Граф и графиня Северные в Нидерландах / Гашар. В Австрийских Нидерландах; Морков А.И. В Голландии. Донесение А.И. Моркова. 6 (17) Июля 1782 года / Сообщ. М.А. Оболенский // Русский архив, 1876. – Кн. 2. – Вып. 5. – С. 45-52.

 

Редакция текста: Ирина Ремизова

 

 ГРАФ И ГРАФИНЯ СЕВЕРНЫЕ В НИДЕРЛАНДАХ.

 

     В Русском Архиве было уже помещено несколько известий, относящихся к путешествию по Европе, совершенному великим князем Павлом Петровичем и великою княгинею Mapией Феодоровною в 1781 — 1782 гг. Читатели в осо­бенности припомнят разсказ о пребывании высоких путешественников в Венеции переданный автором „Записной книжки" на основании неизданных записок графини Хотек, бывшей свидетельницею пышной встречи Русских гостей в сто­лице Адриатики (Р. Арх. 1873 г., 1968—1976). Теперь мы помещаем известия о пребывании великаго князя Павла и его супруги в Нидерландах. Разсказ о поездке их по Австрийским Нидерландам есть перевод статьи знатока Бельгийских архивов, члена Бельгийской академии наук, Гашара, помещенной в Бюллетене этой академии за 1872 год 1): в этому году Бельгийская академия празд­новала свой столетний юбилей, и это обстоятельство, подавшее повод к составлению истории академии, побудило г. Гашара написать нижеприводимую статью. Сведения же о пребывании графа и графини Северных в Голландии изложены в донесении А.И. Моркова, занимавшаго должность посланника Русскаго посольства при Генеральных Штатах.

     Составляя свою статью, г. Гашар, повидимому, не был знаком с любопыт­ными записками подруги детства великой княгини — баронессы Оберкирх, которая сопровождала Марию Феодоровну в путешествии по Нидерландам и оставила несколько заметок об этом времени в своих мемуарах 2). Но, при пере­воде статьи г. Гашара не оказалось надобности пополнять ее из дневника г-жи Оберкирх, так как в Русском Архиве 1869 г. (517—526) уже был помещен в извлечены важнейший из ея разсказов об одном эпизоде, относящемся до пребывания графа и графини Северных в Брюсселе. В заключении заметим, что счет дней означен г. Гашаром по новому стилю.

                                                                                                                                     Л.  Майков.

 

                                     I. В Австрийских Нидерландах.

     Три государя могущественной России посетили в разное время Бельгию: Петр Великий в 1717 г., Павел I, будучи еще великим князем, в 1782 году и Александр I в 1815. Я намерен в последствии разсказать подробно посещение Петра Великаго; я собрал для этой цели многочисленные материалы. Если же я предпосылаю этому повествованию известие о путешествии Павла I, то по той именно причине, что с этим последним связывается событие, замечательное в истории нашей (Бель­ской) академии и заслуживающее воспоминания в то время, когда мы готовимся праздновать столетний юбилей этого учреждения.

1) Bulletins de 1'Academie royale des sciences, des lettres et des beaux-arts de Belgique. XLl-me annee. 2-me serie, t. XXXIII, 131—141.

2) Memoires de la baronne  d'Oberkirch sur la Cour de Louis XVI et la societe francaise avant 1789, publiеs par le comte de Montbrison. Paris 1853. 2 vol.

 

 

     46

     30-го Сентября 1781 года великаго князя цесаревич, единственный сын Петра III и Екатерины II и его супруга, великая княгиня Мария Феодоровна рожденная принцесса Виртембергская, выехали из импера­торской резиденции — Царскаго Села в путешествие, в течение котораго они предполагали посетить, под именем графа и графини Северных, некоторую часть Европы. Прежде всего они посетили Вену и пробыли здесь довольно долго 1). 4-го Января 1782 года они покинули эту столицу и отправились в Италию. Они провели некоторое время в Венеции, Неаполе, Риме, Флоренции, Милане и Турине. 18-го Мая они прибыли в Париж и провели здесь целый месяц. Великий князь желал видеть Брест, как главный морской арсенал Франции. По осмотре его, граф и графиня Северные отправились в Нидерланды.

