинском и русском языках новыя книги, которыя я имел честь ему переплетать, и тем снискал его к себе благоволение; а поелику при вступлении его была при доме архиерейском порожняя иподиаконская вакансия, о которой хотя и многие из товарищей моих и из других церковников старались, однако меня больше одобрили, и признали достойным, в разсуждении чего и приказано мне было жениться.