Алексеев П. Описание московского бунта. 1771 года сентября 15 дня. Составленное протоиереем Петром Алексеевым // Русский архив, 1863. – Вып. 12. – стб. 910-916.

 

 

Описание Московскаго бунта.

1771 года Сентября 15 дня.

Составленное   протоиереем   Петром   Алексеевым.

 

При всей жестокости моровыя язвы, здесь распространившейся силно, в царствующем сем граде грех ради наших открылося преужасное и слезам достойное кровопролитное позорище, сего месяца 15 числа, та есть с четвертка на пяток, бунтом, от злой черни, от фабричных, холопей, купцов, отставных солдат и других разночинцев учиненным. В 9-м часу по полудни, когда пришли от apхиерея Москавскаго посланные к Варварским воротам для счета денег, собранных при образе Пресвятыя Богородицы Боголюбския что над вратами, и для запечатания оных консисторскою печатию, канцелярист консисторской и 7 человек солдат, данных на то от г. Еропкина; и как подъячей

 

 

911

снял печать купцову от сундука с денгами, то и сделался нелепой крик от народа, нароком туда заранее собравшагося и ожидавшаго уже не толко присылных от архиерея, но и самаго apxиepeя. Потом били подъячего и солдат, и их перевязали, из коих иные и померли. Между тем бунтовщики послали своих на колоколню церкви Всех Святых что на Кулишках и ударили в набат, также и на других окрестных церквей колоколнях, от чего пошла тревога во всем городе. По набату, особливо городскому и трещоткам, на то по тайным давно учиненным от бунтовщиков повесткам, сбежалося безчисленное множество черни с топорами, кольями, камнями, кистенями и другими разбойническими орудиями, и пошли нарядным делом к Чудову монастырю с великим азартом, грозя убить apxиepeя и каких то трех енаралов. Туда прибежав в 10-м часу, выломили вороты, что против Ивановской колоколни, и прямо в келии архиерейския вломившися, искали преосвященнаго, который, узнавши по начавшемуся набату, что там мятеж, куда от него люди посланы, уехал вон из монастыря с племянником Николаем Н. (*) в кибитке; а как не нашед apxиeрея, застали толко брата его, Воскресенскаго архимандрита, коего били и допросилися, что apxиepeй поехал в Донской монастырь, а от туда хотел де уехать в Воскресенской. Тогда мятежники отряд послали для сыску его. Другие же пошли для распущения людей из карантинов, коих и распустили. Оставило же злодеи грабили монастырь без пощады, особливо в кельях архиерейских растащили, что кому попалося, и продолжали оное грабительство целые сутки в виду дрожащаго народа, не малым числом на позор сей сбежавшагося в Кремль, с великим буянством нося оттуда книги, деньги, платье, картины, посуду всякаго рода, постели, в том числе и венцы с образов, сосуды священные, панагии, пелены и прочее. И никто из градоначальников не смел им препятствовать. После обедни (**), по усердию своему приехал верхом с двумя лакеями вер-

(*) Бантыш-Каменским.

(**) Т. е. на другой день, 16 Сентября.

 

 

912

ховыми Федор И. Мамонов (*) к Чудову монастырю   с  задних   ворот   (чему  я был самовидец) и оставя с лошадьми одного лакея, с другим пошел  в монастырь   и побывши там минут с 5, опрометью выбежал из ворот, а в него   метали   из монастыря камни и полены. Он сперва оборонялся пистолетами, а   потом  шпагою;   но,   увидя   превосходную силу, побежал   к Никольским   воротам, а его били в догонку, чем ни попало, однако еще с ног не свалили, покамест один бунтовщик не ударил его большим камнем по голове, от котораго удару Мамонов упал на землю, и тут лежащаго несколько поколотили же. Люди, подхватя полумертваго господина, на руках отнесли  за Никольские  ворота к гауптвахте,   которой,   сказывали,   от  тех  побои на другой день и умер. А 20-го числа я услышал, что он еще жив. Того жъ дня во время литургии отделенные бунтовщики, пришед к Донскому монастырю, видно что по подвоху, взошли  во оной и напали,  выломя  двери южные алтарные, на служащего диакона и бив его спрашивала: где apxиepeй, и казначея больно же били. Как тебе де не знать где apxиeрей спрятался, у тебя ключи от  церкви. Он показал на племянника архиерейскаго, в бане крывшагося, что  не знает ли   разве он, который, хотя и побит несколько, однако табакерками золотыми и часами их удовольствовал, и тем от  смерти  избавился.  А преосвященной до входу их  в церковь  исповедовался и св. таин  на  литургии   приобщился, и взошел на палати или хоры что за иконостасом   в алтаре, на четвертый   ярус, а за ним Епифаний Могилеанский из Kиeвa, архимандрит, туда же   вбежал,   и там  сидели. Крамольники,    объискивая    во  алтаре,   под престолом и под  жертвенником,   усмотрели  дверь у  всхода на   те хоры,    запертую замком,   и    сбив   оной,   побежали   вверх и   ощутя   сперва  Епифания, закричали: здесь! здесь   он!   Однако  знающие  из   них   оспорили:   это не  он,   и  пошли выше на хоры.   И один детина лет 12 вдруг взвизгнул:

(*) Бригадир Фед. Ив. Мамонов, троюродный дядя Екатерининскаго любимца и родной прадед художника Э. А. Мамонова. Этот сподвижник Еропкина действительно остался жив. Он ум. в 1805 г., 78-ми лет. П. Б.

 

 

913

вот он здесь! Откуда ругателски его стащили, и как свели в церковь, apxиepeй просил, чтоб допустили его приложиться к образу Пресвятыя Богородицы Донския, к чему они и допустили. Потом за волосы потащили из церкви. Выволокши же на паперть, один из злой шайки буйной мужик ударил в висок архиерея, но иные из них закричали на того: не бей здесь, погоди. А св. владыку допрашивали: Ты ли послал грабить Богородицу? Ты ли не велел хоронить покойников у церквей? Ты ли присудил забирать нас в карантины? И кто с тобою в этой думе за одно? А все то ведчи сквернословили неподобно ту особу, которая по сану архипастырскому и по разуму редкому заставляла честных людей взирать на себя с благоговеинством. Выволокши же из монастыря сажен десять или больше от ворот, вознеистовалися на святителя Христова и своего отценачальника, били смертельно с наруганиями близ двух часов; убивши же до смерти отступили мало, скверня языками своими воздух; присмотря же, что одна рука правая отмашкою двигнулася, с чего принялися паки бить кольями по голове; отступивши же несколко, увидели; что пожался тот священной страдалец раменами, то и третично били, дондеже один какой то церковник, диавольской церкви слуга, последним довершил ударом, отрубя несколко от главы, коя часть над глазом и осталася висящею. И тако священномученик Амвросий, apxиeпископ Московский, жизнь свою страдалчески скончал месяца Сентября в 16 день: безчеловечно уранено тело его, переломаны кости, и измождена глава его несказанным образом. Повержены мощи достойно почитаемаго человека на пути, обагренном кровию, близ будки что у задних монастырских врат, в жалость приводя всех мимоходящих кроме тех злодеев, осквернивших нечестивыя свои руки убивством apxиepea Божия. Однако никто чрез два дни не смел отдать долгу христианскаго, и с соболезнованием об нем выговорить слова явно. Я вчерашняго числа в том монастыре служил обедню по причине отпевания г. Стрешнева Петра Ивановича (**), и удостоился видеть в церкви больничной подня-

(*) Генерал-аншефа, ум. 5 Сент. 1771. П. Б.

 

 

914

тое тело преосвященнаго и уже во гробе положенное. Архимандрит Донской во время сего случая пролежал в нижней церкви под лавкою и не найден тогда, а только что в келье у него растощено много теми злодеями искавшими apxиepea. Ночь на 16 число не можно изобразить, как была страшна всему граду, потому что в набат били безпрестанно бунтовщики у многих церквей, и в Чудове монастыре и в Городской, а как не видно нигде пожару, то не знали сперва обыватели, на что подумать: иной говорит, что пришли Турки, иной сказывает, что Богородицу грабят, и бежали со всех стран в город злодеи с разбойническим оружием, от чего все обыватели в трепет и отчаянии были. Но тем не кончилася сия трагедия!

На 17 число, в память царевны Софии, любившей такия потехи, проклятая чернь паки собралися около Варварских ворот, и как только смерклося, то ударили в набат на колоколнях и пошли многочисленнее прежняго к Кремлю с тем, чтоб убить Еропкина и других кого то. Какой крик и гам поднялся от сей нечестивой скотины, что и набатные колокола заглушить не могли! Город, не оправившися еще от прежняго страха, которой многих и на тот свет отправил, подумал, что это свету представление, и хозяева не смели из покоев посмотреть, не толко что из двора сойти для какой нибудь надобности. Г. Еропкин, не допустя сию злую сонмицу до Лобнаго места, встретил их против голичнаго ряду с командою военною и с пушкою и отправил, сказывают, г. губернатора здешняго напред их увещевать, а пьяная толпа просила выдать руками Еропкина, а ежели не будет выдан, то грозили страшными бедами всему столичному городу и потрясением разорительным государству. А как увещание безчувственным людем стало тщетно, то велено по них выстрелить холостыми зарядами, из пушки пыжом, чем злодеи больше разсвирипевшие вдруг бросилися на солдат с дубьем и каменьем, и обратили было в бегство команду, и насилу увезена пушка к Спасским воротам помощию примкнутых штыков. Но подоспевший на ту пору Великолуцкой полк, содержащий здесь караулы, котораго большая