    Во всех посещенных ими странах, граф и графиня привлекали к себе общее сочувствие, возбуждаемое не только их высоким положением, но и качествами, им свойственными. Павел, при большом уме, обладал способностью верно постигать идеи и быстро охватывать все стороны предмета и различныя обстоятельства 2). Великая княгиня была прекрасна собою и обладала разнообразными познаниями: она занималась живописью и музыкой; в Вене, при посещении императорскаго фарфороваго завода, она набросала на чашке рисунок и наложила на него краски, возбудив тем удивление всех присутствовавших 3). С эти­ми разнообразными талантами Мария Феодоровна соединяла любезность и самую привлекательную кротость; более же всего уважение и сочувствие к ней внушалось ея привязанностью к супругу 4). При том, и граф, и графиня очень желали многое видеть, многому научиться и вместе с тем произвести на всех самое лучшее впечатление 5).

     „Путешествие великаго князя и великой княгини", писал Иосиф II к своему брату Леопольду, — „событие весьма замечательное. Для пользы государства, для всякаго, кто думает о благе Отечества, коему он обязан своим благосостоянием, вовсе не безразлично, чтобы их императорския высочества были довольны всеми теми выражениями дружбы, какия они встретят повсюду, где есть представители нашей фамилии или ея родственники, дабы общее единение всей фамилии в своих убежде-

1) В числе подробностей пребывания графа и графини Северных в Вене отметим одну, заслуживающую упоминания по своей необыкновенности. Советник фон-Кемпелен, Венгерец по происхождению, изобрел автомат, который играл в шахматы; 7-го Декабря великая княгиня пожелала сыграть партию с этим автоматом. Неизвестно однако, кто выиграл. (L'Esprit des Gazettes, t. IV, p. 203).

2) Так именно выражается, говоря о нем великий герцог Леопольд в письме, от 5-го 1юня 1782-года, к своему брату Иосифу II (Joseph und Leopold von Toscana, ihr Briefwechsel von 1781 bis 1790, кавалера фон-Арнета. Wien, 1872, т. I, стр. 116).

3) Esprit des Gazettes, т. IV, стр. 191.

4) В вышеупомянутом письме Леопольд отдает справедливость прекрасным свойствам великой княгини. Герцог Саксен-Тешенский, познакомившись с нею в Брюсселе, отзывается о ней столь же благоприятно (Maria-Christi­na, Erzherzogin von Oesterreich, соч. Адольфа Вольфа, т. I, стр. 200).

5) Записка Иосифа II, посланная  великому   герцогу   Леопольду 12-го 1782 (Joseph und Leopold и пр., т. I, стр. 333).

 

 

     47

ниях относительно их и всей России не оставило в них ни малейшаго сомнения о прочности и постоянстве наших чувств к ним, как в настоящее время, так и в будущее" 6).

     Согласно с таким взглядом, Иосиф, во время пребывания графа и графини Северных в Вене, не пренебрег ничем, чтобы быть приятным. По примеру императора, и королева Каролина в Неаполе, великий герцог Леопольд в Тоскане, эрцгерцог Фердинанд в Милане, Mapия-Антуанетта в Версали, старались всячески угодить им. Знамени­тые путешественники должны были ожидать того же внимания, той же предупредительности в отношении к ним и в Нидерландах, кото­рыми управляли сестра королевы Французской и Неаполитанской — эрц­герцогиня Mapия-Христина, совместно с своим супругом, герцогом Саксен-Тешенским Альбрехтом.

