Культурное наследие восточных языков в лице Ходжи Насреддина



Любому восточному человеку хорошо знакомы истории и анекдоты о хитром и плутоватом мудреце Ходже Насреддине. Да и, с уверенностью можно сказать, что анекдоты про похождения восточного хитреца известны любому мало-мальски образованному современному человеку. Ведь о Ходже Насреддине знают даже в Китае!

Вспомнить хотя бы историю про то, как Ходжа взялся научить придворного осла разговаривать («К тому времени или султан умрет, или осел сдохнет»). Или особо любимую сальную присказку Насреддина: «Допустим, звук и похож на скрип половицы, но запах-то откуда?» Он, несомненно, является культовым персонажем культур многих народов, в полной мере отражающий все богатство восточного языка.

Вот уже почти семь столетий бессменный житель восточных присказок и анекдотов смеется в голос над человеческими пороками: глупостью, алчностью, жадностью и скудоумием. Порой, и сам автор бессмертных сентенций попадает в глупые и нелепые ситуации, но, как всегда, с честью выходит из них.

Нет смысла переводить с туркменского на русский, узбекского или турецкого языков его имя. Хотя многие восточные народы почитают веселого пройдоху и острослова своим соотечественником. И в рассказах разных народов он приобретает свои специфические национальные черты. Даже имя его адаптируется под культуру разных народов Ближнего Востока и Средней Азии. И здесь хитрец Насреддин будто посмеивается над потомками. Собственно, «Ходжой Насреддином» его называют в Турции, Туркмении, Узбекистане и Таджикистане. У азербайджанцев и иранцев его называют Молла (Мулла) Насреддин, у афганцев – Насреддин Афанди (Эфенди).

В этой связи примечательно то, что на его литературной родине, в Турции, где в XVI-м веке впервые появились записки о похождениях этого персонажа, также его зовут Бу Адам, возможно, намекая, на преемственность от самого первого человека.

Также ученые склонны предполагать, что как и у легендарных султана Гарун Аль Рашида и Аладдина, у этого истинно фольклорного персонажа восточных ироничных мудрых историй есть вполне конкретный прототип, живший приблизительно в XII-XIV-х веках. В результате чего, его приписывают к разным эпохам по его отношениям с разными власть предержащими: султаном Алаэддином (начало XIII-го века), Тимуром (XIII-й век) и Баязидом Первым (XIV-й век).

Также исследователи делают выводы о принадлежности Насреддина к низшему мусульманскому духовенству, о чем говорят некоторые детали различных историй, титулы и прозвища у разных народов. Да и само имя Ходжа в переводе с туркменского на русский, равно как и с турецкого, означает «учитель, наставник». Возможно, он действительно был преподавателем в медресе. Со временем Насреддин в эпосе разных народов приобрел свои неповторимые национальные черты, став неотъемлемой частью культуры и языка. К примеру, в Казахстане он отчасти слился с образом шутника Олдара Косе, а в Таджикистане – с поэтом Мушфики.

Турецкий город Акшехир претендует на звание места его рождения, и Насреддин является символом этого города. А в Бухаре (Узбекистан) есть памятник восточному шутнику, изображающему его традиционно сидящим на ослике задом наперед.

Источник: переводы текстов "Прима Виста"