Безбородко А.А. Записка князя Безбородко о потребностях империи Российской / Сообщ. Д.Н. Блудов // Русский архив, 1877. – Кн. 1. – Вып. 3. – С. 297-300.

 

записка князя безбородки о потребностях империи российской.

 

4-го Сентября 1855 г. покойный граф Д. Н. Блудов препроводил к управляющему II-м Отделением Собственной Его Императорскаго Величества Канцелярии „копию с записки князя А. А. Безбородки, своеручно писанной пред концом его жизни, о потребностях Империи Российской". На копии неизвестною рукою написано: „Cette pièce a été faite par le défunt prince Bezborodko en 1799". В письме же графа Блудова записка была озаглавлена: „Записка для составления законов Российских", и для этой именно цели передана в II-е Отделение Собственной Е. И. В. Канцелярии, где она теперь и хранится.

 

Poccия есть самодержавное государство. Обширность ея, составление из разных языков и обычаев и многия другия уваженмя сей единый образ правления делают ей свойственными. Тщетны всякия вопреки того умствования, и малейшее ослабление самодержавной власти навлекло бы за собою отторжение многих провинций, ослабление государства и безчисленныя народныя бедствия.

Государь самодержавный, если он одарен качествами сана его достойными, чувствовать должен, что власть дана ему безпредельная не для того, чтобы управлять делами по прихотям, но чтоб держать в почтении и исполнении законы предков своих и самим им установленные; словом, изрекши закон свой, он, так сказать, сам первый его чтит и ему повинуется, дабы другие и помыслить не смели, что они от того уклониться или избежать могут.

Престол в России есть наследственный. Акт, при короновании императора Павла 1-го изданный, достаточно объясняет порядок онаго, и когда оный точно будет исполняем, то ни в каком случае не может встретиться ни замешательств, ни безпокойств.

Poccийский Император должен быть Греческаго Православнаго Восточнаго закона, так как его супруга, его наследник и его супруга:, но что касается до супруг прочих великих князей Российских, оныя могут быть и другаго христианскаго закона, а токмо никто наследником престола облачен быть не должен, кто не восприимет Православной веры.

Коронование Императора есть обряд, посредством коего Государь, принося торжественное Богу благодарение, исповедуя веру свою пред алтарем и народом, воспринимает залог благодати Божией к лучшему управлению своим царством. Не было-бы противно самодержавной власти, если бы Государь, по изречении символа веры, произнес клятвенное обещание в таких выражениях, которыя являли бы народу его непорочное намерение цар-

 

 

298

ствовать во славу Империи и во благо общественное.   Таковая присяга могла бы быть в следующей силе  1).

В России три суть состояния народныя: дворянство, мещанство и поселяне. Bcе они имеют разныя выгоды и преимущества; но общия их выгоды состоят: 1) в одинаковом для каждаго охранении законов, и потом 2) в одинаковой безопасности личной и со стороны собственности, 3) в участии в управлении по мере того, как законы однажды им определили.

Дворяне имеют свои привиллегии, означенныя в грамоте 1785 года и провинциальных законах, так что нет почти нужды распространять оные, а только, собрав, сложить по порядку.

Мещане также в грамоте их 1785 года и в разных провинциальных правах имеют достаточно объясненныя их выгоды.

Но что принадлежит до поселян, то состояние их требует поправления. Боже сохрани, чтоб я тут разумел какую либо излишнюю вольность, которая под сим невинным названием обращалася бы в своеволие и подавала   повод к притязанию   на какое либо равенство всеобщее и суще-химерическое. Я тут разумею: 1) неоспоримо,   что в России все земли принадлежат, яко точная собственность,  помещикам.   Государь  есть  сам помещик земель своих, дворцовых, экономических, государственных и всех порозжих в его Империя.   Не может,   следовательно,  никто  пользоваться ими без некотораго условия в пользу   хозяина их.   Условия бывают или добровольныя,   или государственным узаконением  определенный.   Отсюда и выходит,   что земледелец или поселянин   обязан   удовлетворять хозяина земли или податью, или работою соразмерно цене ея.   Относительно   работы нет нужды  входить в подробное   слишком   расположение, а разве только повторить и несколько   объяснить  манифест Павла 1-го о крестьянской работе 5 Апреля 1797 г.;  а что до оброков касается, предоставить соглашению самих помещиков с крестьянами; но притом нужно в пользу сих последних постановить следующия   статьи:   1) Крестьяне должны быть привязаны к земле   и  состоять за тем,   за кем или за предками его в ревизиях написаны.   2) Перевод из одной деревни   в другую или на земли не может инако иметь места,   как с ведома правления и добровольно. 3) Продажа деревень не инако быть должна, как и с землями; а личную продажу, яко сущее невольничество, запретить даже и в рекруты: ибо рекруты должны служить, кому  очередь по мирскому приговору приходит.  4) Движимость всякая составляет неотъемлемую собственность крестьянскую, а денежные капиталы не могут помещиками  более   обременены быть, как то, что Государь с капиталов  купеческих себе получает.   5) Хотя нельзя избежать, чтоб не употреблять   крестьян   в дворовую службу,   но и тут бы надобно;   чтоб или они возвращалися на пашню,   или других посылали на работу, или же становились вольными и имели  право  при новой ревизии избрать себе службу или состояние по манифесту Екатерины II, 17 Марта 1775 года. Сим образуется  прямая   вольность   поселян;   а   когда возстановятся расправы и прочее,   что   в царствование  Екатерины II было   учреждено, с нужными поправлениями, тогда и спокойствие сего класса надолго утвердится. До сего времени никогда нашим нижним классам не входил в голову разврат, подобный Французскаго   мнимаго равенства, от того, что каждый

1) Тут очевидно  пропуск.      П.Б.