     Граф и графиня Северные должны были прибыть в Нидерланды чрез Дюнкирхен и Фюрн. Едва эрцгерцогиня и герцог Альбрехт получи­ли известие о приближении их к границам, как переехали для встре­чи гостей в Остенде, в сопровождении графа фон-Штаренберга, полномочнаго министра императора. Город Остенде, и хотя и много выигравший в течение Американской войны, далеко не представлял в то время тех удобств, которыми обладает ныне; там было всего две порядочныя гостинницы: la Conciergerie de la maison de ville и la Cour imperiale. Та и другая были заняты для Русских гостей и их свиты; эрцгерцогиня и ея супруг поместились в доме, занимаемом комендантом, графом Риндемаулем. В Остенде не было хорошей воды для питья: ее привезли из Виннендаля. Приняты были меры, чтобы проезд великаго князя и княгини не встретил никакого препятствия или замедления. Так как станции между Фюрном и Брюсселем не были снаб­жены достаточным количеством лошадей 7), то все местныя земския и городския управления, по пути следования высоких путешественников, были обязаны пополнить недостающее число. Фюрнское начальство рас­порядилось исправлением дороги, по которой следовало проезжать, в пределах его округа 8).

     8-го Июля 1782 года граф и графиня Северные переехали границу Нидерландов; в  Фюрне их встретил граф фон-Штаренберг и приветствовал от имени эрцгерцогини и ея супруга. К вечеру они прибыли в Остенде и поместились в гостиннице la Conciergerie. Едва вошли они в отведенные для них аппартаменты, как эрцгерцо­гиня Mapия-Христина и герцог Альбрехт посетили их.

     Свита графа и графини состояла из 60 человек, между которыми на­ходились князь А.Б.Куракин, племянник графа Панина (сопровождавший их по личной преданности и пользовавшийся полным их доверием), граф Н.И. Салтыков, генерал-адъютант императрицы, князь Н.Б. Юсупов, великий любитель древностей, искусств и художеств, и полковник X. Бенкендорф.

     9-го числа граф и графиня Северные отдали визит эрцгерцогине и герцогу Альбрехту. Затем они отправились все вместе на платформу,

6)  Joseph und Leopold von Toscana, и пр., т. I,  стр. 332.

7) Для поезда великаго князя с супругою требовалось 500 лошадей. — В день их прибытия в Париж, 18-го Мая, почтовое движение  для других  путешественников было приостановлено.

8) Сведения из королевских архивов.

 

 

     48

с которой открывался вид на море, на порт, на маяк и на работы по расширению гавани. Затем они отправились в шлюбках на Шликенския шлюзы. Здесь ожидали их суда для переезда в Гент. По прибытии в главный город Фландрии, они посетили театр. На следующий день они осматривали собор и исправительное заведение.

     После обеда они выехали в Брюссель. Для них было приготовлено помещение в дворце; но высокие путешественники не принимали подобных приглашений ни в одной из посещенных ими стран; поэтому и в Брюсселе они поместились в гостинице Belle-Vue.

     После того как они расположились там, эрцгерцогиня и ея супруг, возвратившиеся из Гента одновременно с ними, заехали за ними, чтоб отправиться вместе в театр 9). Распространившееся в публике известие, что высокие гости почтят спектакль своим присутствием, привлекло в театр значительное количество зрителей; при вступлении их в ко­ролевскую ложу, публика встретила их продолжительными восклицаниями.

     11-го числа Мария-Христина и герцог Альбрехт, в сопровождении графа Штаремберга, возили высоких гостей в собор св. Гудулы, в женский монастырь, богадельню Beguinage и на одну из важнейших кружевных фабрик. В соборе кардинал Франкенберг, архиепископ Мехельнский, встретил их во главе своего капитула. В тот же день осмотрен был монетный двор. Выслушав объяснение всего процесса монетнаго дела и по выбитии многих золотых и серебряных монет, высокие путешественники подошли к медальному чекану, и здесь старший гравер Теодор фан-Беркель выбил перед ними и представил им медаль, приготовленную в честь их 10). По осмотре монет­наго двора, великий князь с великою княгиней и эрцгерцогиня с супругом отправились на катанье. Тогда любимым гульбищем Брюссельцев была Зеленая Аллея (Аllее Verte), ныне совсем забытая; на этот раз она имела блестящий вид по множеству и богатству собрав­шихся экипажей. Вечером во дворце был прием, бал и ужин.