 

 

915

часть выведана была прежде за 30 верст от Москвы по причине коснувшейся яко бы к ним моровой язвы, подкрепил команду, и приказано уже стрелять по мятежникам в правду картечами и пулями, Чем повалили так много черни, что считают до тысячи одних убитых, да несколько раненых ушли, а до двух сот наловлено разбойников и святотатцев, и посажено в погребах кремлевских, а скверных их звонарей от набатных колоколов никак нельзя было оттащить, дондеже солдаты с колоколен на штыках их не снесли, и до такого остервенения дошли, что, будучи безоружны и окружены военною командою, пощады не просили.

На 18 число взяты от градоначальников приличныя предосторожности, дабы соблюсти град в безмятежии: у всех Кремлевских ворот поставлены большие караулы, и над ними гвардейские офицеры, инде подведены пушки, и никого из шатающейся черни в город непропускают, обывателей же созвавши в съежжий двор, увещевали быть во всякой осторожности и приказы полицейские отдали им: ежели случится пожар, то бы с каждаго двора бежал человек с чем ему должно быть на пожару, а другие б того двора люди с пустыми руками туда не ходили. Притом присматривать людей уязвленных на лице или порубленных, коих яко бунтовщиков объявлять: поличное, также из Чудова унесенное и у кого явившееся подает причину подозревать на того человека в сообщении с злодеями. По улицам черни не скопляться, в противном же случае взяты будут под караул. Мне самому слышать удалося уже на осмое на десять число в ночи по берегу от идущих с дреколием гурбою людей: пойдем, на Пресню к царевичу-коменданту, он за чернь идет воевать против Еропкина. Однако предводителя того не нашли, и сами разбрелися, а все то было вранье; врали злодеи и больше, да писать страшно.

Описанным здесь печальным приключениям, как не всем я был самовидец (о чем благодарен Богу), но по большой части от слуха принятыя положил на бумагу, то и не уверяю вас точно, чтоб все было описано без ошибки, а особливо в разсуждении числа людей или обстоятельства мест. Уповательно

 

 

916

будет впред манифест обнародован с подобающею о всем подробностью, там всяк может читать, так как историю, о злоумышленном сем бунте; с тою только отменою, что не имеет действительно чувствовать того несказаннаго страха, каким мы объяты были в то несчастное для Москвы, безчестное для государства, вредительное и преобидное для церкви Российской время.

 

P. S. Мне   за полчаса времени до начатия бунта  случилося   ехать  из   гостей   от  одного сродника, и по дороге заехать к Варварским воротам с женою и с сыном; куда за множеством яко бы народа нас не пропустили, и так я, вышед из коляски, подошел для посмотрения образа, и застал при том несколько куч народа между собою злосовещающих. Из одной шайки злодеев вышел некоторый маэор, мною незнаемой, но меня знабщий, попрося благословении и назвавши меня по чину, спрашивал: Скороли будет сюда преосвященный? Я ответствовал: Не знаю.—У него-ста и карета уже подвезена к крыльцу. Я и на то ответ дал тот же, а приметя, что это значит, тотчас возвратился к своей коляске, где меня фамилия ожидала. После, как вышло смятение по приезде моем в дом, благодаренье воздал Богу, что на ту пору ничего я не сказал по apxиepeе, или в предосуждение их богомолия умышленнаго: они бы, может быть, почли меня за подосланнаго от apxиepeя и убили бы.

И тако я вседомовне жив остаюся ваш богомолец

К. П. А. (*)

 

 

(*) Т.е. Катихизатор Петр Алексеев: так назывался тогда профессор богословия при Московском университете. П. Б.

(*) Извлечено из рукописей Чертковской библиотеки, Г 2/12. Кроме должностнаго доклада П. Д. Еропкина императрице Екатерине, от 18 Сентября (см. переписку Екатерины с Еропкиным, изд. Ростом. М. 1808, стр. 81—92), мы имеем об этом Московском народном мятеже ещо два современныя известия.