 

 

299

из меньшаго предпочитал лично добиваться большаго. Отпущаемый на волю крестьянин или казенный поселянин старается быть купцом, а разбогатившийся купец чиновником или дворянином. Полезно сии желания оставить в их силе, но затруднять событие их так, чтобы и тут польза государственная вмещалася. Платеж податей крестьянских до ревизии новой при податях с капиталов и внос в городовую казну некоторой суммы для выходящих в купцы весьма нужны и прибыточны. А что до дворянства касается, надобно, чтоб или заслуги или большая польза, государству явно принесенныя, тут решили. Нужны затруднения и по воинской, и по статской службе их.

Верховное в Poccии правительство есть Правительствующий Сенат, императором Петром Великим учрежденный. В Сенате присутствуют действительные тайные и тайные советники. Оные для торжественных заседаний и случаев имеют красныя бархатныя с горностаями епанчи и шляпы с перьями на подобие орденских.

Сенат разделяется на следующие департаменты: 1) который ведает дела политическия и исполнительныя, публикует указы и словом (выписать из учреждения о Губернском Правлении, распространя более); 2) департамент уголовных дел; 3) департамент гражданских дел; 4) департамент казенных дел. Второй и третий департаменты могут быть разделены на двое или более. Полезно было бы иметь таковых департаментов два в Москве, два в Киеве.

Президенты первых трех Коллегий присутствуют в Сенате, в трех случаях: 1) когда Император приезжает; 2) когда дело, общаго положения требующее, трактуется; 3) когда держится генеральный суд уголовный самой верховной важности. Все генерал-губернаторы заседают и голос имеют в Сенате 2).

В каждом департаменте сидит четыре или пять сенаторов. Сверх того, определяется по два или более референдариев или статских советников, 4-го или 5-го класса, кои докладывают дела и по докладе предлагают свои заключения Сенату, а сей утверждает единогласно оные; буде же оные между собою несогласны, да вносятся в Общее Собрание, в котором такия решаются дела единогласно; а буде произойдет разногласие, в таком случае дело вносится к Государю, дабы он его сам державною властию своею решил, как ближе и сходнее с силою и разумом законов.

Для предохранения прав самодержавной власти, государственной пользы и соблюдения законов и правосудия определяется генерал-прокурор.

Для охранения силы законов определяется государственный законоведец или канцлер юстиции.

Для вершения дел, кои по течению обстоятельств выходят из общаго положения, и где уважение по человечеству требует смягчения законов, определяется Вышний Совестный Суд, в котором председает вышний совестный судья, а с ним присутствуют два депутата дворянские, два мещанские и два поселянские.

Государь, не могучи объять своим собственным осмотром столь обширную Империю, обзирает оную по губерниям чрез доверенных его особ,

2) Как в учреждении сказано. Прим. князя А.А. Безбородки.

 

 

300

и именно одного сенатора, двух дворянских, двух мещанских и двух поселянских депутатов, которые все разделаются так, чтоб каждые три года всякая губерния осмотрена была в подробности.

Под ведением Сената учреждается Генеральный Уголовный Суд, в котором президент бывает особа 2-го класса, две особы 4-го или 5-го класса и двое депутатов дворянства, двое мещанские и двое поселянские.

В сем суде судятся те дела и особы, кои не входят в суды губернские.

Все собрание депутатов, под председательством канцлера юстиции, составляет надзирание прав государственных; в нем же присутствуют четыре советника 4-го или 5-го класса. Когда издается новый закон, то проэкт онаго посылается на разсмотрение в cиe собрание, потом на ревизию в Общее Сената Собрание и наконец утверждается самодержавною властию.

Буде указ издаваемый, при первом его в Сенате прочтении, покажется вредным, Сенат имеет право внести представление единогласное к Государю; но в случае повторения его воли, оный записывается и исполняется без всяких вновь представлений.

Дела уголовныя, где касается до смертной казни, натурально не могут быть вершены без представления Государю, который хотя дает полную свободу течению правосудия, но власть имеет, милуя человечество, простить или облегчить повиннаго.

Дела, касающияся до оскорбления Величества, изследуются уголовным порядком и судятся сперва в Вышнем Суде, а потом и общим судом Сената, Синода, президентов Коллегий и первых трех классов особ; но дела сии разумеются так точно, как в Наказе Екатерины II-й они ограничены; что же принадлежит до слов поносительных и писем, оныя хотя также уголовным порядком разбираются, но должны присылаемы быть на ревизию по порядку не токмо в Сенат, но даже и к Государю, котораго кротости и милосердию свойственно облегчать судьбу виновных, и дерзких не погублять, но исправлять.

В изследовании по сим делам да истребятся все способы потаенные и где кровь человека и гражданина угнетается вопреки законов, изданных на прочия дела уголовныя.

Хотя все решения Сената исполняются, но в делах, где касается до лишения чести дворянина, да не вершатся без доклада Государю 3).

Упоминание о присяге Государя в коронации и о крестьянских волнениях дают повод думать, что замечательная записка эта писана в начале 1797 г. (после 5-го Апреля), а отнюдь не в 1799 г., когда Безбородко был уже при смерти. П. Б.

1) Может быть, на эту записку Ф. II. Лубяновский намекает в „Воспоминаниях" своих: „Две бумаги были особенно для меня замечательны: о государственных фондах и о разделении внутренняго управления в государстве на министерства, о чем, вероятно, и тогда уже думали. Не жаловал князь Александр Андреевич ни министерств, ни министров; боялся от того в самодержавном правлении какого-то ущерба в единой власти, а более всего самолюбия с властью в руках и безотчетностью" (Русский Архив 1872, I, 171).