     Знакомство с лицами, отличавшимися в разных странах по сво­им познаниям, составляло предмет особаго любопытства для графа и графини Северных. Они выразили желание присутствовать в заседании Императорско-королевской академии наук и словесности, которая, будучи учреждена всего за десять лет перед тем, успела однако приобрести себе уважение ученой Европы. Было однако вакационное время; но академия была созвана в чрезвычайное собрание. Здание это нахо-

 

9) В упомянутой выше записке, Иосиф писал своему брату: „Великий князь не танцует; великая княгиня танцует, но без особеннаго увлечения; поэтому балы интересуют их лишь как удобный случай  для того,   чтобы видеть дворянство. Музыка, повидимому, доставляет удовольствие их императорским высочествам; а равно и хороший спектакль, особенно если он не слишком длинен и не затягивается до поздняго времени".

10) Вот описание этой медали:

 На одной стороне, обращенное вправо, грудное изображение великаго князя и великой княгини. Кругом надпись: PAUL. PETROW. ET MAR. FEDOROWNA MAGNI RUTHEN. DUCES. На обрезе: Т. V. В. (Theodore Van-Berckel). На обороте: инструменты наук и искусств, аттрибуты торгов­ли и военнаго дела, рог изобилия и пр. Надпись в трех строках: BRUXELLIS. MENSE JUL. MDCCLXXXII. Диаметр медали: 40 миллиметров.

 

   

      49

дилось в улице Изабеллы и было разрушено в начале нынешняго столетия, чтобы дать место площадке; там стоит ныне статуя генерала Беллиара. В здании этом находилась и королевская библиотека, которую Мария Терезия открыла для общаго пользования; в той самой зале, где помещались книги, происходили и заседания академии. 12-го Июля граф и графиня, вместе с эрцгерцогинею и ея супругом, отправились в ака­демию; при выходе из кареты их встретил граф фон-Штаремберг, протектор академии, и ея президент де-Крумпинен, канцлер Брабан­та, во главе всех членов. После того как великий князь и великая княгиня заняли места в зале заседаний, непременный секретарь ака­демии 11) обратился к ним со следующею речью:

     „В то время как славнейшия страны Европы изъявляли чрезвычай­ное удовольствие по случаю присутствия двух путешествующих особ, кои под скромным прозвищем сокрыли свое высокое имя и под про­стою внешностью удивительныя дарования, Нидерланды питали живей­шее желание приобщиться всеобщей радости. Ныне желания эти исполнились, и Брюссель может присовокупить свои клики к восторгам Ве­ны, Рима и Парижа.

     „Когда мы, трудящиеся под покровительством просвещеннаго го­сударя и его доверенных наместников для преуспеяния словесности и наук, уведомились, что ваши высочества удостоивают сии последния своим милостивым воззрением, что вы изволите посвящать им ми­нуты вашего драгоценнаго досуга, что вы обогащаете чертоги ваши обширными книгохранилищами и роскошными собраниями, в коих нату­ра и художества являют свои чудеса, сердца наши открылись для радости, и мы прославили время, в кое живем: в сей день, когда ваши высочества изволите отстранять блеск, окружающий ваши августейшия главы, да приидете в наше собрание, ни единый от нас, вдохновлен­ный вашим присутствием, не может не возчувствовать того мужества и того жара, кои ваши высочества одни и способны вселить.

     „Могущественный монарх, и что более сего, великий муж, коего сла­ва будет жить в равнинах Бельгийских столь же долгое время, как и в пределах его обширной империи, создал впервыя особый род соревнования, дотоле неведомый государям. Он благоволил возсесть на ряду с учеными мужами, поучался и трудился вкупе с ними и поучал их в свой черед. Некоторая знаменитая академия хранит пло­ды его гения. Наша академия в то время еще не существовала; но, ви­дя присутствующими здесь толь славных друзей науки, особ толь великих и любезных толикому числу народов, она не имеет нужды питать сожаление. Она сохранит в сердце своем многоценный дар сего посещения и, исполненная удивления и благодарности, занесет в скрижали свои тот почет, коего ныне удостоена."

     Президент представил высоким гостям три тома записок академии, вышедших до тех пор; казначей поднес им жетоны, которые раздавались членам академии; жетоны эти были милостиво приняты как графом и графинею Северными, так и эрцгерцогиней и ея супругом.

     Три новые мемуара были внесены в это заседание: первый — Дерошем, под заглавием: „Dissertation sur l'etat militaire dans les Pays-Bas sous le gouvernement des dues et des comtes, depuis l'annee 1100

11) Иоанн Де-Рош (Des Roches), занявший эту должность  в 1776 году, после Жерара.

 

  

   50

jusqu'au regne de la maison d'Autriche, vers la fin du quinzieme siecle" (Разсуждение о положении военнаго дела в Нидерландах под управлением герцогов и графов, с 1100 г. до воцарения Австрийскаго дома в конце XV в.); второй—аббатом Манном (Mann), под заглавием: „Vue generale des derniers progres des sciences academiques et de ce que reste a faire pour les amener de plus en plus vers leur per­fection" (Общий очерк новейших успехов наук и того что еще ос­тается сделать для их полнаго совершенства); и третий — маркизом де Шателером (de Chasteler): „Reflexions sur les troubles des Pays-Bas sous le gouvernement de Marguerite de Parme" (Разсуждения о волнениях в Нидерландах во время управления Маргариты Пармской). По указанию графини Северной 12), г. де Крумпинен прочел второй из названных мемуаров. Затем, по закрытии заседания, великий князь и великая княгиня разсматривали драгоценнейшия рукописи библиотеки 13). Остальная часть утра была посвящена осмотру каретных мастерских знаменитаго фабриканта Сименса. Затем, по примеру предшествовавшаго дня, при дворе был большой обед, после котораго эрцгерцогиня и ея супруг отвезли своих гостей в театр. Вечер заключился прогул­кою в воксале, сад котораго был иллюминован.

     13 Июля гости оставили Брюссель. Эрцгерцогиня и ея супруг про­водили их до Антверпена и там показали им главныя церкви, академию живописи, художественныя собрания многих частных лиц, порт и замечательнейшия здания. 14-го Мария-Христина и Альбрехт прости­лись с великим князем и великою княгинею, которые отправились в Голландию.

     По поводу пребывания великаго князя Павла Петровича в Брюсселе, историк Марии-Христины, Адам Вольф, сообщает одну странную по­дробность: он приводит письмо принца Альбрехта, в котором сказа­но, что великий князь питал уверенность, что ему грозит со временем отравление 14).

     В Голландии граф и графиня Северные не преминули посетить Саардам, где Петр Великий, в 1697 году, учился кораблестроению. Они желали видеть те два элинга, на которых основатель могущества России работал простым плотником, и дом, в котором он жил: в этом доме жил тогда внук того хозяина, который отдавал его в наймы царю. Великий князь и великая княгиня осмотрели дом в по­дробности и, покидая его, оказали скромному поселянину знаки своей щед­рости.

     Из Генеральных Штатов великий князь и великая княгиня отправи­лись, через Мастрихт, в Спа, где эрцгерцогиня Мария-Христина и принц Альбрехт снова встретились с ними. Здесь также хранились

12) Так сказано в Gazette des Pays-Bas, 18-го Июля 1782  года. По журналу заседания и по протоколу совещаний академии, чтение мемуара аббата Манна было „потребовано их королевскими высочествами",   то есть, эрцгерцогинею и ея супругом. Эти два известия не так разногласят между собою, как кажется с перваго взгляда: согласно условиям приличий, эрцгерцогиня и ея супруг не могли не спросить мнения своих высоких   гостей   на   счет   выбора чтения.

13)  Memoires de 1'Academie, t. IV, journal des seances, p.  XLIII.

14) Er hatt immer die Idee, dass er einmal  vergiftet wird..." Maria-Christina, Erzherzogin von Oesterreich, I, стр. 200.

 

  

  51

воспоминания о пребывании Петра Великаго: в 1717 г. этот государь пил воды Геронстерскаго ключа, которыя принесли ему большую поль­зу; великий князь и великая княгиня с живейшим любопытством про­чли надпись с гербом царя, напоминавшую об этом событии. Мно­жество принцев, принцес и знатных особ находились в это время в Спа, а потому и празднества, данныя здесь по поводу прибытия Русских гостей, были очень блестящи.

     Проведя два дня 15) в этом прелестном городе, граф и графиня Северные направились в Германию. Из Франкфурта они проехали через Страсбург в Монбельяр, где их ожидало Виртембергское герцогское семейство. В Сентябре они посетили Штутгардт. Затем они останав­ливались на некоторое время в столице Австрии. Наконец, 1-го Де­кабря они возвратились в Петербург. Путешествие их продолжалось 14 месяцев.

                                            

                                                             II.

                                                   В Голландии.

                                        

                                         Донесение А. И. Маркова.

                                                                                          Всемилостивейшая Государыня.

       В бытность их императорских высочеств в Бриселе, Генераль­ные Статы учинили им чрез пребывающаго тамо своего посланника барона Гопа формальное приглашение посетить их области, а принц и принцесса Оранжские таковое-ж с своей стороны учинили приглашение письмами, с нарочно туда отправленным двора их камергером графом Гейденом. Следуя предпринятому намерению, их императорския высочества оставили Брисель в прошлую суботу, то есть 2 (13) сего месяца и прибыли того-ж дня в Антверпен, где имели свой ночлег. На другой день, отобедав вместе с их королевскими высочествами эрц-герцогинею Австрийскою и принцом Сакс-Тешенским, которые их до помянутаго места препроводили, отправиться изволили в путь и того-ж вечера прибыли в Мордеку, где, сев на высланныя от здешняго адмиралтейства яхты, прибыли сюда водою в семь часов по­полудни, останавливаясь дорогою в Ротердаме и Дельфте для осмотрения примечательнаго в сих двух местах. В первом из оных встре­чены были их светлостями стат-гальтером и его супругою, кои намерены были ехать до самаго Мордека, но по точному желанию их им­ператорских высочеств от онаго воздержались. Спустя час по прибытии, их императорския высочества изволили поехать в дом стат-гальтера, куда собрались пребывающие здесь иностранные министры и знатнейшие чины придворные, которые имели честь быть им представ­лены. Потом был концерт и ужин. Вчера по утру их императорския высочества в провождении принца и принцессы Оранжских изво­лили осматривать кабинет натуральной истории и живописи и другия достойныя любопытства вещи. Обедать изволили у стат-гальтера вместе с главными чинами правительства, а из иностранных министров кро-

15)    22-е и 23-е Июля.

 

  

    52

ме нас двух никого не находилось. По полудни в 6-ть часов были в спектакеле, а вечер препроводили опять у стат-гальтера, где был великолепный ужин в построенных залах в лесу, иллюминованном разными огнями; после ужина был бал, чем и заключилось все сие празднество. Сегодня в восемь часов по утру, их императорския высочества изволили отправиться сухим путем через Лейден и Гарлем в Амстердам. Правительство сего последняго города поручило особенно своему пансионеру просить их императорских высочеств о посещении онаго. Словом, всемилостивейшая государыня, везде и во всем соблюдены были почтение и отличности, должныя сану сих знаменитых путешествователей и совершенно соответствующия величеству и славе всеавгустейшей их матери и приносимым ей столь справедливо от всех народов любви и благоговению.

     Накануне отъезда их императорския высочества изволили вручить чрезвычайному посланнику князю Голицыну следующия при сем два письма для доставления вашему императорскому величеству. Он-же, отправясь в след за их высочествами, возложил на меня исполнение сего долга.

                                 Вашего императорскаго величества всеподданнейший раб

                                                                                                   Аркадий Морков *).

Гага, 6 (17) Июля 1782 года.

                                                                                                 Получено 23 Июля 1782.

(Сообщено покойным князем М. А.  Оболенским,  племянником графа А. И. Моркова).

*) В Голландии тогда находилось два Русских посланника: князь Д.А.  Голицын и товарищ его А.И. Морков.